Пляжные снеги Евгения Евтушенко
В спорткомплексе "Олимпийский" прошло грандиозное празднование 75-летнего юбилея поэта Евгения Евтушенко. Легенда шестидесятничества и певец оттепели, Евтушенко оставался в годы своей невероятной популярности фигурой сложной и неоднозначной. Кто-то считал его беззаветным борцом за идеалы демократии. Кто-то приписывал ему конформизм. Но времена меняются, и сегодня все "идущие в бой старики" - Вознесенский, Ахмадулина, Евтушенко - видятся по одну сторону поэтической баррикады.
Явление Евтушенко народу в дни празднования 75-летия достойно звания Барда. Стиляга и пижон, Евгений Александрович явил себя пусть не площади Маяковского, но, пожалуй, и того круче - огромному стадиону, заполненному разновозрастной аудиторией. И формат выбрал самый что ни на есть протестный - рок-оперу "Идут белые снеги", первый вариант которой родился в пиковый для русского рока момент - в 1980 году.
Сцена решена как остров в океане, кишащий праздной молодежью. То ли демократичный Казантип, то ли пафосная Ибица. Юноши и девушки играют в сквоч и удят рыбу, занимаются любовью и танцуют. Вокруг острова - гигантские стилизованные березы, которые волей художника Нины Гапоновой с помощью подсветки превращаются в экзотические пальмы. В общем, некое воспроизведение пространства известного фильма "Пляж". И вдруг в эту обитель вваливается человек из другого мира, иного измерения, из почти доисторической эпохи. На нем клетчатые брючки, рубаха в огурцах, кепка с яркой аппликацией, галстук, украденный у Незнайки. И вдобавок он изъясняется ... стихами. Произносит, перекрывая ревущий саунд синтезаторов и электрогитар: "Выше тела ставить душу - Жизнь, достойная урода. / Над душою ставить тело - Это ложная свобода. / Помоги мне, мать-природа, чтоб я был не из калек, / Чтобы тяжесть, чтобы сладость, чтобы даже горечь меда / Мою душу с моим телом тайно склеили навек..."
Разношерстная массовка постепенно включается в действие. Народу много: рок-группа Steel City Band, симфонический ансамбль "Элеганс", хор под управлением Георгия Сафонова и даже дуэт гимнастов. На сцене появляются альтер эго поэта - Память, Душа, Лирик, Рок. Эти роли исполняют артисты, которые хотя и моложе героя, но тоже склонны к ностальгии по андерграунду 80-х: Павел Смеян, Анатолий Алешин (из легендарной группы "Аракс", которая была настоящим музыкальным сердцем "Ленкома"), Дмитрий Харатьян, Денис Константинов.
Действие, как и положено в условно-эпическом жанре рок-оратории, комментирует хор, именуемый Глас Судьбы. Впрочем, действия как такового нет. Есть состояния мятущейся души, а музыкальная и сценическая драматургия диктуется законами поэзии. В середине спектакля остановка. На гигантском экране начинают мелькать кадры - документальные, игровые. Поэт и его страна на разных этапах жизни. "Мы родились в стране, которой больше нет, / Но в Атлантиде той мы были, мы любили..."
Использование видеоряда по большей части удачно. Хотя иногда режиссеру Николаю Лактионову не хватает изобретательности, и бегущие кадры вдруг превращаются в банальные иллюстрации DVD-караоке. Звук рвет барабанные перепонки, но Поэт, кажется, этого не замечает. С явным удовольствием обнимая молодую актрису, примостившуюся у него на коленях.
Что сказать о музыке Глеба Мая? Она - слабое звено. Хотя калька нормативов и стандартов арт-рока (он же прогрессив-рок, он же симфо-рок) конца 70-х - начала 80-х годов как бы выдержана. Впрочем, именно как бы - буквально по Евтушенко: "Я живу в государстве по имени Как Бы"... Это Как Бы Genesis, Как Бы Pink Floyd (есть даже некое гитарное соло, Как Бы отсылающее к знаменитому альбому The Dark Side Of The Moon).
Публика приняла Евтушенко восторженно. Истошный женский голос вопил: "Слава поэту!!!" Поэзия осталась настоящей. А в то, что пижону в клетчатых штанах и желтом галстуке - 75, поверить невозможно.
