Режиссер Лилиана Кавани: "Опера - удовольствие, за которое мне еще и деньги платят"

После премьеры "Паяцев" в Михайловском театре с Лилианой Кавани встретилась обозреватель "Известий".

вопрос: Когда вы возвращаетесь к уже давно поставленному спектаклю, какие требования к нему предъявляете?

ответ: Если я даю добро на возобновление спектакля, то рассчитываю, что от внутренней энергии новых певцов что-то должно в нем измениться, родиться свежее и неожиданное, и тогда публика, несомненно, это почувствует и оценит. Для меня опера - это всегда невозможная, безнадежная страсть, фатум, который прерывает счастье любви. И когда человек идет в оперу, он ищет возвышенные чувства, а не социально-политическую актуальность.

в: Для вас в опере главнее музыка или театр?

о: Для меня первична музыка. И постановщик, какими бы буйными ни были его фантазии, должен в первую очередь передать то, что написано Пуччини, Верди или Чайковским. Но сейчас много режиссеров, которые идут от себя, а не от партитуры. Они хотят стать центром внимания и начинают делать вещи, которые вызывают остолбенение. Я думаю, что таким людям лучше было бы создавать фильмы. Они могли бы придумать сюжет, написать сценарий и делать с ним все, что им заблагорассудится. Но если между режиссером и сценой стоит композитор, то надо его уважать. И тут самое важное - оказаться способным передать его поэтику. Для меня занятие оперой - это не работа, а удовольствие, за которое мне еще и деньги платят.

в: Вы считаете, что в нашем жестоком мире, где культ денег возведен в абсолют, возвышенные чувства - востребованный товар?

о: В этом вопросе я хочу быть сентиментальной. К тому же я не думаю, что ныне мир более жестокий, чем вчера или позавчера. Например, мне кажется, в первой половине ХХ века жизнь была гораздо более жестокой, если вспомнить о миллионах жертв двух мировых войн. Сегодня просто уровень коммуникации таков, что мы получаем информацию в реальном времени, нам стали доступны самые отдаленные точки земного шара, и мы в курсе всех происшествий. Раньше все было то же самое, только мы не знали об этих изуверствах. Когда Европа одновременно страдала от нацизма и коммунизма, царило невообразимое насилие. Я считаю себя счастливым человеком только потому, что росла уже после войны.

А что касается денег, я убеждена, их культ очень скоро умрет. Мне кажется, мир искусства последние дни находится в руках коммерции и живет по законам рынка. Это безумство не может долго продолжаться хотя бы потому, что цены достигли таких пределов, что серьезно воспринимать их невозможно. Банки в качестве капиталовложений скупали картины и иные предметы искусства. Это нонсенс! Думаю, все наше финансовое мироустройство скоро рассыплется как карточный домик. Все к этому идет семимильными шагами.

в: Но цинизм и отсутствие каких-либо табу - отличительные черты мейнстримного современного искусства - останутся...

о: Если речь идет о табу, то через них, действительно, не только модно, но иногда и нужно переступать. Некоторые из традиционных табу шокируют своей глупостью. Например, 50 лет назад в Италии девушка должна была оставаться невинной до свадьбы. И даже если она по большой любви к будущему мужу и по его настоянию отдавалась ему до бракосочетания, он же потом ее презирал, ибо такова традиция. От подобных табу надо избавляться, потому что они не приносят ничего хорошего. Однако есть темы, затрагивающие свободу индивидуума, которых касаться нельзя. Я никогда не затрону вопросов веры и не усомнюсь в том, что право на детство должно уважаться взрослыми, не подвергну сомнению право женщины не быть оскверненной, оскорбленной мужчиной. Эти темы несут на себе огромный морально-этический груз, и его не следует пытаться снять.

в: Вам было трудно состояться в мужской профессии режиссера?

о: Не сложнее, чем мужчинам. Я всегда четко знала, чего я хочу от жизни. Может быть, это влияние моих бабушки и мамы, которые были очень сильными и гордыми женщинами. Когда я была совсем маленькой, я хотела стать археологом, но фильмы Де Сики   разбудили во мне режиссера. Я вдруг поняла, как режиссеру удается высказать все самое глубокое, поэтичное, что есть в нем и вообще в мире людей. Когда я начинала, важно было найти свой путь от "хочу" до "могу", и у меня получилось. При этом я никогда не осложняла себе жизнь предрассудками, всегда входила в обычную дверь. Почему-то многие женщины убеждены, что без мужчины они не сделают карьеры. А это, безусловно, ужасная ошибка.

Женщины часто опираются на мужчин, но именно они куда лучше способны выстоять в самых сложных ситуациях. Почти всегда благополучие семьи зависит от мудрости женщины. Женщины обладают всеми необходимыми качествами, чтобы реализоваться в любой профессии, в которой не нужны мускулы. Достаточно иметь голову на плечах. Сейчас наконец признали, что во многих профессиях женщины гораздо более успешны, чем мужчины. Например, в хирургии. Поняли, что женские пальцы тоньше и чувствительнее мужских. А еще 30 и даже 10 лет назад думали, как это так - женщина будет заниматься таким ответственным делом. Вообще сейчас одним из важнейших вопросов является тема женской эмансипации, особенно в мусульманских странах, где женщину ни во что не ставят. Или, например, в моей родной Италии. У нас, например, ничтожно мало женщин в политике. Проблема неравенства мужчины и женщины пока остается не решенной во многом по вине самих женщин. Им от природы не хватает амбициозности и упорства. В итальянских университетах учится значительно больше женщин, чем мужчин, но очень мало кто из них добивается заметных результатов в карьере. Кроме того, католическая церковь в этом совсем им не помогает, а как раз наоборот. И такому положению вещей, я считаю, надо противостоять.

в: Когда вы снимали "Ночного портье", осознавали, что делаете шедевр?

о: Нет. Я не предполагала, что эта картина станет главной удачей всей моей жизни. Думала, что делаю малобюджетный фильм-эссе о любви. Кино - это индустрия, в которой очень редко рождаются шедевры. Их всегда мало. Запрограммировать появление шедевра невозможно. Помню, фильм сначала вышел в Париже, и его успех стал для меня полной неожиданностью. Потом я ездила с ним в Лондон, в Нью-Йорк, и его всегда сопровождал успех. Единственной проблемой стала Италия, особенно ее католические, помешанные на морали регионы. Там эта история показалась слишком вольной, и фильм долго был запрещен.

в: Что для вас самое важное в жизни?

о: Получать удовольствие от всего, чем я занимаюсь. Снимаю я кино или готовлю рис "аль денте" (чуть жестковатый, не разваренный).  Например, есть такое блюдо "рыба сумасшедшей воды". Простое кушанье, без особых специй. Я его люблю готовить, и если оно вкусно получается, нравится друзьям, я довольна.

в: Что легче сделать фильм или срежиссировать собственную судьбу?

о: Судьбы не существует, мы строим жизнь день за днем. То, что сделано, сразу становится прошлым, на которое влиять невозможно.