Гавана-мама
Гавана-мама
2017-05-14T13:50:25+03:00
2005-11-28T14:57:00+03:00
Партийный переулок, д. 1, к. 57, с. 3
115093
Москва, Россия
info@iz.ru
Все путешествующее население Земли делится на две категории: представители первой в Гаване ни разу не были, второй - ее обожают. Причем первая стремится к нулю, а вторая растет в геометрической прогрессии. И будет расти, несмотря на аскетичный кубинский социализм, карточки, запрет на Америку и отсутствие мяса. Мяса нет, а чувства - есть. Так может быть только на Кубе, где даже нищие, подпирающие стены гаванских древностей, выглядят умиротворенными
0
Глядя на Варадеро сегодня, трудно поверить, что сто лет назад здесь были непроходимые джунги (фото AFP)
Недостаток свободы на Кубе компенсируется в глазах приезжих любвеобильностью ее жителей и очарованием пейзажей. Но чтобы постичь во всей полноте кубинские прелести, надо найти к ним правильный путь.
Мяса нет, а чувства есть
И начать не с роскошного курортного Варадеро, не с белых песков Кайо-Коко и Кайо-Ларго и даже не с древнего города Тринидад, занесенного вместе с Гаваной во всемирную сокровищницу ЮНЕСКО, а с самой Гаваны. И, если не хватит времени, все дни, отпущенные вам на Кубу, провести в столице, которая одна стоит страны. «Cuba es La Habana y lo demas es paisaje» - в русском варианте это означает: «Куба - это Гавана, все остальное - пейзаж». Так говорят кубинцы, и глупо сомневаться в их правоте.
Все путешествующее население Земли делится на две категории: представители первой в Гаване ни разу не были, второй - ее обожают. Причем первая стремится к нулю, а вторая растет в геометрической прогрессии. И будет расти, несмотря на аскетичный кубинский социализм, карточки, запрет на Америку и отсутствие мяса. Мяса нет, а чувства - есть. Так может быть только на Кубе, где даже нищие, подпирающие стены гаванских древностей, выглядят умиротворенными. И последние бедняки, забывшие, что такое свобода внешняя, но знающие все о свободе внутренней, не разучились радоваться жизни. Эта радость не потому что, а вопреки. Не всякий пришелец способен ее понять и разделить, но тот, кто сможет, покинет Остров свободы только в надежде на новую встречу и новую любовь.
Бухта как бутылка
Итак, не с курортов надо начинать свою погружение в кубинскую действительность, если вы хотите постичь всю меру кубинской любвеобильности и дружелюбия. Там все понятно - пальмы, пеликаны на песке, вода цвета неба, но настоящая кубинская жизнь размыта и не видна за фасадом пятизвездочных отелей. Гавана же прекрасна сама по себе, со своими видавшими виды прелестями, очередями на автобусных остановках, вылизанной брусчаткой перед Кафедральным собором и выцветшими фасадами Малекона.
Малекон - знаменитая набережная, изогнутая, как лук, начинающаяся у Старой Гаваны и уходящая за отель «Националь», построенный американцами в стиле сталинских высоток. Но главная часть Малекона - в самом его начале, у бухты, которую Хемингуэй сравнил с горлышком бутылки от шампанского.
Сравнение очень уместное: гаванская бухта так велика, что может укрыть одновременно сотни кораблей, и ничто им здесь не угрожает, потому что с морем бухту соединяет пролив всего несколько десятков метров шириной. Он так узок, что двум мощным судам в нем никогда не разойтись. И так мелок (глубина - 9-11 метров), что судно может в него войти только в момент прилива.
В 1492 году бухту оценил и Колумб - это была его первая стоянка в Южной Америке: он еще гадал, материк Куба или остров. Ла Вилья (поселение) де Сан Кристобал де Ла Хабана была основана 16 ноября 1516 года. И через сто лет после визита Колумба превратилась в город с испанским наместником - генерал-губернатором и главным на всем Антильском архипелаге портом. А в XX веке ее называли в числе красивейших городов мира, и если бы существовало звание самого прекрасного города Латинской Америки, вроде «Мисс Латинская Америка», его бы присудили не Рио, не Буэнос-Айресу и уж не Мехико, а, конечно, Гаване.
Колониальным крышам ураганы не страшны
«Что вы в ней нашли?» - спросят вас потом соседи по отелю на Варадеро, какие-нибудь немцы или итальянцы, когда вы вздумаете поделиться с ними восторгами по поводу Гаваны. - «Все рушится, пройдет еще лет пять - и ничего не останется».
