Запутались в двух соснах
Довольно близкий 90-й год. А все равно - уже история...
Историй было несколько. Главных - две, и обе начались чуть раньше, в первые дни августа. "Разбой" - под этим стреляющим заголовком "Известия" из номера в номер вот уже вторую неделю ведут хронику вероломного вторжения Ирака в Кувейт. Казалось, как могут 20 тысяч солдат миролюбивого Кувейта выстоять перед 100-тысячной армией агрессивного соседа, поддержанной 300 танками и артиллерией. Но на защиту Кувейта встало мировое сообщество, и это, в конечном счете, спасло страну. Однако об адекватности мер, предпринятых против армии Саддама Хусейна генералитетом США (операция "Буря в пустыне" лишь в феврале 1991 года окончательно поставила его на колени) до сих пор спорят политические обозреватели. Как бы там ни было, понадобилось 15 лет, чтобы багдадский диктатор оказался на скамье подсудимых.
Вторая история августа 90-го: только что принят закон о печати, отменивший цензуру и провозгласивший самостоятельность СМИ. Между прочим, следуя положению нового закона, "Известия" одними из первых подали заявление о регистрации и 14 августа получили регистрационное свидетельство № 1. Комментируя принятый закон, Иван Лаптев, недавний главный редактор "Известий", а ныне председатель Совета союза Верховного Совета СССР, дает пространное интервью спецкору газеты Альберту Плутнику "Ситуация все-таки должна измениться".
Она действительно меняется. Эйфория свободы бросает журналистов "Известий" в бурное обсуждение перезревших экономических реформ. Самое популярное слово в газете "рынок". Одна за другой появляются публикации ведущих "экономистов" газеты Валерия Романюка, Татьяны Худяковой, Михаила Крушинского... Пожалуй, наиболее знаменательна в этом ряду корреспонденция Михаила Бергера "Сосны" и сосенки". "Сосны" это дом отдыха Совета министров СССР. Сосенки окружают "Архангельское", дом отдыха Совмина РСФСР. Там и там за письменными столами двух "интеллектуальных баз" решается судьба реформы. Союзная философия полумер, полурешений и постоянных компромиссов с административной системой пришла в столкновение с новой радикальной философией реформы, предлагаемой российской "командой". Речь о нашумевшей в свое время программе "500 дней", предложенной тогдашним заместителем предсовмина РСФСР Григорием Явлинским. Чем дело кончилось, известно: "интеллектуальные базы" запутались в двух соснах, "500 дней" канули в вечность, яблоко раздора стало причиной отставки молодого зама, и он ушел в оппозицию, выпестовав свое "Яблоко".
Однако журналистским "гвоздем" той семидневки следует считать интервью, которое дал знаменитому критику "Нового мира" эпохи Твардовского Владимиру Лакшину... великий русский сатирик Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин. Называлось оно "Не мешать жить!". Отвечало на самые горячие вопросы о политизации общества, об экономической реформе, о номенклатуре и привилегиях, о финансировании культуры и реформировании Союза писателей... Для этих ответов критик Лакшин подобрал точные цитаты из писателя Салтыкова, щедро рассыпанные на его страницах.
Заключительный аккорд интервью в ответ на вопрос "Что кажется для вас самым важным в настоящую минуту нашей жизни?" и сегодня звучит сверхзлободневно: "Не мешать жить! По-видимому какой скромный и нетребовательный смысл заключает в себе это выражение! А между тем как оно выпрямляет человека, какую бодрость вливает в его сердце, как просветляет его ум! Не мешать жить! Да ведь это значит разрешить жить, искать, дышать, шевелить мозгами! Шутка!"
Смешно? Нет, друзья мои, это очень серьезно...
Станислав Сергеев E-mail: istclub@izvestia.ru
