Внучка до гроба

У девочки точеная "балетная" головка на высокой шее, тонкий завиток у виска и насквозь романтическое имя Сюзанна. Из таких 11-летних и вырастали многие известные в литературе барышни великосветских, породистых фамилий. Осанка, манеры, вокал и пластика - все при ней, все безупречно. Но возраст "на выданье" от раннего подросткового отличается как роман от повести. В первом - вокруг главного героя (героини) обязательно будут кружить (вовлекая в свою орбиту) различные персонажи. И у каждого свой сюжет.

Так вот Сюзанна Иванова из Москвы в свои 11 лет уже обеспечена ими по полной программе. Не каждый взрослый человек такое вынесет. Потому что "ее писатель" (читай - Судьба) милосердием явно не страдает.

Сюжет первый: Сюзанна и мама

Хрипловатое итальянское "Сюза-а-нна" нон-стопом гуляло по квартире и до, и после родов. Лариса Иванова дня не могла прожить без заводной мелодии из магнитофона. Девочке шел уже второй месяц, когда мать Ларисы не выдержала и сама отправилась в ЗАГС:

- Ну негоже ребенку без имени жить!

- Назови Сюзанной, - крикнула дочь ей в спину.

Так в свидетельстве о рождении рядом с чисто русской фамилией и появилось заграничное имя. А в графе "Отец" - данные человека, с которым, согласно документам, Лариса Иванова состояла в законном браке. Мать ее попыталась объяснить сотрудницам ЗАГСа "стыдную" ситуацию: "Муж в тюрьме, она к нему не ездила..." Но в ответ услышала: "Ребенок рожден в браке, по закону муж - отец ребенка".

Это "украшательство" биографии девочки позже придется исправлять в суде. Но об этом - один из следующих сюжетов. А этот закончился трагедией. 38-летнюю Ларису Иванову, продавца продуктового тонара, женщину, по мнению соседей, весьма свободных нравов, обнаружат мартовским, еще по-зимнему холодным утром в подмосковном лесу. Причина смерти - переохлаждение.

Осиротевшую семилетнюю Сюзанну возьмет к себе бабушка. Но произойдет это через полгода. Все это время Татьяна Викторовна Баширова сама была в такой опасной близости к финалу жизни, что теперь свое возвращение "оттуда" иначе как чудом она не называет.

Сюжет второй: Сюзанна и бабушка

Татьяна Викторовна явно из породы женщин, для которых слова о предназначении быть матерью не пафос, а сама жизнь.

- Старшая дочка - это мой техникум, средняя - институт, младшая, видимо, аспирантура, а с Сюзанкой я теперь на докторскую пойду, - шутит эта миловидная 61-летняя женщина, с которой и не очень-то вяжется прилагательное "пожилая". Овдовела несколько лет назад.

Миниатюрная, подвижная, за дымчатыми стеклами очков - веселый прищур глаз: хроническая оптимистка. И тот кошмарный 2005 год не изменил ее характера. Тогда, после похорон своей средней дочери, еще не подняв голову от горя, она получила новый удар: узнала, что нуждается в срочной нейрохирургической операции - доброкачественная опухоль мозга. Точнее - внутричерепная менингиома, три случая заболевания на 100 000 человек. Еще в 1910 году такую операцию перенес начальник штаба армии США, генерал Леонард Вуд. Через месяц он вернулся к своим обязанностям, Первую мировую закончил в строю, а позже стал губернатором Филиппин.

У Татьяны Викторовны стремительного выздоровления не получилось. И все же через несколько месяцев послеоперационной неподвижности она, научившись заново ходить, первым делом забирает внучку Сюзанну из семьи старшей дочери.

- У нее у самой двое школьников, а это нелегко.

О том, что им с внучкой жить на ее пенсию инвалида 1-й группы тоже придется непросто, Татьяна Викторовна знала наперед. Поэтому после устройства Сюзанны в новую школу, рядом с домом, бабушка с внучкой оправились хлопотать пособие "по потере кормильца" и оформлять опекунство. Хлопоты оказались долгими...

- Мы не привыкли отступать, - цитирует Татьяна Викторовна пионера с кувалдой из знаменитого советского киножурнала, возвращаясь после очередного визита в районную соцопеку или с заседания суда. Их с внучкой "орешек знаний" (в официальном языке именуемый социальной справедливостью) оказался значительно крепче того, киношного. Не колется уже третий год.

Сюжет третий: Сюзанна и суд

Их мытарства начались сразу. "Какая опека? А где согласие отца на это? Какое пособие при живом отце?" - строго спрашивали сотрудницы соцопеки Донского района, зоркие стражи буквы закона.

