Водополье в Зарядье
В процессе реконструкции гостиницы "Россия" (подробнее об этом читайте на страницах I-II) планируется восстановить церковь Николы Мокрого, стоявшую примерно на месте входа в кинотеатр "Зарядье" и снесенную в сталинские годы. Вместе с ней реальные очертания может обрести и Мокринский переулок - бывшая Великая улица, связывавшая Кремль с Яузой.
Церковь, посвященная святому Николаю, ангелу корабельщиков, указывала место "пристанища" - древнейшей пристани Москвы. Пристань образовалась вместе с городом, если не раньше, на берегу Москвы-реки, повыше яузского устья. Первоначальную Москву - городок на мысу Боровицкого холма - связывала с пристанью дорога по подолу (низменному месту вдоль реки). Когда стена Кремля спустилась на подол, эта дорога получила собственные ворота - нынешние Константино-Еленинские, в основании которых до сих пор видна заложенная арка. Часть дороги в черте Большого посада, или Китай-города, стала Великой улицей - название, говорящее само за себя. В Китайгородской стене Великая образовала еще одни ворота, Космодемьянские, выводившие к устью Яузы и к новым, дальним пристаням. Словом, Великая улица была не менее важна, чем Варварка, Ильинка и Никольская.
С веками улица потеряла значение и превратилась в Мокринский переулок, прозвавшийся по церкви Николы Мокрого. Церковь стояла на его нечетной северной стороне и имела N 9. В линию нечетной стороны построен стилобат гостиницы "Россия", так что на месте переулка сохранилась некая воздушная перспектива.
Никола Мокрый - типичное название для храмов на подоле (вспомнить Ярославль), но это не указание на мокрый луг. Имя "Мокрый" в определении некоторых русских церквей - воспоминание о происшествии, известном как "чудо о некоем детище". Какие-то благочестивые родители, плывя на лодке по Днепру, задремали и уронили в воду младенца. (Против этого места и стоит церковь Николы Набережного в Киеве.) По их горячей молитве живой младенец обнаружился в Софийском храме, подле иконы святого Николая. Младенец был спелёнутый и мокрый. Слово "Мокрый" стало определением иконы. Древнейший образ Николы Мокрого, по преданию, сам уплыл в Новгород, а чтимый киевский список ушел путями Второй мировой войны за океан.
Образ из московской церкви был, как говорят, не просто списком киевским, но особым иконографическим изводом: у Николы влажные власы, как если бы он вышел из воды. Еще при жизни архиепископ Мир Ликийских мог чудесным образом явиться у руля претерпевающего бурю корабля. Можно сказать, что в Петербурге Никола Мокрый стал Николой Морским - соборным храмом флота. Но в почитании Николы Мокрого спасение на водах соединено с детским спасением.
У московской церкви было еще одно прозвание - Никола Водопоец. Здесь подсказка, что подол, на котором стояла церковь корабельщиков, когда-то назывался водопольем, как в некоторых других городах. Водополье - ложе половодья, это зеркальные слова, составленные из одинаковых корней. Даже разделенный стенами Кремля, Белого и Китай-города, частично застроенный, московский подол остался урочищем Николы Мокрого, Николы Водопойца.
