Архитектор Эрик Ван Эгераат: "Низкий уровень качества построенного в Москве вступает в явное противоречие с высокой ценой"

В Москве стартовала "Российская архитектурная неделя", в рамках которой дают мастер-классы зодчие с мировыми именами. Впрочем, несмотря на то что представители иностранной архитектурной элиты все охотнее приезжают в столицу России, здесь до сих пор не появилось ни одного обещанного ими шедевра. О том, почему зарубежным мастерам трудно работать в Москве, голландский архитектор Эрик Ван Эгераат рассказал в эксклюзивном интервью корреспонденту "Известий" Анне Гараненко.

вопрос: Вы реализовали множество проектов по всему миру. В чем состоит, по вашему мнению, специфика работы в Москве? Отличаются ли от привычных вам отношения с российскими заказчиками и чиновниками?

ответ: Безусловно, строить здесь непросто — об этом говорит хотя бы то, что в Москве у меня нет ни одного законченного объекта. Хотя я работаю здесь почти 5 лет, и пора бы уже чему-нибудь появиться. Работать сложно, но я бы не стал утверждать, что московская бюрократия кардинально отличается от бюрократии любой другой страны. Возьмите Францию — там контроль со стороны государства за застройкой очень жесткий. Или Финляндию — только процесс планирования здания может занимать 3—5 лет, а реализация проекта 5—7 лет, в отдельных случаях — до 25 лет. Сложная процедура призвана защитить существующую застройку. В Москве некоторые проекты также реализуются очень сложно — но не намного сложнее, чем в других странах.

в: В проекте "Русский авангард" вы предложили построить возле парка Горького пять высоток, олицетворяющих знаменитых российских художников-авангардистов (Кандинского, Родченко, Попову, Малевича и Экстер). Однако проект не реализован, и ходят слухи, что вы готовы воплотить свою идею не в Москве, а в Ростове-на-Дону. Проект оказался слишком смелым для столицы?

о: Я действительно готовил этот проект для Москвы, и он получил одобрение. Но заказчики до сих пор не могут определиться, как и где его строить. Некоторые проблемы я не могу разглашать, поскольку это коммерческая тайна. Могу лишь сказать, что проект готов и может быть реализован. Есть люди — не только в Москве и Ростове-на-Дону, — которые очень заинтересованы в его воплощении. Я заинтересован в этом в равной степени. Разумеется, я буду им помогать. Если Москва не готова приступить к строительству, а Ростов готов и рвется в бой — почему нет?

в: Какова судьба небоскреба "Город столиц", спроектированного вами для делового центра "Москва-Сити"?

о: Я завершил свое участие в этом проекте. Заказчик (компания "Капитал Групп". — "Известия") решил, что он не нуждается в моем участии. Сейчас мы судимся — я сотрудничал с ними в течение трех лет, но за проделанную работу мне не заплатили в полном объеме.

в: Московские власти не раз объясняли тот факт, что иностранные архитекторы не очень охотно идут работать в город, их завышенными требованиями относительно гонораров.

о: Все мои зарубежные коллеги, которые работают здесь, получают нормальные европейские гонорары. Проблема в принципиально ином подходе — в России архитектор рисует фасад, потом приходит какая-нибудь компания и говорит: "О'кей, мы уже делали что-то подобное, мы построим". Если вы хотите так работать — пожалуйста, если "Капитал Групп" хочет построить спроектированное мной здание в "Москва-Сити" таким образом, я им действительно больше не нужен. Если речь идет о маленькой деревушке из 15 коттеджей, возможно, местный архитектор может спроектировать ее более эффективно и по более сходной цене. Но когда вы строите что-то большое, вроде башен в "Москва-Сити", вам нужно немалое количество качественно сделанных чертежей. Потому что только тщательное следование чертежам может гарантировать качество здания. Чтобы разработать проект одной башни в "Москва-Сити", мне нужен был постоянный штат сотрудников в 40 человек. И не надо говорить, что "эти бедные русские девелоперы" не в состоянии оплатить стоимость строительства, потому гонорары, которые от них требуют архитекторы, непомерно высоки. По сравнению с инвестициями в проект гонорар архитектора — совсем не критичная сумма. Дело в удивительном для меня дисбалансе между ценой и качеством.

в: Что вы имеете в виду?

о: При столь явных успехах в экономике — для России сейчас хорошие времена — качество строительства остается исключительно плохим. Россияне давно почувствовали, какой должна быть хорошая одежда, мебель или хорошие машины, они разбираются в этом. Когда дело касается домов, они вынуждены покупать очень и очень плохой продукт. Я бы не сказал, что так называемые дома бизнес-класса построены лучше, чем панельные дома, возведенные в 60-е годы прошлого века. Низкий уровень качества вступает в явное противоречие с высокой ценой. Абсолютно очевидно, что если люди способны купить что-то особенное, то надо и построить для них что-то особенное. Очень важно, чтобы был выбор — купить дом среднего качества за средние деньги или потратить много денег и подобрать что-то экстраординарное. Эта возможность выбора исключительно важна для функционирования экономики. Мой проект "Русский авангард" — не просто красивая идея. Он призван продемонстрировать: "Мы можем построить что-то хорошее, у нас достаточно специалистов, чтобы достойно выглядеть в этой гигантской индустрии строительства". Если, конечно, люди действительно стремятся создать что-то интересное, а не просто как можно скорее вернуть вложенные деньги...

Полностью интервью с Эриком Ван Эгераатом читайте в цветном приложении "Известия-Город" 19 декабря 2006 года.