Русские краски в итальянском пейзаже

Этой весной открытый фестиваль искусств "Черешневый лес", существующий с 2000 года, впервые "экспортировал" свои события за пределы России. Культурная экспансия затронула два итальянских города. Венеция получила монумент Георгия Франгуляна "Ладья Данте", установленный в лагуне, а в Сорренто вспоминали знаменитого русского пейзажиста Сильвестра Щедрина.

Итальянская часть программы фестиваля проводилась не в ущерб российской, а в дополнение к ней. Меценатские усилия "Черешневого леса" приложились к двум проектам, которые до поры до времени вызревали сами по себе. Скажем, задумка скульптурной композиции с фигурами Данте и Вергилия, плывущих на ладье через адскую реку Ахерон, возникла у автора, Георгия Франгуляна, довольно давно, однако требовались материальные возможности для ее воплощения. И гастрольная выставка Русского музея "Свет Италии" тоже не в один момент была спланирована. Идея показать работы отечественных художников первой половины XIX века именно там, где они создавались — в Сорренто и других окрестностях Неаполя, — витала в воздухе, дело оставалось за механизмом реализации. В итоге оба сюжета попали под общий патронат фестиваля.

Останется ли бронзовая цитата из "Божественной комедии" навечно в акватории близ острова Сан-Микеле, известного еще как Остров мертвых, — вопрос пока открытый. Сейчас имеется разрешение от венецианских властей сроком на восемь месяцев; наверняка последует новый раунд переговоров на эту тему. С "монументалкой" везде непросто. На крайний случай у автора, по его словам, имеется "запасной аэродром", то есть оговоренное место в другой части лагуны. Сегодня же композиция красуется посреди водной глади в весьма выигрышной точке — мимо пролегают популярные маршруты водных трамвайчиков, называемых вапоретто. Габариты изваяния не так уж велики (высота 3,5 метра, длина — 5), но за счет лаконичного, почти графического решения силуэт хорошо просматривается и с берега, и с борта. Притопленный плот-платформа удерживает на поверхности челн с фигурами двух великих поэтов. Кто из них кто, догадаться несложно даже на расстоянии: воздетая рука, направленная в сторону кладбища Сан-Микеле, явно принадлежит "гиду" Вергилию. И хотя лагуна мало напоминает преддверие ада, все же некоторый трепет "Ладья Данте" навевать способна. Во всяком случае на торжественном открытии монумента, когда два десятка катеров с публикой подплыли к нему вплотную, царило всеобщее воодушевление.

Тем же многочисленным гостям фестиваля (в основном представителям бомонда и богемы, что сегодня почти одно и то же) предстояло и путешествие в Сорренто. Курортный город на берегу Неаполитанского залива некогда был местом паломничества живописцев со всего света. Здешние виды легко опознаются благодаря музейным полотнам: отвесные прибрежные скалы и панорама Везувия особых изменений не претерпели. Разве что рыбаков и селянок в колоритных нарядах здесь уже не встретишь. Сопоставить впечатления с почти двухвековой дистанцией позволяла выставка из Русского музея, устроенная в городском выставочном зале на вилле Фиорентино. (К слову, именно во дворике этой виллы на сей раз произошла традиционная для фестиваля, устраиваемого компанией Bosco di Ciliegi на паях с "ВымпелКомом", владельцем бренда "Билайн", посадка черешневых деревьев).

Как известно, многие отечественные живописцы работали в Италии — кто недолгое время, а кто десятилетиями. Петербургский музей отобрал из своей коллекции около сотни произведений Ореста Кипренского, Ивана Айвазовского, братьев Брюлловых, Георгия Чернецова, Сократа Воробьева, Федора Бруни. В залах сконцентрировались виды едва ли не всех приметных уголков Италии. Но важнейшим географическим ориентиром стал все-таки Сорренто, а главным героем экспозиции — Сильвестр Щедрин. Из 108 известных науке произведений "дона Сильвестро", как именовали Щедрина местные жители, 47 изображают именно этот райский уголок. Когда-то юного художника, еще студента Академии художеств, упрекали за недостаточность света на полотнах — и он приехал в Италию, чтобы скорректировать палитру. Здесь он и остался до конца своей недолгой жизни. Случай довольно редкий: не только Италия оказала влияние на русского художника, но и сам Сильвестр Щедрин повлиял на здешнее искусство. В Сорренто его помнят до сих пор. Могила Щедрина на местном кладбище — одно из центральных захоронений. Кстати, реставрация этого надгробия стала еще одним пунктом программы "Черешневого леса". Знаменитый памятник, возведенный другом художника Самуилом Гальбергом (многие видели этот монумент на фотографиях: Щедрин представлен в виде служителя муз, облаченного в драпировку и с кистями в руке), за долгие десятилетия изрядно обветшал. Теперь за надгробием появился зеркальный фон, да и весь антураж могилы обновлен значительно.

Волей рока погребальные мотивы распространились и на ту часть программы "Черешневого леса", где места для них не отводилось. Буквально накануне открытия выставки в Сорренто случилось чрезвычайное происшествие: стрела крана, иллюминировавшего главную площадь, упала на двух горожанок. Трагедия повергла соррентийцев в настоящий шок, и пышные фестивальные празднества пришлось существенно умерить. Даже концерт "Солистов Москвы" под руководством Юрия Башмета прошел в более минорной тональности, чем планировалось: некоторые опусы музыканты заменили. Но нельзя сказать, что праздник не получился. Собственно, он и не должен был ограничиваться лишь парой дней. Выставка останется здесь до осени, а могила Щедрина — навсегда.