А ведь мы были первыми...

Андрей Бильжо. Карикатуры в тему

4 октября 1957 года в 22 часа 28 минут по московскому времени человечество вступило в новую космическую эру. В СССР на космическую орбиту был выведен первый искусственный спутник Земли. Русское слово "спутник" сразу вошло в языки всех народов мира, стало интернациональным. Первая космическая скорость, вычисленная еще Ньютоном, впервые в истории была достигнута силой человеческого разума. И то, что это великое достижение было сделано в СССР, явилось шоком для Запада. Аншлаги всех газет мира были полны восхищения или же страха перед вдруг обнаруженной мощью нашей страны.

17 сентября 1957 года в Колонном зале Дома союзов состоялось торжественное заседание, посвященное 100-летию со дня рождения Циолковского, которого в СССР уважали как теоретика космонавтики, хотя никакой космонавтикой тогда еще не пахло. Доклад сделал неведомый публике член-корреспондент АН СССР Сергей Королев, который был неприлично молод - всего 50 лет. Быть может, на молодость списали его пророчество: "В ближайшее время в СССР и США с научными целями будут произведены первые запуски искусственных спутников Земли". Это заявление не стало сенсацией ни на Западе, ни в СССР. Заявление прошло незамеченным, как будто его не было...

В "холодной" войне агрессоров не бывает. В "холодной" войне, как в кухонной ссоре, виноваты обе стороны. Но отличие в том, что промолчать и разойтись по углам, как могут сделать соседи, амбициозным государствам очень трудно. В 1950-е годы, и об этом говорят рассекреченные документы, авиация США нарушала воздушное пространство СССР не менее 10 тысяч раз. Неоднократно проводились масштабные учения, когда стратегические бомбардировщики целыми эскадрильями летели через Атлантику на Москву и разворачивались угрожающе у границы. У СССР не было столь мощной авиации. Но СССР готовил Америке неожиданный и нокаутирующий ответ, который сейчас бы назвали "симметричным". Перед новым русским оружием самолеты были бессильны. В начале 1960-х Хрущев уже мог пугать американцев тем, что "мы делаем ракеты, как сосиски".

Разработка межконтинентальной баллистической ракеты, способной по космической орбите доставить ядерный боезаряд в любую точку планеты, была поручена Сергею Королеву. Он принадлежал к той плеяде замечательных советских конструкторов, кто был репрессирован в 1930-е годы, побывал на Колыме, поработал в "шарашке", но удивительным образом еще задолго до реабилитации страстно трудился, укрепляя режим, который чуть не свел их в могилу. В итоге оказалось, что режим ушел в прошлое, а страна и общество живут дивидендами от этого поразительного трудового подвига.

Первую инженерную записку о спутнике написал в 1954 году Михаил Тихонравов, который позже стал Героем Социалистического Труда и лауреатом Ленинской премии. Идея Тихонравова подтолкнула Королева на быстрые действия. Что бы ни говорили сейчас о том, что Королев сызмальства мечтал о далеких планетах, в тот период он был полностью поглощен созданием межконтинентальной ракеты, но идея Тихонравова давала возможность сделать первый шаг к мирному и на время отложенному космосу. 16 марта 1954 года состоялось совещание у вице-президента АН СССР Мстислава Келдыша. 27 мая 1954 года Королев направил письмо министру обороны Устинову с предложением использовать мощную боевую ракету для запуска первого спутника Земли. Самой ракеты еще не было, но для спутника можно было использовать ее упрощенную модификацию.

Про советских чиновников сейчас не принято говорить лестно. Но факт остается фактом: Устинову в ситуации, когда создание ядерного носителя было вопросом выживания страны, проще всего было бы завернуть легкомысленную записку, но он ее поддержал. И в итоге первый спутник еще до того, как была создана межконтинентальная ракета, посадил американские бомбардировщики на аэродромы. Это был идеальный пропагандистский ход: спутник на орбите - и не до разбирательства в модификациях ракеты.

30 августа 1955 года в Военно-промышленной комиссии при Совете министров СССР было собрано узкое совещание, где представители Министерства обороны выражали озабоченность в том, что увлеченность спутниками может сорвать строительство боевой ракеты. 30 января 1956 года вышло постановление правительства о выводе на орбиту в 1957-1958 годах спутника массой 1000-1400 кг с научной аппаратурой массой 200-300 кг. Однако в конце 1956 года выяснилось, что ракета не дотягивает до необходимой удельной тяги. Вывод спутника на орбиту двигателисты не гарантировали. Разработка аппаратуры, которую для космических полетов еще никогда не создавали, тоже задерживалась. Военно-промышленная комиссия входит в положение и устанавливает новый срок - 1958 год.