Так говорили и лет 20 назад, и 50. По свидетельству очевидца, пережившего четверть века назад один из гаванских ураганов, стихия повредила крыши нескольких домов еще американской постройки и срезала балкон с университетского общежития. А с ветхими крышами колониального города ничего не случилось. Два года назад тоже случился ураган, и последствия его до сих пор видны на улицах и в скверах, но дома целы.
Хотя правда, что есть места, где можно увидеть древний дом с половиной балкона, по которой можно судить о том, как великолепен был этот балкон, когда в доме жил какой-нибудь барон или маркиз. Но ураган тут ни при чем. И маркизы давно не здесь, а на кладбище имени Колумба, которое само по себе - одна из главных достопримечательностей кубинской столицы. Если бы не братская могила героев революции в центре, оно напоминало бы некрополь где-нибудь во Флоренции. Глядя на мраморных плакальщиц и ангелов, под которыми лежат потомки конкистадоров, понимаешь, что вот здесь и лежит белая Гавана - та, которой больше никогда не будет.
Но город стоит на месте. В нем живут люди всех цветов - есть даже китайский квартал. Из 900 зданий, представляющих интерес для истории, только 101 относится к прошлому веку. Остальным - как минимум по паре столетий, хотя из века в век город жгли и уничтожали. Пираты, французы, сэр Френсис Дрейк, англичане, завладевшие в XVIII веке Гаваной - руку приложили многие. И все в конечном итоге остались с носом, даже американцы, превратившие в XX веке остров в туристический рай и до сих пор глядящие в сторону Флоридского залива с тоской и мечтой о будущем, в котором все еще может быть.
Три капли мараскино
Быть действительно может все - как только власть, по тем или иным причинам, выпадет из рук папаши Фиделя. Чем ближе этот момент, тем больше все боятся, что веселый остров превратится в Диснейленд, и торопятся его навестить, пока этого не случилось. Увидеть гаванские крепости, охраняющие вход в бухту, - Дель Морро и Де ла Пунта - и третью, Фуэрса, на башне которой вертится символ Гаваны - флюгер Ла Хирардилья, полюбоваться чудными домами в Ведадо, навестить Ла Рампа - сердце города, поглазеть на Капитолий на Пасео де Марти (бывшем Прадо), покататься на залатанных дореволюционных «шевроле» и «понтиаках» и осесть в конце концов в каком-нибудь баре, чтобы осмыслить увиденное. От выбора бара зависит все - и впечатление, и настроение, и состояние вашей головы назавтра.
Едва ли кто-то удивится, узнав, что лучшие гаванские бары связаны с именем Хемингуэя. Первый - Bodeguita del Media, двухэтажный, снизу доверху исчерканный автографами знаменитостей, от Николаса Гильена и Алехо Карпентьера до Теда Тернера, где пьют мохито. Зайдите и попробуйте - едва ли где-то на Варадеро вам подадут что-либо подобное. Второе место - El Floridita на улице Обиспо, в двух шагах от отеля «Амбос Мундос», в номере которого был написан роман «По ком звонит колокол». Комната Хемингуэя превратилась в мемориальные апартаменты, а в баре за столиком недавно посадили бронзового писателя. И все так же наливают чудесный дайкири - из рома, сока лайма, льда, сахара и нескольких капель мараскино. Надо посидеть, выпить и не жалеть о потраченных песо.
Увы, это не будет дешево. Даже в заштатных барах на пляже банальный куба-либре, уже не говоря о мохито, стоит не дешевле 5-6 песо (5-6 евро), так что лучше предпочесть качественный оригинал паршивой копии.
Коктейли, ром, сигары и, пожалуй, густой тягучий кофе - все это можно назвать кубинскими специалитетами. Причем ром - именно Havana Club, не белый, для коктейлей, а выдержанный, темный, хотя бы пятилетний, после которого вам на Bacardi и смотреть не захочется. С кухней все сложнее: кубинцы едят все, потому что у них ничего нет. Литр молока, который дают ежедневно детям до семи лет, продукты по карточкам или с черного рынка - вот все, на что они могут рассчитывать за свои «деревянные» песо, не идущие ни в какое сравнение с конвертируемыми. Западным людям разницу между этими денежными единицами понять трудно, но тем, кто помнит советские магазины «Березка», все ясно без слов.
Лобстеры из-под полы
Полуостров Варадеро - узкая длинная песчаная коса, врезающаяся в Атлантический океан на 24 километра. От столицы - 120 км. Первым, кто соблазнился рассыпчатым белым кубинским песком, был удачливый американский предприниматель Ирене Дюпон: в начале двадцатых он скупил землю полуострова по 4 цента за акр, чтобы через много лет продать ее по $10. Свой дом Дюпон построил в 27-м году в 10 километрах от начала Варадеро - тогда здесь были непроходимые заросли. А теперь отели дошли до конца косы, недалеко разбили профессиональное поле для гольфа, а в доме миллионера устроили ресторан и музей с забавным деревянным органом, на котором играла в этой глуши жена Дюпона.
