Николаю Носову - от благодарных лунатиков | Статьи

100-летие Николая Николаевича Носова страна отметила радостно и единодушно. Прямо веселая семейка. Так - без формализма, по любви, от всей, как говорится, души - круглые даты празднуются редко. Однако Носов вряд ли мог предположить, что к его вековому юбилею мы переселимся на другую планету. Будем перечитывать "Незнайку", сидя на Луне - в мегаполисах и городках, носящих универсальное имя Давилон, под лозунгом: дави других, пока самого не раздавили... Он нас не этому учил.

Николай Носов - Леонардо советской эпохи. Ребенок, прочитавший все три книжки про Незнайку, вполне мог сдавать техминимум. Чтобы сочинить "Дневник Коли Синицына", автор пропадал на пасеке и выписал журнал "Пчеловодство" (а ради "Веселой семейки" - видимо, "Птицеводство")... Приступая к "Незнайке на Луне", изучал работы Циолковского... Еще в военном 43-м году Носов снял настолько доступный и ясный учебный фильм для танкистов, что получил за него орден Красной Звезды.

Но техника устаревает мгновенно, и как объяснить нынешнему первокласснику, что такое игрушечный телефон, если у него в кармане звенит мобильник? Кого сегодня волнует, каким образом в батарейках получается электричество и как самому сделать бенгальские огни? Есть же китайская пиротехника. Шанс остаться без пальца или без носа - аналогичный, а возни гораздо меньше...

Носов видел насквозь не только технику, но и формы общественного устройства. Родина Незнайки, Цветочный город - это крестьянская община. С архаичными представлениями о справедливости, стихийная, довольно-таки бестолковая. Мечта Незнайки, Солнечный город - воплощенный коммунизм. Блага жизни распределяются там свободно и бесплатно, а воспроизводство означенных благ осуществляется в промышленных масштабах, высокотехнологичными способами и на строгой плановой основе.

Последняя книжка серии - "Незнайка на Луне" - давала детям представления об ужасах, творящихся кое-где за "железным занавесом". После чего высовывать нос за этот самый занавес категорически не хотелось. Тем более что вот-вот прямо здесь - далеко ходить не надо - распахнутся ворота Солнечного города.

С тех пор минуло больше сорока лет. Солнечные города - утопия, тянущаяся со времен Кампанеллы, окончательно перешла в область ненаучной фантастики. Зато Луна-матушка упала-таки на Землю. И Незнайкины хождения по мукам - теперь всего лишь хроника российской дикости последнего двадцатилетия.

"- А кто такие эти полицейские? - спросила Селедочка.

- Бандиты! - с раздражением сказал Колосок. - Честное слово, бандиты! По-настоящему обязанность полицейских - защищать население от грабителей, в действительности же они защищают лишь богачей..."

"Каждый, кто покупал "Газету для дураков", говорил, что он покупает ее не потому, что считает себя дураком, а потому, что ему интересно узнать, о чем там для дураков пишут. Кстати сказать, газета эта велась очень разумно. Все в ней даже для дураков было понятно. В результате "Газета для дураков" расходилась в больших количествах..."

"Содержание фильмов было слишком бессмысленным, чтобы давать какую-нибудь пищу для ума. Глядя изо дня в день, как герои всех этих кинокартин бегали, прыгали, падали, кувыркались и палили из пистолетов, можно было лишь поглупеть..."

И так далее. Под носовский юбилей "Незнайку на Луне" бросились раздирать на цитаты с таким энтузиазмом, словно в зобу дыханье сперло от гордости: смотри, какие мы умные коротышки. И лететь никуда не потребовалось, возвели Луну на Земле...

