Михаил Швыдкой предложил скульпторам дружить домами
В Замоскворечье, в 1-м Спасоналивковском переулке, 4, больше тридцати лет располагается Московский дом скульптора. 14 февраля шестеро скульпторов начали в нем голодовку, протестуя против передачи здания Межгосударственному фонду гуманитарного сотрудничества стран - участниц СНГ, сопредседателем которого является Михаил Швыдкой. 18 февраля голодовка была приостановлена, а на следующий день прекращена. Стороны ищут компромисс.
Дом Вяземских - памятник архитектуры федерального значения - датируется серединой XVIII века. В 1970-е годы скульпторы спасли его от сноса, отреставрировали за счет Художественного фонда и получили в пользование. И никак не предполагали, что им придется защищать дом ценой собственного здоровья.
23 января неизвестные люди захватили (именно захватили) первый этаж, включая зал заседаний и столовую с авторской мебелью. Они сослались на декабрьское распоряжение премьер-министра Виктора Зубкова о передаче дома новому хозяину.
В основе конфликта - старый спор Москвы и федерального центра о принадлежности памятников федерального значения. В 1996 году Объединение московских скульпторов получило свой старый дом в оперативное управление от правительства Москвы на срок до 2017 года. Но в 2003 году Минимущество России решило иначе, закрепив право оперативного управления за Агентством по управлению и использованию памятников. Это специальный федеральный орган, ведающий памятниками как имуществом и подчиняющийся другому агентству - по культуре и кинематографии, то есть Михаилу Швыдкому. Москва подала иск в арбитражный суд и к началу 2007 года проиграла дело окончательно.
В сообщении для прессы Росимущество указывает, что часть здания была сдана в суб-аренду и что плата поступала не в федеральный бюджет, а на счет Объединения скульпторов. Однако договор субаренды был заключен до вступления в силу приговора суда, с ведома правительства Москвы. В ноябре срок договора истек, и субарендатор покинул помещение. Теперь ничто не мешало федералам оформить договор со скульпторами.
Кто хочет, ищет возможности, кто не хочет, ищет предлоги. В пресс-релизе Росимущества читаем: "Остальная часть помещений для обеспечения уставной деятельности организации не использовалась". Но это неправда. В Московском доме скульптора проходят не просто выставки, а бесплатные выставки (читатели "Известий" помнят наш отчет о конкурсе на памятник Мандельштаму: проекты выставлялись именно здесь). Да и вся жизнь творческого содружества протекает здесь.
Уточним: художники не стремились и не стремятся закрепить за собой собственность на дом. Они лишь управляли собственностью по доверенности Москвы и управляли успешно, пока Москва не потеряла эту собственность. Федеральным чиновникам следовало бы сохранить столь успешного пользователя, а не ссориться с ним.
Да и с кем ссориться? Среди голодающих академики Академии художеств Иван Казанский и Александр Цигаль, член-корреспондент академии Владимир Буйначев, академик Венской академии изящных искусств Слава Лен, скульпторы Владимир Соболев и Олег Ковригин, которого увозили в больницу. Большинству участников голодовки за шестьдесят.
К вечеру каждого дня особняк переполнялся художниками, готовыми заменить своих товарищей. Приходили врачи-добровольцы. Устраивались однодневные выставки в поддержку выдвинутых требований. Условием прекращения акции, в сущности, было одно: просто заметить проблему и сказать голодающим хоть какие-то слова.
Только на пятый день голодовки, вечером понедельника, по дому распространилась информация, что проблема замечена в аппарате первого вице-премьера Дмитрия Медведева. Этого было достаточно: голодовку приостановили, а на следующий день прекратили. Тогда же, во вторник, то есть после голодовки и почти через месяц после захвата первого этажа, Михаил Швыдкой на коллегии своего агентства высказался за компромисс и консолидацию художников с властью.
Недоразумением все это не назовешь. Напомним, что похожим атакам подверглись недавно Дом актера и Дом журналистов. За актеров заступился тот же Дмитрий Медведев. Но дело не сводится к борьбе за недвижимость творческих союзов. "Известия" уже писали, что раздел памятников культуры по принадлежности между Москвой и федеральным центром, закрывая одну проблему, создает другую. Как и в случае с домом Поливанова в Денежном переулке (см. нашу публикацию от 10.01.08), у чиновников есть свои кандидаты на отреставрированную недвижимость. Скольким еще арендаторам и пользователям предстоит узнать, что их договоры потеряли силу?