Богатый Варадеро так же мало напоминает нищую Кубу, как Москва - Россию. Но на самого себя времен Дюпона он похож еще меньше, хотя бы потому, что мельчайшего, расползающегося, как бархат, под пальцами песка больше нет - на пляжах самый обычный песок. Зато пляжей много, они, правда, хороши и бесконечны. Иногда на них прилетают пеликаны, иногда шторм выбрасывает гигантские раковины. Обнаружив такую, смело кладите в сумку, но никому о том не говорите: вывозить из страны эти раковины запрещено так же, как ром, в количестве больше двух бутылок на нос, или сигары, купленные с рук. Хотя все вывозят.
Точно так же рыбакам запрещено ловить лобстеров - это госмонополия, но все ловят. И тайком предлагают в частных ресторанах туристам. А те, в перерывах между купаниями, варьете в отеле "Интернасьональ" (облегченный вариант гаванского варьете «Тропикана»), горячими танцами на дискотеках и скоротечными тропическими романами, носятся по Варадеро на мотороллерах и отправляются на яхте на рыбалку или на прогулку к крокодильей ферме.
Самое дорогое развлечение - отправиться на авиаэкскурсию. На карибской стороне Острова свободы есть маленькие острова - Кайо-Ларго, Кайо-Койо, Кайо-Гильермо и прочее. Там тоже есть маленький аэропорт, куда садятся чартеры из Европы и Канады и Ан-26, привозящий гостей с Варадеро. На Кайо-Ларго и Кайо-Коко живут только туристы, никогда не бывает туч и сохранился еще белоснежный кубинский песок, отражающий солнце так, что не сгореть невозможно даже в январе. Но прежде чем улечься на этот песок, стоит побывать на настоящей Кубе.
Практика
Считайте в евро
В отличие от прошлых лет, когда реальным платежным средством на Кубе был доллар, теперь в ходу только конвертируемые песо, которые номинально равны доллару, но при обмене с евро ближе к европейской денежной единице. Доллары же менять крайне невыгодно: год назад вышел закон, предписывающий менять американскую валюту с 10-процентной комиссией. Снимать деньги удобно в банкоматах, если пластиковая карта не выдана банком США: тот же закон запретил к приему карты всех американских банков.
Долго, но дешево
Единственный регулярный прямой рейс из Москвы на Кубу выполняется совместно авиакомпаниями "Аэрофлот"-"Кубана", обычно с посадкой в Шенноне (Ирландия). Дорога занимает около 16 часов, если рейс беспосадочный (чаще он бывает из Гаваны в Москву, чем наоборот), то 11. Билет дешевле, чем в любую другую страну Латинской Америки (если покупать заранее, можно уложиться в $800), и отели на Кубе в основном дешевле, чем на остальных признанных южно- и центральноамериканских курортах. Время на Кубе отстает от московского так же, как в Нью-Йорке, на 8 часов.
Наездницы
Если девушка стоит вдоль дороги, выпятив на всеобщее обозрение свои выпуклости, - не думайте о ней плохо. Она просто ловит машину. Но если вы вышли, скажем, из отеля Habana Libre (при американцах «Хилтона»), прошли метров сто по направлению к набережной, и тут стоит она, а рядом другая, третья, знайте: они ждут вас. Для них в кубинском сленге существует свой термин - "хинетера" (наездница). Ради хинетер приезжают сюда многие, если не большинство. Они хороши собой и умеют получать удовольствие от работы - а значит, и доставить это удовольствие другим.
Официально проституция преследуется на Кубе законом. Но с тех пор, как на острове разрешили свободное хождение валюты, любой источник валютного дохода годится и для страны, и ее граждан. De facto сексуальный туризм остается главной приманкой для приезжих. И не только для мужчин. Увидев, как мужеподобная скандинавская гостья выгуливает своего 20-летнего самоуверенного чернокожего жиголо, вы скорее всего отвернетесь. Но глядя, как стройная дива с ногами от зубов обнажает свои белые зубки перед заезжим голландцем, улыбнетесь.
И не все они хинетеры. Если девушка из приличного, но безнадежно бедного семейства, каких на Кубе большинство, встретит приятного итальянца (немца, француза, англичанина), проведет с ним недельку-другую, а тот в благодарность оденет ее или купит золотое колечко - это почти в рамках кубинских приличий.
