Режиссер Кирилл Серебренников: "Мы с Женей Мироновым решили: пора устроить "Женитьбу Фигаро"

26 декабря "Театральная компания Евгения Миронова" на сцене Театра Моссовета представит новый спектакль Кирилла Серебренникова "Фигаро. События одного дня". Накануне премьеры с режиссером встретился Артур Соломонов.

вопрос: Кирилл, на телеканале "Культура" сейчас продолжается фестиваль спектаклей МХТ, в числе других покажут поставленный вами "Лес" (22 декабря), уже показали ваш спектакль "Господа Головлевы"... Насколько я знаю, именно во время репетиций "Господ Головлевых" возникла мысль поставить "Женитьбу Фигаро".

ответ: "Господ Головлевых" мы с Женей Мироновым делали трудно и в чем-то мучительно, и нам захотелось сочинить что-нибудь не столь мрачное. Возникла мысль поставить "Женитьбу Фигаро" Бомарше.

Во-первых — прекрасный, важный для русского театра текст, а во-вторых, поскольку это независимый проект, у меня была бы возможность пригласить тех артистов, которых я хочу, а не обслуживать интересы труппы.

Так и вышло. В спектакле есть те, с кем я работал раньше, — Лия Ахеджакова и Авангард Леонтьев, Виталий Хаев и Лена Морозова, Андрей Фомин. И есть совсем молодые, с которыми я познакомился в результате кастинга, — Юля Пересильд, Саша Новин, Аня Уколова. Это прекрасные артисты, вам стоит запомнить их имена.

в: Когда вы ставили "Мещан" Горького, многие, мягко говоря, удивлялись, что вы не видели телеверсию знаменитого спектакля Товстоногова. А спектакль Валентина Плучека "Женитьба Фигаро" с Андреем Мироновым...

о: ...Я, конечно, смотрел не один раз. С детства это был любимый спектакль. И когда полгода назад я перечитал пьесу — ужаснулся, поняв, что все, что можно было сделать в этом "кружевном" стиле, Плучек сделал.

Я попросил Машу Зонину сделать подстрочный перевод комедии Бомарше. Мне хотелось, чтобы пьеса зазвучала более жестко, не так по-барочному "кучеряво", как в старом прекрасном переводе Николая Любимова. Все лето я работал над пьесой. Конструкция осталась практически неизменной. Но язык персонажей я поменял.

в: Итак, Серебренников переписывает Бомарше. Зачем?

о: Не переписывает. Вы сейчас бросаете лакомый сюжет тем, кто от лени или недомыслия не трудится понять, зачем режиссер в спектакле делает те или иные вещи, что-то меняет или добавляет. Так, например, случилось со спектаклем "Антоний и Клеопатра", где практически никто не попытался понять, проанализировать, что и зачем мы сделали с этой пьесой. Нас с радостью помоями облили и, довольные, разбежались.

Бомарше — часовщик, у него все шестеренки так ладно пригнаны друг к другу, что существенно что-то изменить сложно, да и не нужно. Конструкция пьесы, персонажи, сюжетные ходы остались прежними, но язык поменялся, появились речевые характеристики героев. В "Женитьбе Фигаро" за один день с людьми происходят такие изменения, что порой эта на первый взгляд комедия положений переходит в иной — несмешной — регистр и начинают звучать трагические ноты. Не случайно эту пьесу запрещал король, запрету вопреки ее стали играть — без цензурного разрешения, и вскоре началась революция.

в: Вы действительно, не ради красного словца можете связать премьеру новой пьесы и революцию?

о: Да, я думаю, что театр наделен очень большой силой воздействия. Если бы я в это не верил, я бы театром не занимался. Мне кажется, спектакли могут изменить человека.

в: С вами такое было?

о: На спектаклях Любимова, Васильева, Захарова. Я об этом часто говорю.

в: Когда вы появились в московском театре, у вас сразу возникли и ярые поклонники и даже, я бы сказал, преследователи. Всегда поднимался вопрос следования традиции или отречения от нее. С какой традицией вы вступили в спор? И вступили ли?

о: Есть великая традиция русского режиссерского авторского театра, которая сейчас подвергается очень серьезной ревизии. И я понимаю почему. Авторский режиссерский театр не выгоден никому, и в первую очередь артистам. Режиссер, конечно, им нужен, но, с другой стороны, он мешает чувствовать себя комфортно, купаться в своих прекрасных ролях и получать успех у публики. А ведь не все пьесы предназначены для успеха. А артисту успех необходим.

И очень мало актеров, которые понимают, что пауза в самом конце спектакля или редкие аплодисменты потрясенных людей — ценнее, чем вопли "Браво!", "Уау!" и тому подобное. Артисты, которые это понимают, есть у нас безусловно — вот Хаматова понимает, Миронов...

