Хамовнические казармы сносят по ошибке
Едва начался год, перед защитниками московской старины встала очередная задача - спасти от разрушения Кавалерийские конюшни Хамовнических казарм на Комсомольском проспекте. Угроза словно нарочно совпала с 200-летием казарм - замечательного архитектурного ансамбля, памятника федерального значения. Впрочем, как часто бывает в последнее время, именно охранный статус здания стал предметом манипуляций.
Хамовнические казармы первое, что видит человек, выходящий из метро "Фрунзенская". К выходу обращен как раз тот корпус, который оказался под угрозой: одноэтажное каре с уже снятой кровлей, окруженное забором, лесами и сеткой. На информационном щите написано: "Реставрация и приспособление к современному использованию", но это слишком оптимистическая или попросту устаревшая информация.
...Окружить Москву казармами, чтобы освободить домовладельцев от солдатского постоя, задумал император Павел. Хамовнические казармы стали частью этого разумного и вполне успешного замысла. Однако строить их начали уже при Александре I, в 1807 году. Автором проекта выступил петербуржец Луиджи Руска, а строительство вел московский архитектор Матвей Казаков-младший, сын великого отца. Казармы предназначались для размещения трех полков, отчего центральная часть комплекса была выполнена в виде трех одинаковых монументальных корпусов. Корпуса вытянулись во фронт вдоль Хамовнического плаца нынешнего Комсомольского проспекта (дома № 18, 20 и 22). На флангах композиции, в торцах узкого вытянутого квартала, были устроены два служебных двора в виде одноэтажных каре. Восточный двор (нынешний дом № 16) вскоре стал Хамовнической пожарно-полицейской частью, и по центру его главного фасада появилась башня каланчи, частично сохранившаяся до сих пор. Западный служебный двор (№ 24) использовался для конюшен Сумского гусарского полка, стоявшего в казармах, и получил название Кавалерийского. Именно этот двор теперь попал под удар.
Хочется больше рассказать о мемориальной ценности казарм: о московском ополчении 1812 года, собиравшемся здесь, и об участии в нем Грибоедова; о декабристском заговоре 1817 года, когда в Шефском (офицерском) доме казарм на другой стороне проспекта (№ 13) Иван Якушкин предложил себя в цареубийцы; о боевых заслугах стоявших в казармах полков Сумского, Несвижского и Перновского... Однако нужно переходить к бюрократической прозе.
В 1995 году указом президента Бориса Ельцина был подтвержден федеральный статус памятника архитектуры "Хамовнические казармы". Но состав памятника в указе не определен, а адрес назван неточно. Коротко сказать, дом № 24, Кавалерийские конюшни, просто выпал из списка. Когда же в конюшнях вместо военных (занимающих большую часть казарм) появился инвестор ООО "Альфа-Миг", Москомнаследие искренне озаботилось статусом домовладения.
У сотрудников этого ведомства было два способа действий: запускать в правительстве России процедуру уточнения адреса и состава памятника или начинать с нуля, то есть самостоятельно проводить Кавалерийские конюшни через обычную процедуру "выявления" и принятия на охрану, но уже в качестве памятника регионального значения. Первый способ был единственно правильным, но трудным, второй был легким, но оказался ошибочным.
В мае 2006 года учетная комиссия Москомнаследия с ходу приняла Кавалерийские конюшни в число вновь выявленных объектов наследия. Что такой поворот не входил в планы инвестора, выяснилось немедленно. Прошло всего две недели, и рабочая (то есть узкая) группа той же комиссии приняла противоположное решение: вывела памятник из списка. Вскоре после чего инвестор заявил конюшни на снос.
Снос зданий, не являющихся памятниками, обсуждает другая комиссия, в просторечии называемая "несносной". Это межведомственный орган правительства Москвы под председательством Владимира Ресина. Рабочую (узкую) группу "несносной" комиссии ведет глава Москомнаследия. В декабре эта группа при нескольких голосах против согласилась со сносом Кавалерийских конюшен. Протоколы не являются документами прямого действия, но разрешения на снос выдаются Москомнаследием на основании подобных протоколов.
Повторим: это касается зданий, не являющихся памятниками. Однако в случае Кавалерийских конюшен произошла нелепая ошибка, причем двойная. Федеральная власть "потеряла" часть памятника, а московская, пытаясь защитить его в пределах своих полномочий, фактически понизила его статус, а затем лишила всякого статуса, явно уступив давлению инвестора. В итоге часть памятника федерального значения может быть снесена как рядовое здание.
Новый руководитель Москомнаследия Валерий Шевчук, вероятно, понимает, что произошло. Он вправе отозвать протокол "несносной" комиссии. Еще не поздно.
