Праздник авангарда получился громким и грустным

Международный день охраны памятников (18 апреля) официальная Москва отметила традиционной выставкой в Манеже, неофициальная - пятидневной конференцией "Сохранение архитектуры XX века и всемирное наследие", или "Heritage at risk" ("Наследие в опасности"). 

Правительство Москвы отнеслось к конференции двояко: патронировало конференцию и ее издательскую программу, но избегало присутствовать на заседаниях. Юрий Лужков не приехал на открытие, а глава Москомнаследия Владимир Соколовский, зачитав приветствие мэра и попросив международных экспертов о помощи ("мы еще маленькие и не знаем что делать"), не остался заседать. На приеме, данном от имени мэрии, не было ни одного члена столичного правительства. Зато Юрий Лужков пригласил к себе "верхушку" конференции — руководителей почти всех международных организаций защиты культурного наследия.

По словам участников встречи, говорили о необходимости продвигать главные памятники московского авангарда в список ЮНЕСКО. Сам Лужков остановился на доме Мельникова, клубе имени Русакова и доме Наркомфина, собеседники упоминали также Шуховскую башню, клуб завода "Каучук", дом-коммуну на улице Орджоникидзе и памятник следующей художественной эпохи — метро. Мэр, кажется, впервые определенно высказался о доме Наркомфина, который видится ему гостиницей, подлежащей восстановлению в режиме реставрации.

Организация конференции поразила всех, не исключая самих организаторов. Она переросла рамки традиционных научных чтений и стала акцией с международным резонансом. Некоторые европейские газеты посвятили событию целые полосы. Жаль, что сама Москва — и не только официальная — не вошла в этот резонанс.

Конференция закончилась, но акция длится, пока длятся выставки и продаются книги. Поэтому несколько слов о тех и о других.

В Музее архитектуры (ул. Воздвиженка, 5) открыты сразу четыре экспозиции: "Репрессированная архитектура" — о судьбе конструктивизма в России и Германии (сравнение в пользу последней); фотовыставка Ричарда Пэйра "Потерянный авангард"; проектные варианты сталинских высоток и лучшее из советского модернизма второй половины века.

Дом архитектора (Гранатный пер., 7) открыл выставки о московском метро и о Бруно Тауте — немецком авангардисте 1920-х годов, одном из отцов того, что мы называем "хрущевкой". Действительно, увидев многоквартирные дома Таута, понимаешь, насколько наши повсеместные Черемушки связаны с авангардной традицией.

Архитектурный институт (ул. Рождественка, 11) — правопреемник ВХУТЕМАСа, лаборатории русского авангарда. В том институтском корпусе, где размещался ВХУТЕМАС, где преподавали Мельников, Ладовский, братья Голосовы, Гинзбург и другие, открылась постоянная экспозиция Музея московской архитектурной школы, посвященная учебным и конкурсным проектам авангарда. В сущности, открылся еще один московский музей.

Наконец, "бумажный архитектор" Юрий Аввакумов разместил в "Stella art gallery" на Малой Никитской свою уже знаменитую выставку "Красный угол" — нежно-ироническое посвящение русскому авангарду. Именно здесь объемная модель "Рабочего и Колхозницы" оплетена моделью башни Татлина — в высоту комнаты.

Если отечественное движение охраны памятников сможет организовать себя так, как смогло организовать эту конференцию; если международное сообщество поддержит борьбу за наше тысячелетнее наследие так, как поддерживает борьбу за наследие десяти лет; если интеллектуальная, издательская и музейная деятельность не отстанет, как не отстала на этот раз, — у русской архитектуры есть надежда на спасение.