"Чехову надо дать отдохнуть"

в: Вас в свое время назначили "ниспровергателем канонов", режиссером, который ввел в театральную реальность героев, которым раньше на подмостках места не было...

о: Чепуха. Я просто говорил, что надо обязательно ставить современные тексты. Отменил я это? Нет. Продолжаю ставить. В МХТ в марте будет "Человек-подушка" Мартина Макдонаха, потом буду ставить пьесу Василия Сигарева "Волчок" на независимой территории. Еще я говорил, что пьесам Чехова надо отдохнуть. И не ставлю этого автора.

в: Случается порой читать, что вы губите русский репертуарный театр. Мне кажется, это превосходный комплимент.

о: Именно! Такой несчастный русский театр, что легко одному человеку, приехавшему из Ростова, его погубить. Русский репертуарный театр умрет сам от себя. От желания успеха любой ценой...

в: А разве у вас нет желания такого успеха?

о: Не любой ценой. Что такое сегодня успех? Индекс цитирования, мелькание по телевизору, аншлаги? Чтобы на улицах узнавали? Премии? Успех в мире потребления имеет сплошь количественные показатели. И редко — качественные. Вопрос — у кого успех? Для меня это тоже важно.

в: Но успех и аншлаги у вас есть. То, что вы говорите, — почти самобичевание.

о: Скажу так, чтобы не лукавить. Мне приятно, что есть признание у некоторой части публики. Но у меня свои собственные, внутренние критерии успеха.

"Нежелание обслуживать глянец"

в: На кинофестивале в Риме, где вы получили первый приз за фильм "Изображая жертву", было смешанное жюри — люди разных поколений.

о: Да, выбрали 50 людей с улицы — любителей кино и тех, кто им не интересуется. Договорились, что они будут ходить на все фильмы и заседать в жюри. Так что вышла совершенно неангажированная история... Я убежден, что "Возвращение", "Эйфория", "Четыре", "Коктебель", "Изображая жертву" просто понравились жюри и публике международных фестивалей. Никаких раскладов, никакой политики. Вообще, в нашем кино много режиссеров, творчество которых мне близко. Боря Хлебников, Ваня Вырыпаев, Илюша Хржановский, Петя Буслов, Герман-младший... Все мы, конечно, разные, но у всех стремление к новой реальности, новой правде, нежелание обслуживать запросы глянца.

в: Вы считаете, что в театре этого меньше?

о: Существенно меньше. Таких устремлений в театре очень немного. А театр.doc, который стремится к правде жизни — это социальное, политическое, лингвистическое, какое угодно высказывание, но пока не художественное.

в: Тогда наш с вами диалог — тоже театр.doc. Сидим мы, говорим о жизни, и уже можно билеты продавать.

о: Да, вот сейчас идет спектакль театра.doc. И про новую драму хватит говорить. А то разговор есть, а драмы нет. Новая драма — это новые пьесы. И все. Без лишних слов. Где эти новые пьесы? Ждем-с...

"Фигаро" мы репетируем пять месяцев"

в: Сейчас, когда у вас все больше призов и премий, за плечами столько спектаклей, теле- и кинофильмов, мне кажется, должно возникнуть желание уединения.

о: Летом я уехал в пустыню Гоби. В Монголию. Каждый год в мае я уезжаю на полмесяца. Ведь невозможно же работать, не останавливаясь.

в: У вас же был такой период безостановочной работы.

о: Да. Сейчас иначе. "Женитьбу Фигаро" мы репетируем пять месяцев. И кроме этого я ничем не занимаюсь.

в: Питер Брук, когда осознал исчерпанность известных ему форм театра, собрал группу актеров и отправился в путешествие в Африку. Там он исследовал возможности театра, исследовал новую публику. Я, конечно, не провожу никаких параллелей, но подобных желаний у вас не возникает?

о: Я понимаю, что такие шаги необходимы. Думаю, годика на три мне нужно прекратить делать спектакли на больших московских сценах и попробовать заниматься лабораторной работой, где результат не так важен, а процесс — это все. Ведь в репертуарном театре все делается только ради результата.

в: Уединитесь где-то с группой актеров?

о: Может быть. Я попытаюсь найти какой-то органичный для себя путь. Но вряд ли уединюсь. Театр для меня — не монастырь, а метод познания мира и коммуникации. Мне это интереснее.

Я считаю, что пока занимался традиционным театром. Я еще не нашел своего пути к инновационному театру. Это к твоему вопросу о "ниспровергателе канонов".

Хочу делать то, чего еще не делал. Последнее время мечтаю об интернациональной труппе. Меня удивляет, почему на больших сценах наших театров крупные роли не играют калмыки, армяне. Почему в Америке чернокожий артист может играть Лопахина или царя Эдипа?

Хотелось бы сделать "Божественную комедию" Данте и через нее понять, как устроен XX век. Ведь он уже ушел в прошлое, и теперь его можно рассмотреть — по событиям, по боли, по войнам, по всему.