Забегая вперед (уж очень не терпится сказать), успокоим: и опеку бабушки над внучкой они в итоге назначат, и пособие по потере кормильца тоже. Но чтобы это случилось, Татьяне Викторовне пришлось столько усилий приложить... Она разыщет в далеком зауральском крае освободившегося после очередной отсидки "папашу". Добьется от него нотариально заверенного "признания":

- К ребенку отношения не имею и против опеки не возражаю.

Настойчивая бабушка выиграет в суде иск к управлению московских ЗАГСов о неправомерности записи в свидетельстве о рождении внучки. И вот теперь в новом документе у девочки в графе "Отец" - прочерк, а отчество Викторовна у нее на память от прадеда Виктора. Она его не застала, но бабушке верит: хороший был человек.

Пособие Сюзанне стали выплачивать сразу после решения суда, с ноября прошлого года.

- Почему не со дня смерти матери? - удивилась Татьяна Викторовна и подала новый иск - о назначении выплат начиная, как прописано в законе, с того самого "момента потери кормильца".

По ее расчетам, государство задолжало внучке около 180 тысяч рублей. Представитель соцопеки, увидев на суде сумму иска, сорвался на крик.

- Я даже в коридоре все слышала, так громко было, - Сюзанна во все инстанции ходит с бабушкой (они разлучаются только на время уроков), - а когда во время перерыва зашла в зал, они говорили бабушке, что будут вынуждены забрать меня в детдом, потому что она инвалид, а инвалиду нельзя быть опекуном.

Мы сидим на их кухне. Рядом с тетрадками Сюзанны на клетчатой клеенке - стопки бумаг: заявления, иски, письма - документальные свидетельства "хождений по мукам" бабушки и внучки.

- Когда оформляли опекунство, их не смущала моя инвалидность, а как долги выплачивать, так на шантаж перешли, - объясняет свое видение ситуации Татьяна Викторовна. - Все деньги бюджетные стерегут.

А вот здесь Татьяна Викторовна попала в точку. По данным "Известий", в последнее время участились случаи, когда органы опеки отказываются назначать пособия за прошедший период. Об этом свидетельствуют многочисленные жалобы из разных регионов в комитет по делам женщин, семьи и детей Госдумы.

Сюжет четвертый: Сюзанна и закон

- О чем вы говорите, никто не будет отнимать девочку у бабушки, это навредит ребенку, мы будем действовать исключительно в интересах Сюзанны, - голос чиновницы на том конце провода звучит искренне и убедительно. - Девочка очень способная, занимается музыкой, танцами, театром, у нее целый ворох почетных грамот.

- А как же быть с постановлением правительства об опеке, по которому бабушка - инвалид 1-й группы не может быть опекуном?

- Ну, вы же понимаете, бывают исключения из правил. Будем искать выход из положения. Их на сегодня видится два: либо бабушка проходит медицинское переосвидетельствование и "понижает" инвалидность до 3-й, трудоспособной, группы, либо опекунство переоформляется на одну из ее дочерей.

Но при первом варианте Татьяна Викторовна существенно теряет в деньгах, лишаясь пенсии за 1-ю группу (если врачи вообще на это пойдут: эта группа ввиду серьезности перенесенной операции, как правило, дается пожизненно). А при втором варианте, по мнению Башировой, возникает угроза семейному благополучию дочерей:

- У них же свои сложности, свои дети. А у нас с Сюзанной семья. Почему это нельзя оформить по закону? Почему надо идти на подлог?

Татьяна Викторовна в который раз перекладывает стопки бумаг на столе, и руки выдают ее волнение. Вдруг понимаю, что от бесконечного напряжения ее нервы наэлектризованы так, что больше у женщины нет сил скрывать отчаяние. И в этот момент хочется сорваться с места, звонить, бежать, стучаться в любые инстанции и искать, искать ответы на ее вопросы. Ну действительно, неужели любящая, заботливая бабушка - это для закона зло? А детский дом - это для ребенка благо? Неужели в Симоновском суде, где в середине сентября будет еще одно заседание по иску Башировой о выплате пособия внучке, вновь сторонам - участницам процесса не хватит такта и деликатности по отношению друг к другу? Районной соцопеке надо набраться смелости и признаться: да, когда оформляли опекунство, сами надоумили женщину принести медсправку: "Здорова", а не твердить сейчас себе в оправдание: "Те сотрудники уже давно не работают".

Бабушке же, которой судьбой отмерено мужество какими-то гигантскими порциями, видимо, надо израсходовать еще одну. Пришло время. И тоже на пользу внучке. Переоформление опекунства на одну из дочек видится в этой сложной ситуации наиболее вероятным выходом из положения. Это если ни на миллиметр не отступать от буквы закона. А если просто, по-человечески, то их спасение в исключении из правил. Так пусть уже случится финал истории. Потому что впереди у Сюзанны еще целая жизнь. У таких рано взрослеющих девочек-умниц она просто обязана быть счастливой. И никто в этом не должен сомневаться. Поэтому все фамилии в материале изменены.