Валерий Фокин: "Телевидение позволяет увидеть глаза актера"

Телеканал "Культура" к 250-летию учреждения государственного театра в России представит "Фестиваль императорских театров России", который продлится со 2 сентября по 4 ноября. В программе фестиваля - телеверсии спектаклей Малого и Александринского театров, многие из которых не демонстрировались около тридцати лет. Будут показаны спектакли второй половины прошлого века: "Лес", "Сказки Старого Арбата", "Пучина", "Заговор Фиеско в Генуе" и другие постановки с участием великих актеров Малого и Александринского театров — Василия Меркурьева, Игоря Ильинского, Юрия Толубеева, Елены Гоголевой, Николая Симонова. С художественным руководителем Александринского театра Валерием Фокиным встретился Артур Соломонов.

Вопрос: Вы согласны с тем, что телеверсия театрального спектакля — особое произведение, существующее по своим законам?

Ответ: С точки зрения просветительской телеверсия полезна  - спектакль зафиксирован. Ведь огромная аудитория может увидеть эти постановки только по телевидению. Но в каком виде телезрители посмотрят спектакль? Если он снят с помощью поставленной в центре зала камеры, уровень оказывается очень снижен. Насколько я знаю, спектакли, которые покажут на фестивале, сняты в павильоне, в специальных условиях.

в: Что спектакль теряет, а что приобретает при записи на телевидении?

о: Дыхание теряется. Ощущение, что актеры импровизируют, конечно, тоже утрачивается. Но у зрителя появляется возможность рассмотреть такие актерские планы, которые он бы не смог увидеть из зрительного зала. 

Театр — это всегда общий план. Но все равно существуют профессиональные приемы, благодаря которым ты словно показываешь событие "крупно". Ведь даже старые мастера Александринского театра в кульминационные моменты спектакля поворачивались в зрительный зал и говорили огромные монологи прямо на публику, нарушая течение действия и словно забывая о партнерах. Князь Волконский, директор императорских театров, страшно возмущался таким поведением актеров. Я читал объяснения некоторых артистов на этот счет — они говорили: "мы хотим, чтобы зрители увидели наши глаза". 

в: Кроме версий театральных спектаклей существует и целое направление на телевидении, которое в данный момент переживает не лучшие времена, — телетеатр.

о: Да, мне очень жаль, что телетеатр сейчас куда-то канул. В 70-е годы был подъем телетеатра — в этом жанре работали Анатолий Эфрос, Петр Фоменко, Марк Захаров, Константин Худяков, я... Через театральную условность режиссер создавал особый телевизионный продукт — и не кино, и не театр, а именно телетеатр как особое искусство. В телетеатре царит, я бы сказал, условный натурализм. Все снимается в павильоне, съемочная группа не выходит на натуру. У телетеатра — гротесковая природа. Сочетание несочетаемого. Например, в моем телеспектакле по Н. Гоголю 1976 года были применены приемы сочетания живой лошади, свиней и других животных в условном павильоне. В телевизионной постановке можно было открыть актера, которого в театральных спектаклях не замечали.

Вот в других странах, например в Польше, традиция телетеатра сохранена. Именитые режиссеры там продолжают ставить телеспектакли — и Анджей Вайда, и Кристиан Лупа...

В русле телетеатра в Советском Союзе были сделаны эстетические открытия, созданы замечательные спектакли — "Пир во время чумы" Марка Захарова, "Игроки" Романа Виктюка. Можно было подробно ставить роман или повесть, распределять на несколько серий. Телетеатр возродить необходимо, поскольку, повторяю, это особое искусство.

в: Вернемся к фестивалю. Он может дать повод к разговору о том, какие театральные традиции мы должны поддерживать и сохранять, а какие — счесть навсегда непригодными? Ведь есть такая хорошая фраза: "Традиции — не сохранение пепла, а поддержание огня".

о: Посмотрев спектакли фестиваля, можно попробовать ответить на эти вопросы — куда развивается традиция, к чему она пришла? Мастерство "великих" стариков Малого и Александринки — Василия Меркурьева, Юрия Толубеева, Елены Гоголевой, Игоря Ильинского, Бориса Бабочкина — высочайшего уровня, но, глядя на спектакли с их участием, мы должны иметь в виду и исторический контекст, и перспективы развития нашего театра в будущем. Понятно, что национальная сцена должна взять на себя функцию духовного воспитания. Но как корреспондироваться с новым зрителем? Подкладываться под него? Если завлекать — то чем? Мне фестиваль поможет многое прояснить в этих очень серьезных вопросах. В этом случае телевидение может оказать театру неоценимую услугу.