Анну Нетребко охраняли от публики
Даже при всей нынешней моде на барочную музыку ажиотаж, что разыгрался вокруг исполнения "Stabat Mater" Перголези в Большом зале Московской консерватории, не случился бы, если бы не одно светское обстоятельство: партию сопрано в 35-минутной кантате спела первая красавица мировой оперы Анна Нетребко.
За Анной охотятся не только лучшие оперные театры планеты, но и самые крутые компании. Соблазняя примадонну внушительными суммами, они надеются, что прекрасная Анна станет лицом их бизнеса. Она часто отказывает. Но не всем и не всегда.
Пикантность московскому концерту придало и то, что нынешним летом певица сказалась больной и отменила свои выходы в дебютном для себя барочном амплуа на фестивалях в австрийском Зальцбурге и в итальянской Кортоне. Чем вызвала не шуточный всеевропейский скандал. В Москву, опровергнув многочисленные опасения, Анна приехала и не стала ничего менять в программе. Перголези так Перголези, была не была, похоже, рассудила примадонна. Благо Москва, как и Петербург, не входит в число тех музыкальных столиц, выступление в которой способно повлиять на международную карьеру исполнителя.
Покой мегазвезды в консерватории оберегал полк специально нанятой охраны. Часовые стояли повсюду в каждом проходе и у каждой двери, как на служебной, так и на зрительской половинах. Публика, выложившая до 18 тысяч за билетик (ценовой рекорд на филармонические собрания), чувствовала себя словно под конвоем.
Виновница переполоха, надо сказать, была искренне смущена этим не очень почетным караулом. И, общаясь с друзьями перед выходом на сцену, недоумевала: "И зачем они столько охраны вызвали? Это же не Chopard!" (Последний раз Анна Нетребко пела в Москве 8 марта на вечеринке этой ювелирной компании. "Известия".) "На мне нет килограммов бриллиантов, ведь сегодня мы поем духовную смиренную музыку", улыбаясь, объясняла Анна.
Прежде чем услышать и увидеть вожделенную диву, публике полагалось в первом отделении выдержать сюиту Генделя "Музыка на воде". Испытание оказалось не из легких. Обладатели дорогих билетов явно скучали и, наверное, чтобы обозначить в зале свое присутствие, готовы были хлопать в ладоши едва ли не после каждого аккорда. Хороший дирижер немец Михаэль Гюттлер, часто выступающий с Анной Нетребко, был явно разозлен ситуацией. К тому же музыканты камерный ансамбль оркестра "Солисты Москвы" играли жирным вульгарным звуком, подходящим разве что для ресторанного музицирования. Первоначально в концерте анонсировалось участие Венецианского барочного оркестра Андреа Маркона, но знаменитый коллектив, к сожалению, не приехал. Под конец "водных процедур" от господина Генделя дирижер и вовсе стал откровенно посмеиваться над публикой...
Когда на сцене появилась Анна Нетребко в роскошном черном платье, зал взорвался восторгом. Она заметно волновалась. Сакральную мессу на латыни, описывающую скорбь Богоматери у подножия Креста, она пела в дуэте с подругой по Мариинскому театру меццо Екатериной Семенчук в очень быстрых темпах. Потрясающей красоты сопрано Анны звучало не по-барочному строго, а по-оперному шикарно и масштабно. Чувства стиля, чистоты интонации, а главное глубины проникновения в эмоциональную суть кантаты явно недоставало ни ей, ни ее коллеге. От такого "глянцевого" исполнения искушенная зальцбургская аудитория вряд ли бы пришла в восторг. Наша безумствовала. И очень долго не отпускала певиц, фотографируя их на мобильники.