У любого современного начальника отлегло бы от сердца. Отсрочка - самое милое для бюрократа дело. Тем более что спутник - не самое важное, но очень хлопотное поручение. Но в том-то и дело, что Королев был сделан из другого теста. Королев на Совете главных конструкторов в январе 1957 года предлагает пакет революционных идей по максимальному облегчению ракеты, чтобы гарантировать вывод на орбиту спутника массой до 100 кг. Никто из конструкторов Королева не поддержал. Но он уже 15 февраля "продавил" постановление правительства о запуске простейшего спутника. По многим воспоминаниям, соратники Королева, увлеченные задачей создания надежной и мощной межконтинентальной ракеты, не разделяли стараний и волнений Королева о первом спутнике.

Слишком просто! Электрическая схема и радиопередатчик в спутнике были настолько элементарны, что их можно было собрать по наборам, которые продавались в "Детском мире". Но суть не в сложности схемы, а в том, где эта схема будет работать. В конце концов все гениальное просто. И гений тем и отличается от талантливого человека, что способен не просто глубоко изучить предмет, а увидеть проблему так, как никому еще в голову не приходило. В данном случае - увидеть новую орбиту.

17 сентября 1957 года Королев в Колонном зале предупредил человечество о скором запуске спутника. Но никто (кроме немецкого конструктора фон Брауна, которого США тайно вывезли с секретных гитлеровских заводов) Королева не услышал. Из пяти стартов "семерки" лишь две ракеты нормально прошли активный участок, две потерпели аварию, одна не оторвалась от стартового стола. Последний удачный старт был в августе, после чего последовало сообщение ТАСС о создании в СССР межконтинентальной ракеты, хотя для специалистов было ясно, что это политический блеф. Даже у взлетевших ракет конструкции и теплозащита головной части разрушались в атмосфере. Тем не менее Королев настоял на запуске спутника. У военных была изъята ракета, которая стояла бы без дела еще полгода, пока устраняются дефекты головной части. Истина никогда не бывает однозначной: Королев, помимо прочих качеств, был умелым лоббистом и, предполагаю, понимал, что для пользы дела на фоне временных неудач с боевой ракетой необходимо предложить импульсивному Хрущеву крупный успех.

4 октября 1957 года в 22 часа 28 минут по московскому времени спутник ушел на орбиту, и для человечества началась принципиально новая космическая жизнь. "Работают все радиостанции Советского Союза. Передаем сообщение ТАСС..." - тогда впервые Левитан объявил о прорыве на новом космическом фронте. Вся мировая пресса на первых полосах несколько дней публиковала комментарии об историческом событии и две недели размещала списки городов, над которыми пролетал первый искусственный спутник. Премьер-министр Великобритании Гарольд Макмиллан требовал от секретаря ежедневных сводок о полете спутника. Президент США Дуайт Эйзенхауэр проиграл президентские выборы молодому Джону Кеннеди, который критиковал его за космическое поражение от СССР и которого еще ожидало собственное разочарование по поводу полета Гагарина. Первый американский спутник был запущен лишь в начале 1958 года и весил всего 8 кг. 

Такой же круглый, как Земля

Спутник имел форму шара с диаметром 58 сантиметров, вес - 83,6 килограмма. Форма шара позволяла наиболее полно использовать внутреннее пространство спутника. Герметичный корпус был изготовлен из алюминиевых сплавов. В полированном корпусе размещалась вся радиоаппаратура с источниками питания. Перед стартом спутник был заполнен газообразным азотом. Период обращения составлял около 96 минут. Высота орбиты в апогее - 900 км. Сейчас орбитальные станции летают на орбитах около 400 км.

На спутнике имелись два радиопередатчика мощностью 1 Вт, излучавшие сигналы на длине волн 15 и 7,5 метра. На внешней поверхности были установлены четыре стержневых антенны длиной от 2,4 до 2,9 метра. Сигналы имели длительность 0,3 сек, и радиолюбители всего мира хорошо слышали космические "бип-бип-бип". Прием сигналов был возможен на расстоянии до 10 тысяч км. Когда работал один передатчик, второй отдыхал. Энергопитание аппаратуры обеспечивали серебряно-цинковые аккумуляторы, рассчитанные на 2-3 недели. 

Собачка нужна к празднику!

Бытует мнение, что изумленное человечество наблюдало с Земли, как на фоне неподвижных звезд летает первый искусственный спутник. Это даже для обладателей орлиного зрения никак невозможно. Все-таки спутник был чуть больше футбольного мяча и не обладал отражательной способностью. Но в подзорную трубу можно было увидеть отделившуюся ракетную ступень, которая витала на той же высоте.

В победных сводках, естественно, не говорилось, что спутник еле дополз до космической орбиты. Несмотря на все упрощения и облегчения, несколько систем "смазали" работу, в том числе произошло запаздывание выхода тяги основного двигателя. Пошли вразнос и керосиновый насос с турбиной. Для современной ракеты это однозначно означало бы сброс всей схемы полета. Первый спутник вскарабкался в космос на крутую эллиптическую орбиту с апогеем 900 км и перигеем 230 км, но ниже, чем планировалось.

