По законам Шанель
Она говорила, что мода выходит из моды, а стиль - никогда. Со стилем самой Габриель Шанель так и вышло. Интерес к нему только возрастает с годами. А его создательница считается одной из самых значимых фигур ХХ века. На выставке "Шанель. По законам искусства", которая открылась в Пушкинском музее, парфюмерный флакон и "маленькое черное платье" уравнены в правах с признанными шедеврами.
Этот стиль выражался формулой "драгоценная простота". Подобному принципу следовали и многие художники, чьи работы украшают мировые музеи. Так что идея возникла словно сама собой - почему бы не соединить шанелевские тренды с живописью, графикой, инсталляциями? Из такого сопоставления сразу вытекает, что модели одежды тоже могут рассматриваться в качестве произведений искусства. Применительно к Коко Шанель об этом говорилось часто. Например, ее борьбу с неподатливым трикотажем сравнивали с тем, что проделывали кубисты в отношении зримого мира.
Куратор Жан-Луи Фроман создал доходчивую и логичную структуру, где каждому экспонату отведена своя ячейка. Белый зал ГМИИ поделен на симметричные модули. Сначала - небольшие фойе, декорированные то красным, то черным, то золотом. Следом - гардероб в витрине с одеяниями от Шанель, тут же фотографии манекенщиц и самой бенефициантки. А в примыкающих зальчиках - поля для ассоциаций. Иногда довольно смелых. Например, икона Владимирской Богоматери запросто может соседствовать с позолоченным объектом Джеффа Кунса - художника эпатажного и едва ли богобоязненного. Или вот такой артефакт: деревянная крашеная доска под названием "Квадратный метр губной помады". Когда-то Фабрис Ибер предполагал, что зрители будут прикасаться к пурпуру губами и уносить на них частицы шанелевской продукции. Вместе с благодатью, вероятно...
При желании выставку можно счесть и биографической. Упираться взглядом в личные вещи примадонны, читать со словарем посвятительные надписи, выуживать из этикеток датировки фотографий. Но вообще-то смысл экспозиции в другом. Личность Коко (прозвище осталось за ней со времен приютского детства) служит камертоном, по которому "настраивается" весь ансамбль. При чем тут, казалось бы, шелкографии Энди Уорхола с разноцветными портретами Джеки Кеннеди? Неужели просто по традиции везде и всюду предлагать Уорхола? Да нет. Прочитывается связь через серийность, через вариации одного и того же - был такой конек у главной героини.
И все-таки рискну предположить, что выставка нацелена на женское восприятие. Хотя бы потому, что Габриель Шанель - все-таки кумир прекрасного пола. Мужчины оценят формальную красоту, но останутся нечувствительны к сердцевине. К маленькому черному платью, скромно висящему на контурных плечиках. И не проймут их слова модельера: "Роскошное платье Шехерезады - это очень просто, а маленькое черное платье - очень сложно". Но и половина человечества в качестве потенциальных зрителей - совсем неплохо.
