Легкость в мыслях обыкновенная
В Малом театре силами его художественного руководителя Юрия Соломина и значительной части труппы выпустили постановку бессмертной комедии Гоголя "Ревизор". Спектакль предназначен подросткам 13-14 лет с сопровождающими их родителями.
Критик - это такое вредоносное создание. Ты ему хоть кол на голове теши, он с поразительным упорством продолжает искать в любой постановке классического произведения некое приращение смысла. Спектакль Соломина, который собирались выпустить аккурат к юбилею старейшего театра России (но по российскому же обыкновению несколько подзадержались), действует на критика обезоруживающе. Отсутствие неординарных поворотов сценической мысли, смелой сценографии и страшно вымолвить концепции выставлено здесь напоказ с таким простодушием, что даже неловко все это театру инкриминировать. Не будем же мы упрекать танцовщиц ансамбля "Березка", что кокошники давно уже вышли из моды даже в отдаленных деревнях бывших северных губерний. И так же как наряд танцовщицы из "Березки" является в сознании граждан (а в еще большей степени неграждан) нашей страны классическим воплощением буколической русскости, "Ревизор" Малого театра может претендовать на звание "классической постановки" в ее российском изводе. Попытаемся понять, однако, что это значит "классическая постановка".
Есть такая телеигра "Сто к одному". Двум командам задается какой-нибудь нехитрый вопрос. Например: "Что мужчина больше всего ценит в женщине?" Или: "Самый обаятельный персонаж из произведений Льва Толстого?" Побеждает та команда, чей ответ на этот вопрос совпадет с ответом, полученным при опросе ста случайно выбранных людей (опрос производится заранее). Проще говоря, для того чтобы победить в телеигре, надо не оригинальничать, не выпендриваться, не делать вид, что ты умнее других, иначе точно проиграешь. Надо по мере сил перевоплотиться в человека толпы, проникнуться его образом мыслей и чувств, его не побоимся этих слов коллективным сознательным. Тогда есть шанс угадать.
"Классическая постановка" комедии "Ревизор" изготовлена по тем же рецептам. Как должен выглядеть Городничий, спрашивает себя постановщик. Как, как? Вальяжный человек с небольшим брюшком и лукавым русским прищуром. Дома ходит в мундире и тапочках. Для посещения присутственных мест меняет тапочки на сапоги.
А Хлестаков? Одетое по моде николаевского времени невысокое, субтильное, вертлявое создание. Взбитый хохолок прилагается.
А его слуга Осип? Почесывающийся в разных местах широкоплечий человек в цветистой рубахе. Открытое русское лицо налицо.
Как выглядит Анна Андреевна? Как "баба на чайник"!
А Марья Антоновна? Как "баба на чайник" несколько меньших размеров. Слуги и дворовые девки под стать своим хозяевам не выбиваются из ласкающего глаз среднестатистического зрителя среднестатистического визуального ряда.
С такой же степенью предсказуемости изготовлены массивные декорации спектакля, установленные на поворотном круге и обрамленные любовно выписанной панорамой уездного русского городка с холмами, да церквами, да заборами. Тут пред крыльцом дома Городничего для вящей убедительности даже обозначена огромадная лужа, через которую переброшены хилые мостки. Кто возражает против лужи? Все за! Принято единогласно!
Правильный ответ на сложный вопрос не всегда должен быть оригинальным, но правильный отличается от банального тем, что банальный ответ всегда заимствованный. Для правильного ответа потребна работа собственного мозга и собственной души. Иначе придется признать, что верность традициям и верность вкусам безликого человека толпы это, в сущности, одно и то же. В лучших спектаклях Малого работа мысли и души всегда чувствуется. В "Ревизоре" чувствуется ее отсутствие. Тут возобладало коллективное сознательное. Тут буквально все даже такие талантливые и любимые мною артисты, как Александр Потапов (Городничий), Эдуард Марцевич (Хлопов), Людмила Полякова (Анна Андреевна), сыграли в игру "Сто к одному". И, как назло, победили. Будем надеяться, они сами понимают, что это пиррова победа. Пылесос и холодильник в студию!