Николай Носов - великий просветитель отечественной детворы. Кто запомнил хвастовство Незнайки ("Меня давно просили наши малыши что-нибудь придумать... Я говорю: "Мне, братцы, уже надоело придумывать. Сами придумывайте". Они говорят: "Где уж нам! Мы ведь глупенькие, а ты умный..."), столкнувшись впоследствии с Хлестаковым, узнает его и примет как родного. Добрый Волшебник, чьи слова помогли Незнайке пережить потерю волшебной палочки ("Солнышко всем одинаково светит"), - это же Платон Каратаев. А Голопузый, утешающий лунатиков перед отправкой на Дурацкий остров ("Братцы! - говорил он, протягивая к коротышкам руки. - Послушайте меня, братцы! Не надо плакать!.. Сыты будем - как-нибудь проживем!"), - Лука из горьковской пьесы "На дне"...

Все знают, что Николай Носов сочинил песенку "В траве сидел кузнечик". Кто, кроме лилипутов - пардон, малышей, - обратил бы внимание на эту драму в траве? По рассказу Носова сделан феерический мультфильм "Бобик в гостях у Барбоса". Вообще, носовские рассказы дефицита в читателях не испытывают. Гораздо меньше тех, кто знает автобиографическую "Тайну на дне колодца", нежнейшую "Повесть о моем друге Игоре" (друг Игорь - внук Носова - теперь ваяет продолжения "Незнайки"), сборник юморесок "О литмастерстве", над которым можно хохотать до слез, до колик ("Не ползать, а летать надо, товарищи, но летать надо, товарищи, не отрываясь от земли"), и многочисленные статьи - Носов ведь был активным публицистом. Он, между прочим, еще сорок лет назад развенчал теорию, будто популяризация пива как альтернативы водке может побороть российский алкоголизм. Бред сивой кобылы! - доказывал трезвенник Носов. Особо досталось тогда "известинскому" приложению - газете "Неделя", которая в разделе "Для дома, для семьи" (реально существовавшем, а не придуманном для "Бриллиантовой руки") публиковала то статьи о пользе сухих вин, то рецепты заморских коктейлей...

А еще Николай Носов был настоящим христианским писателем. Перечитайте "Огородников" - рассказ о том, как последние стали первыми. Перечитайте "Огурцы" - шедевр простой и ясной нравственной прозы. Мальчик Котька нарвал на колхозном огороде огурцов и, счастливый, притащил их домой, а Котькина мама сказала: "Пусть лучше у меня совсем не будет сына, чем будет сын вор". Котька вернул трофеи колхозному сторожу. Заглядывая в ненаписанное, понятно - сторож-то огурцы в итоге и съел, но что это меняет для Котьки?..

"Веселая семейка" - трепет перед чужой жизнью. Пусть самой маленькой, пусть пока не проклюнувшейся. "От счастья у меня захватило дыхание, сердце сильно забилось в груди... Мишка вынул из инкубатора две половинки скорлупы и сказал: "Удивительно, как в такой маленькой скорлупе мог помещаться такой огромный цыпленок!" Что это, если не ликование творца при виде собственного творения? Мишка с Колей оплакали двух цыплят, которые не вылупились, похоронили умершего цыпленка и приняли этот грех на свою совесть. Кто скажет, что "Веселая семейка" действительно весела?

Незнайка, засыпая в гостинице Солнечного города, препирается с собственной совестью. Коля Синицын записывает в дневнике: "Я вернулся домой и стал думать, почему мне совестно, и что это за совесть такая, и почему она людей мучит...".

Какие простые, понятные каждому нормальному ребенку истины проповедует Носов! Например, что щенят топить нельзя и что они должны быть желанными - щенки (слезоточивый "Дружок"). Что свою вину недопустимо сваливать ни на кого, даже на кота Мурзика ("Карасик"). Особенно на кота Мурзика - существо бессловесное и беззащитное... Ладно, отставим перечислительный тон, а то получится у нас "Мишкина каша".

"С тех пор книга лежит у него на полке - ждет, когда он поумнеет". Это фраза из повести Николая Носова "Веселая семейка". Скажем больше: фраза, описывающая все творчество Носова. Он ждет, пока мы поумнеем. До сих пор ждет.