Жертва пластики
Мы говорим: "Россини", подразумеваем - "Севильский цирюльник". Эту схему реализовали в столичной "Новой опере", представив похождения веселого брадобрея в качестве первой премьеры сезона. Но вот "упоительным" - согласно Пушкину - великий итальянец здесь не получился.
Разобраться с приключениями цирюльника театр пригласил известного английского режиссера Элайджу Мошински. Он - вместе с художницей Энн Тилби - перенес время действия в эпоху немого, но в данном случае, конечно, расцвеченного кино и сделал простое, с легким юмором зрелище, без всякого постановочного выпендрежа. В принципе подобный спектакль - радость для певцов: играй и пой, что называется, в свое удовольствие и ради наслаждения публики. Но не тут-то было.
С музыкой, во всяком случае, на премьере произошла настоящая катастрофа. Россини был трудно узнаваем, как человек после крайне неудачной пластической операции. Роль "хирурга" принадлежала музыкальному руководителю "Новой оперы" эстонскому дирижеру Эри Класу. Оркестр то разгонялся, как болид "Формулы-1", то тащился, как старая разбитая колымага. Аккомпанемент за весь спектакль лишь однажды совпал с солистами - когда на последних аккордах дирижер отправился на сцену ради поклонов, а музыканты остались в "самоигральном" режиме.
Театр, не пожалев денег на хорошего режиссера, на репетиторе итальянского языка явно решил сэкономить. Так что большинство солистов откровенно занимаются языковой имитацией. При этом некоторые работы актерски очень симпатичны. Например, басы Владимир Кудашев (Дон Базилио) и Дмитрий Овчинников (доктор Бартоло) своей комической игрой прекрасно связывают все действие. Кстати, Овчинников - дипломированный невропатолог...
Когда на сцене появляется Фигаро (баритон Олег Шагоцкий), с первого же момента не попадающий в ноты да вдобавок излучающий отрицательное обаяние, любые усилия коллег идут прахом. При том, что рыжеволосая бестия Розина (Анастасия Белукова) соответственно роли озорна и очаровательна. Не ее вина, что партию, написанную для колоратурного меццо, поручили ей - лирическому сопрано. Она старается как может. Единственный, кто умудряется петь почти безупречно, - дебютант "Новой оперы", юный тенор Сергей Романовский в роли графа Альмавивы. Красивый мягкий голос и взгляд с поволокой - необходимое оружие настоящего лирического героя - все при нем. Спой он вторую труднейшую арию своего персонажа, на следующий день проснуться бы ему знаменитым. Но в театре решили особо не мучиться, арию эту сократили и сделали еще довольно много купюр. Отчего оперный сюжет, и так не блещущий логикой, запутался окончательно.
Став свидетелем подобной экзекуции над опусом Россини, понимаешь, почему в один более или менее прекрасный день 37-летний композитор, автор почти сорока опер завязал с музыкой и занялся кулинарией...
