Не наш футбол

Начался чемпионат мира по футболу. Все здравомыслящие люди планеты прилипли к телевизору. Российские граждане, как показали опросы, болеют в большинстве за соседку Украину, а поражения братоубийственно желают опять Украине и вечнозаклятому врагу - Америке. Хотя для футбольного блага полезнее болеть за США. Потому что, если там европейский соккер полюбят, как родимый баскетбол, это поможет развитию футбола, обогатит его неимоверно. Даже аутисты-шахматисты стали жить во сто крат лучше после того, как на троне посидел Фишер.

Я б болел за Россию, но наших нет — вышибли поделом. Все равно, кто кого одолеет. Пусть только красиво будет, эстетично. От мирового футбола можно испытывать наслаждение, какое получают балетоманы от па-де-де и па-де-труа. Хороший дриблинг и "сухой лист" будут покруче большого батмана, позаковыристее антраша и фуэте. Соло Роналдинью завораживает больше народу, чем партия Цискаридзе.

Только не надо говорить, что футбол — мужское занятие. Это легкомысленное замечание. Умная женщина знает, что нельзя всерьез воспринимать мужчину, который не интересуется футболом. И женщина, которая претендует на успех у мужчин, дальновидно изучает азы игры в мяч. Отношение мужчины к футболу — индикатор его отношения к жизни. Возьмем Берлускони, Лужкова или Абрамовича — вот примеры для подражания. Ни у кого в женах нет стольких звезд и топ-моделей, как у футболистов. Линда Евангелиста и бритоголовый Бартез, метросексуал Бекхэм и Виктория, похожий на Квазимодо Карамбё и белокурая Адриана Скленарикова, даже наш Радимов певицу отыскал.

Одна мысль тревожит и спать спокойно не дает: почему советские люди умели играть в футбол, а российские — разучились? Что такого произошло, что искусство любимой игры оказалось утеряно? Фортуна настолько решительно не балует нас, что говорить о невезении глупо. Я подметил закономерность: во всех футбольных странах уровень мастерства легионеров соответствует уровню мастерства местных игроков, а у нас чуть не во всех командах приезжие играют значительно лучше аборигенов. Сборная же вообще не играет. Это садомазохизм — для сборной и для болельщиков, кто терпеливо глазеет на ее потуги. Национальная особенность футбола в исполнении нашей сборной состоит в том, чтобы вовсе не атаковать чужие ворота. При этом нигде в мире футболисты не проводят так мало матчей и не жалуются так отчаянно на усталость. Наша сборная — футбольное Министерство обороны, где сидят в окопах или в штабах. Несчастный Хиддинк не подозревает, что приобрел билет на эшафот.

Формула непостижимой популярности футбола в том, что эта игра в максимальной степени соответствует тому состоянию, в котором пребывает общество. Футбол — зеркало, в которое могут смотреться не болельщики, а политики. Загнать мяч в чужие ворота — это чистая идея. Если бы Гегель родился позже, он стал бы крупнейшим футбольным теоретиком. Сам по себе гол никому не нужен, это абстракция, почти виртуальная ценность. Никто не станет счастливее, если научится ловчее гонять мяч. Но чемпион-футболист, воплощая национальный дух, становится образцом для всей нации. Это особая шкала, которая недоступна ни фигуристам, ни гимнастам, сколько бы наград они ни собрали, сколько бы раз ни звучал национальный гимн в их честь. Сила футбола в его простоте, в очевидности факта командной победы, в том, наконец, что футболисты, в отличие от акробатов и пловцов, делают то, что умеет делать каждый мужчина, только лучше.

Россия уже давно не строит новых заводов, инновационных проектов кот наплакал, ученые забыли вкус открытий, космонавты проживают прежние достижения. Страна живет экспортом сырья и импортом чужих товаров и технологий. Зеркальная ситуация в футболе: легионеры в клубах качеством выше наших мастеров, но сборную импортом мы усилить не можем. Наши футболисты — как "Москвичи" рядом с "Фордами".

Когда придут к нам победы? Они уже были, не так уж мы в футболе безнадежны. Пришлись победы на те времена, когда мы прорывались в космос, осваивали месторождения, строили заводы, снимали непревзойденные фильмы и совершали открытия, за которые до сих пор получаем премии. В футболе команда — это гораздо больше, чем одиннадцать игроков на поле.