Немцов получил тяжелую конфузию
На днях Борис Немцов избежал судебного преследования по иску члена участковой избирательной комиссии N 730 г. Москвы Любови Максимовой. Максимова требовала опровергнуть озвученную бывшим лидером СПС информацию о фальсификациях на избирательном участке, где она работала на выборах депутатов Госдумы. Замоскворецкий районный суд иск не удовлетворил на том основании, что г-н Немцов... отказался от собственных слов.
Поводом для иска Любови Максимовой стала цитата из интервью Бориса Немцова, прозвучавшего в эфире "Радио Свобода" сразу по окончании парламентских выборов.
"Несмотря на вбросы, фальсификации, которые действительно в большом количестве были... можно посмотреть, например, как с 730-го участка они накидывали бюллетени", - заявил Немцов. Эти слова Любовь Максимова расценила как обвинение ее лично в "заведомо незаконных действиях как члена участковой избирательной комиссии N 730". Исходя из этого, она потребовала опровержения и взыскания с ответчика 3,5 миллиона рублей в качестве компенсации морального вреда.
Однако Замоскворецкий суд в иске отказал. Причины такого решения объяснил адвокат Вадим Прохоров, представляющий Бориса Немцова и соответственно его доводы в данном разбирательстве: фамилия Максимовой в высказывании его клиента не фигурирует, как и другие признаки ее идентификации, а избирательных участков под номером 730 в стране великое множество - Немцов ведь не говорил, что речь идет о Москве...
На ум приходит эпизод из рассказа Марка Твена о том, что "Илиаду" написал Гомер, но не тот, а другой". То есть фальсификации были на каком-то совершенно неконкретном избирательном участке N 730 - уточнить Борис Немцов не берется... Интересно, какими доводами защищал бы адвокат Прохоров своего подзащитного, если бы с исками в суд обратились представители всех избирательных участков страны под номером 730?
С тем московским избирательным участком N 730 действительно была связана фальсификация. Однако к "вбросу бюллетеней" отношения она не имела - скорее, наоборот. После голосования на сайте малоизвестного молодежного движения "Смена" появился видеоролик, снятый юным активистом на мобильный телефон. На видео было видно, что некая женщина кладет в урну для голосования пачку бюллетеней. Ролик демонстрировался руководителями "Другой России" как "яркое свидетельство махинаций с бюллетенями". Впоследствии же выяснилось, что на самом деле юный активист запечатлел вполне законную процедуру: член участковой комиссии Любовь Максимова под контролем независимых наблюдателей положила в урну бюллетени, заполненные избирателями, голосовавшими на дому по состоянию здоровья.
Когда история с якобы "вбросом" вскрылась, появился даже новый политтехнологический термин - "фальсификация фальсификаций". Скандал обернулся конфузом для его устроителей. И, как видим, аукнулся Борису Немцову.
Похоже, теперь в судебной практике создан прецедент: в иске Немцову отказано, поскольку "он не то имел в виду". Если бы, скажем, на него подал в суд председатель Центризбиркома Владимир Чуров, потребовав доказать "массовые фальсификации", то тогда Немцов бы ответил, что он вовсе "не те выборы имел в виду". Или даже вовсе и не выборы. И "вбросы" - это вовсе не "вбросы" бюллетеней, а совсем другие "вбросы", потому что в этот момент Немцов думал, скажем, про американский футбол.
Нежелание отвечать за свои слова - в общем, довольно обычное качество для политика. Но вот желание видеть в любых словах "двойное дно" - качество уже не политика, а баснописца. В связи с этим как-то сама собой вспоминается басня "Ворона и лисица" - история о том, что некоторым персонажам лучше научиться держать рот на замке. Им же лучше будет.
Как вы понимаете, написанный выше абзац вовсе не обязательно имеет отношение к Борису Ефимовичу Немцову. А если и имеет, то вовсе не обязательно к тому Немцову, который считает себя известным политиком и недавно выиграл суд у представительницы 730-го участка г. Москвы.
