С Мао по жизни
К современному китайскому искусству относят произведения тех художников, которые следуют западным трендам и критически взирают на коммунистическую идеологию. Большей частью именно такие авторы стали героями выставки "Китай, вперед!", открывшейся в московском ЦУМе.
Художественные выставки в универмагах не такая уж редкость, как может показаться. В Европе, Америке или Японии подобные рекламные ходы получили распространение довольно давно. Теперь эта традиция начинает приживаться и у нас. Во всяком случае для ЦУМа это уже не первая акция, связанная с современным искусством - вспомнить хотя бы годичной давности инсталляцию Йоко Оно "Одиссея таракана". На сей раз внимание обращено на другой модный бренд. Модный без преувеличения. На международном арт-рынке слоган Made in China уже несколько лет воспринимается с большим воодушевлением. Хотя можно, конечно, вслед за скептиками посчитать, что вся эта шумиха вокруг китайских художников связана исключительно с желанием на них заработать. Когда в рекордно короткие сроки цены на произведения взлетают в десятки раз, оборотистым дилерам грех упускать свои шансы. Но стоит заметить, что современное искусство из Поднебесной покупают отнюдь не только тамошние нувориши, как это чаще всего происходит в случае с российским репертуаром и нашими же коллекционерами. Если китайское "арт-чудо" и было создано ради финансовых спекуляций, то ему все равно не откажешь в планетарном размахе.
Да и без политической составляющей тут, пожалуй, не обходится. Западной аудитории приятно ощущать, что китайское общество не так уж монолитно, как думалось прежде. И что тамошние художники все смелее бросают вызов идеологическим канонам - или хотя бы не прочь складывать фигу в кармане. Главной мишенью для свободомыслящих творцов стала коммунистическая икона по имени Мао. Это явственно ощущалось еще на прошлогодней выставке "Соц-арт. Политическое искусство в России и Китае", которую показывала Третьяковская галерея. Нынешняя экспозиция в ЦУМе тенденцию лишний раз подтверждает. Миновав гигантского красного "Гомункулуса" (скульптуру установили прямо перед входом, к вящему изумлению проходящих по Кузнецкому Мосту), зритель в дверях натыкается на другое изваяние, не менее красное. Сказать, что это просто сатира на Мао Цзэдуна - значит не сказать ничего. Всю ненависть пополам с иронией, какие только могли скопиться в сердцах, братья Гао вложили в этот карикатурный образ вождя. Дебиловатый Пиноккио с огромной женской грудью содержит, тем не менее, черты портретного сходства с ликом Великого Кормчего, на что прозрачно намекает и подпись "Мисс Мао". В самом Китае произведение, естественно, под запретом, а вот на зарубежных гастролях оно пользуется популярностью.
Несколько менее брутально, но также не без издевки используют портрет покойного вождя и прочие авторы. То вознесется хоругвь с изображением Мао над бойцами, переплывающими кровавые воды (полотно "Красная река" Шенга Ки), то проглянет нежная женская плоть из-под груды значков с узнаваемым профилем (фотопанно "Память о тотеме" Тьяна Тайчена). Иногда даже кажется, что образ Великого Кормчего вставлен в произведения для пущего национального колорита - чтобы иностранцы не путались в географии. Такая опасность вполне реальна: прогрессивные китайские художники взяли на вооружение многие западные приемы и технологии. Без этикетки иной опус легко принять за нечто японское или американское. Вот и приходит на выручку товарищ Мао. Правда, имеются и другие атрибуты, недвусмысленно указывающие на китайскую специфику, - например, характерные пейзажные мотивы, нанесенные на лицо художника Хуанг Яна (фотосерия "Китайская татуировка Шан-Шуи"), или знаменитые цирковые акробаты, чьи утомительные тренировки запечатлел на холстах Ксю Жонгмин. Сюда же с некоторой натяжкой можно отнести и очертания небоскребов - с этой приметой сегодняшней реальности активно работает фотограф Вэнг Фэн. В комической форме рассказывает о социальном неравенстве Хан Бин: в его постановочной фотосерии "Нувориши ведут за собой людей" парафразы на тему рабочего и колхозницы дополнены фигурой местного олигарха.
Но какой бы темы ни касались экспонаты выставки, по разным приметам ощущаешь, что все они принадлежат к экспортному варианту китайского искусства. Это результат встречного движения. Художники производят то, чего хочет от них западная публика, которая, в свою очередь, способствует их карьерному росту в международном масштабе. Можно назвать происходящее постепенной интеграцией в мировое искусство. У нас лет двадцать назад было нечто подобное - правда, к выдающимся успехам это тогда не привело. Сегодня осуществляем вторую попытку. Вполне вероятно, что у китайцев получится с первого раза. Во многом уже получилось. На все-то там отыщется собственная модель.
