Оперная певица Сондра Радвановски: "Моя бабушка была дочерью русского князя"

Во вторник на сцене Большого зала Московской консерватории самый знаменитый в мире русский певец Дмитрий Хворостовский споет вместе с сопрано Сондрой Радвановски. Пару лет назад Хворостовский задумал представлять в России тех, с кем вместе выступает на лучших оперных сценах планеты, но чьи имена у нас практически неизвестны. Так при поддержке Сбербанка России появился многосерийный проект "Хворостовский and Friends". Первым был дуэт с замечательной американкой Рене Флеминг, потом - с феноменальной кореянкой Суми Йо. Теперь настал черед мисс Радвановски, которая считается одной из самых ярких американских певиц своего поколения. Будто следуя чеховскому императиву, в ней все прекрасно: исключительное драматическое мастерство, уникальные вокальные данные и модельная фактура в придачу. Накануне концерта с Сондрой Радвановски встретилась обозреватель "Известий".

вопрос: Как вы познакомились с Дмитрием Хворостовским? Ведь вы еще ни разу не выступали вместе.

ответ: Да. Впервые встретиться с Дмитрием на оперной сцене мне предстоит в следующем сезоне. Я всегда мечтала об этом, как только его увидела и услышала. Он фантастический певец! Мы знакомы уже несколько лет. Помню, столкнулись за кулисами нью-йоркской Metropolitan и чуть ли не хором сказали друг другу: "У тебя такой прекрасный голос, нам обязательно нужно спеть вместе". Так что когда мне позвонили с предложением участвовать в этом концерте, я ответила "да, конечно!", не раздумывая, чего обычно не делаю. Дальше все пошло как по маслу, мы быстро договорились о программе. И вот я здесь, в Москве, чего представить себе не могла.

в: Почему?

о: Еще в детстве Советский Союз, Россия казались мне местом, куда я никогда не смогу попасть, будучи американкой. Хотя именно из России происходит часть моей семьи, ребенком я очень много читала о вашей стране и не понимала, как такая большая страна могла так много страдать?

в: Так у вас есть русские корни?

о: Да. Но я точно не знаю, кто эти люди. Бабушка и отец не любили говорить об этом и никогда ничего не записывали об истории своего рода. В нашем доме эта тема была табу. Может быть, по старой привычке они просто боялись. Есть основания думать, что моя бабушка была незаконнорожденной дочерью какого-то князя, но она сразу замолкала, как только я что-то пыталась у нее выведать. У меня дома до сих пор хранятся бабушкины матрешки. Ничего другого типично русского я не знаю... Хотя нет, неправда. Мои друзья просили меня привезти из Москвы водки, и побольше. Боже, выходит, у меня друзья - алкоголики! Какой ужас!

в: А вообще вам нравится постоянно колесить по миру?

о: Я никогда не любила жизнь на чемоданах. А после событий 11 сентября летать становится все сложнее и сложнее. Таможня перетряхивает все твои вещи - вплоть до нижнего белья. Это очень унизительно. Правда, если ты знаменит, то к тебе другое отношение: бизнес-класс в самолетах, vip-обслуживание в аэропортах и отелях, так что чемоданы таскать не приходится. Это существенно облегчает жизнь. К тому же мне повезло: мой муж путешествует со мной и даже иногда готовит для меня.

в: Как вам удалось найти столь преданного спутника?

о: Я очень долго не выходила замуж. Искала человека, который любил бы не Сондру - оперную певицу, а обычного человека. А это очень трудно. Многие люди восхищаются тем, что мы делаем на сцене, но абсолютно игнорируют нас настоящих. Никак не могут понять, что дома мы превращаемся в ранимых людей, которым нужна забота. Так как наш инструмент - голос - заключен в нашем теле, мы должны его постоянно оберегать, ведя очень правильный образ жизни, часто вопреки своим желаниям. Я, например, не бегаю под дождем, не кричу на стадионах, не ем мороженого. И мой муж прекрасно это понимает. И самое главное - в отличие от абсолютного большинства мужчин он не боится быть в моей тени. Говорит: "Ты - знаменитость, ты зарабатываешь деньги, а я просто всегда тебя поддерживаю".

в: В какой момент вы поняли, что вы добились искомого успеха?

о: Однажды в Вене я шла по улице и кто-то догнал меня и спросил: "Вы подпишете мне фотографию?" Я обернулась пару раз, чтобы убедиться, что обращаются именно ко мне. В тот момент я совсем не выглядела звездой: уставшая после репетиции, в джинсах, а вместо прически - волосы собраны в хвостик... Тут впервые я поняла, что такое слава. А сегодня автографсессии, приемы со спонсорами после выступлений уже вошли у меня в привычку.

в: О жестокой конкуренции в оперном мире ходят страшные легенды. Вы испытывали нечто подобное?

о: Битого стекла в пудренице или концертного платья, залитого лаком для ногтей я, к счастью, не находила. Возможно, меня все это обошло стороной, потому что я начинала сразу на очень высоком уровне. Очень молодой певицей я появилась в Met, и коллеги имели ко мне хоть минимальное уважение. Дело обходилось безобидными шутками - вроде рулона туалетной бумаги в дамской сумочке. На сцене, конечно, ситуации возникали более экстремальные. Однажды я пела с тенором, который, думала, хорошо ко мне относится. Он говорил, что только со мной хочет выступать, записать DVD. Но вдруг я получила аплодисментов намного больше, чем он, и с тех пор он стал делать вид, что мы незнакомы. А другой тенор - вообще тенора - это, как правило, кошмар, истеричные самовлюбленные глупцы - все время пытался сорвать мое выступление. Каждый раз, когда я пела, он подходил и закрывал мне рот рукой. Я взяла и спела ему на ухо самую высокую ноту, конечно, сделав вид, что случайно, и мило ему улыбнулась. Он тут же стал вести себя прилично.

в: Такой "вредной" вас делала профессия?

о: Я не вредная, я просто умею за себя постоять и не переживать по пустякам. Как говорит мой муж, надо быть уткой. Она, конечно, плавает в воде, но вся вода с нее стекает. Кто-то обязательно плохо относится к твоему успеху, и ты ощущаешь на себе косые взгляды, слышишь злые языки, а кто-то тебя просто по-человечески раздражает. Но в любом случае я пытаюсь сохранять позитивный настрой и всегда улыбаться людям.