Единственный, кто не впал в эйфорию после успеха первого искусственного спутника, был Хрущев. Почти сразу он пригласил к себе Королева и Келдыша. Хрущев сказал, что только теперь поверил, что Королев не фантазировал, успех небывалый, но советскому народу к 40-й годовщине Октября нужен подарок. Сидевший рядом Микоян предложил запустить еще один спутник, который передавал бы из космоса "Интернационал". Хрущев взорвался: "Ну что ты со своим "Интернационалом"! Спутник - не шарманка!" И тогда Королев предложил отправить на орбиту собаку. Хрущев очень возбудился, и Королев сказал, что постарается, хотя понимал, что за месяц построить ракету и корабль невозможно. Хрущев не понял: "Что значит - постараюсь? Мы уже договорились. Собачка нужна к празднику".

Дворняжка по имени Лайка, которая стартовала в космос 3 ноября 1957 года, вошла в историю. Общий вес спутника 508 кг был качественным скачком, но Лайка была обречена. Специалисты считают, что она не дожила даже до юбилея Октября. Но триумф был полный. Несколько обществ защиты животных выступили с протестом по поводу мученической смерти собаки-космонавта. Советская табачная промышленность выпустила сигареты "Лайка" с портретом довольной собачки, которые давно уже сняты с производства. 

Герой Социалистического Труда, академик Борис Черток: "До этого ракеты летали на спирте, а спутник - впервые на керосине"

Проще всего объяснить наш космический прорыв организаторскими и инженерными талантами Королева и Совета главных конструкторов. Но мне кажется, что роль личности - только полдела. Многое зависит от условий. И в данном случае идеально совпали творческие интересы инженерного коллектива с запросами государства. Их объединила, как ни удивительно, "холодная" война. Если во время "горячей" войны миллионы людей навсегда ложились в землю, то во время "холодной" мы просто не ложились спать. Так было и в ракетной отрасли, и в атомной, которые объединились, чтобы достичь военного паритета с США. Со времен Великой Отечественной войны еще сохранилась атмосфера мобилизационной экономики, которая касалась всех - министров, ученых, инженеров, даже солдат на полигоне, и никто не мог уйти спать, если срывались сроки и задание не выполнено. Денег особых не платили, но в случае успеха наград государство не жалело.

Я очень старый человек, и, думаю, мне простительно отдать должное Сталину, который проявил дальновидность и 13 мая 1946 года подписал постановление о создании ракетной промышленности. Стратегические перспективы ракет были совсем неочевидны. Германия выпустила по Англии более тысячи Фау-2, но англичане выстояли без особых потерь. Ракеты, кстати, летали на спирте. И генералы говорили нам: "Дайте нам столько спирта, сколько сжирает ваша ракета, и мы одной дивизией любую страну возьмем". Чтобы ракетный спирт не пили, немцы подкрашивали его марганцовкой. Мы тоже подкрашивали, но у нас это никого не пугало. Коктейль из ракетного спирта с марганцовкой называли "Голубой Дунай", у каждого был запас, но работе это не мешало, хотя Королев некоторых гуляк обещал отправить "по шпалам домой чай с вареньем пить". Но это было редко, и хватало одной угрозы.

Первая ракета, которая была заправлена не спиртом, а керосином, - знаменитая "семерка". Конечно, она создавалась не для спутника, а для ядерного боезаряда. Это была первая в истории межконтинентальная баллистическая ракета. Помню, какая была трагедия у рабочих в Куйбышеве на заводе "Прогресс", где мы разместили серийный заказ на керосиновую "семерку", а заказы на старые спиртовые ракеты отдали Днепропетровску. Зато теперь "Союз" не только гордость Самары, но приносит заводу огромные средства.

Концентрация и консолидация - вот что помогло нам обогнать США и запустить первый спутник. У американцев, кстати, все тянули на себя - ВМФ, ВВС, армия. Фон Браун, который создал для Гитлера Фау-2 и с сотнями своих инженеров был вывезен в США, пришел к начальству и предупредил, что СССР по всем признакам готовится запустить спутник. Ему сказали: "Русские на это не способны. Иди, занимайся своим делом". Только после нашего запуска президент Эйзенхауэр прекратил дрязги и назначил фон Брауна ответственным за американскую космическую программу.

Иван с разводным ключом

Когда-то чиновники из НАСА хотели вообще выставить россиян из проекта Международной космической станции. Эти неумехи-Иваны понятия не имеют о высоких технологиях: они только и умеют, что склепать пару канализационных труб, залить керосин, посадить сверху парочку астронавтов и запустить все это к сараю на орбите под названием "Мир".

...Русские же тем временем просто летают в космос. Они разработали эффективную базовую конструкцию и остаются ей верны. Для запуска кораблей на орбиту русские используют ракету "Союз", сконструированную еще в 1960-е гг. На счету "Союза" более 1000 запусков, он доставлял на орбиту все что угодно - от военных спутников до космического туриста Денниса Тито. Такую ракету конструкторы называют "простой как топор".

... Если бы мне пришлось лететь, я бы выбрал "Союз", а не шаттл. Я скорее доверюсь Ивану с разводным ключом, чем выпускнику Калифорнийского технологического с его научной степенью и навороченным компьютером.

"Чикаго Трибьюн", 2007 г.