Мяса нет, а чувства есть
И начать не с роскошного курортного Варадеро, не с белых песков Кайо-Коко и Кайо-Ларго и даже не с древнего города Тринидад, занесенного вместе с Гаваной во всемирную сокровищницу ЮНЕСКО, а с самой Гаваны. И, если не хватит времени, все дни, отпущенные вам на Кубу, провести в столице, которая одна стоит страны. «Cuba es La Habana y lo demas es paisaje» - в русском варианте это означает: «Куба - это Гавана, все остальное - пейзаж». Так говорят кубинцы, и глупо сомневаться в их правоте.
Все путешествующее население Земли делится на две категории: представители первой в Гаване ни разу не были, второй - ее обожают. Причем первая стремится к нулю, а вторая растет в геометрической прогрессии. И будет расти, несмотря на аскетичный кубинский социализм, карточки, запрет на Америку и отсутствие мяса. Мяса нет, а чувства - есть. Так может быть только на Кубе, где даже нищие, подпирающие стены гаванских древностей, выглядят умиротворенными. И последние бедняки, забывшие, что такое свобода внешняя, но знающие все о свободе внутренней, не разучились радоваться жизни. Эта радость не потому что, а вопреки. Не всякий пришелец способен ее понять и разделить, но тот, кто сможет, покинет Остров свободы только в надежде на новую встречу и новую любовь.
Бухта как бутылка
Итак, не с курортов надо начинать свою погружение в кубинскую действительность, если вы хотите постичь всю меру кубинской любвеобильности и дружелюбия. Там все понятно - пальмы, пеликаны на песке, вода цвета неба, но настоящая кубинская жизнь размыта и не видна за фасадом пятизвездочных отелей. Гавана же прекрасна сама по себе, со своими видавшими виды прелестями, очередями на автобусных остановках, вылизанной брусчаткой перед Кафедральным собором и выцветшими фасадами Малекона.
Малекон - знаменитая набережная, изогнутая, как лук, начинающаяся у Старой Гаваны и уходящая за отель «Националь», построенный американцами в стиле сталинских высоток. Но главная часть Малекона - в самом его начале, у бухты, которую Хемингуэй сравнил с горлышком бутылки от шампанского.
Сравнение очень уместное: гаванская бухта так велика, что может укрыть одновременно сотни кораблей, и ничто им здесь не угрожает, потому что с морем бухту соединяет пролив всего несколько десятков метров шириной. Он так узок, что двум мощным судам в нем никогда не разойтись. И так мелок (глубина - 9-11 метров), что судно может в него войти только в момент прилива.
В 1492 году бухту оценил и Колумб - это была его первая стоянка в Южной Америке: он еще гадал, материк Куба или остров. Ла Вилья (поселение) де Сан Кристобал де Ла Хабана была основана 16 ноября 1516 года. И через сто лет после визита Колумба превратилась в город с испанским наместником - генерал-губернатором и главным на всем Антильском архипелаге портом. А в XX веке ее называли в числе красивейших городов мира, и если бы существовало звание самого прекрасного города Латинской Америки, вроде «Мисс Латинская Америка», его бы присудили не Рио, не Буэнос-Айресу и уж не Мехико, а, конечно, Гаване.
Колониальным крышам ураганы не страшны
«Что вы в ней нашли?» - спросят вас потом соседи по отелю на Варадеро, какие-нибудь немцы или итальянцы, когда вы вздумаете поделиться с ними восторгами по поводу Гаваны. - «Все рушится, пройдет еще лет пять - и ничего не останется».
Так говорили и лет 20 назад, и 50. По свидетельству очевидца, пережившего четверть века назад один из гаванских ураганов, стихия повредила крыши нескольких домов еще американской постройки и срезала балкон с университетского общежития. А с ветхими крышами колониального города ничего не случилось. Два года назад тоже случился ураган, и последствия его до сих пор видны на улицах и в скверах, но дома целы.
Хотя правда, что есть места, где можно увидеть древний дом с половиной балкона, по которой можно судить о том, как великолепен был этот балкон, когда в доме жил какой-нибудь барон или маркиз. Но ураган тут ни при чем. И маркизы давно не здесь, а на кладбище имени Колумба, которое само по себе - одна из главных достопримечательностей кубинской столицы. Если бы не братская могила героев революции в центре, оно напоминало бы некрополь где-нибудь во Флоренции. Глядя на мраморных плакальщиц и ангелов, под которыми лежат потомки конкистадоров, понимаешь, что вот здесь и лежит белая Гавана - та, которой больше никогда не будет.
Но город стоит на месте. В нем живут люди всех цветов - есть даже китайский квартал. Из 900 зданий, представляющих интерес для истории, только 101 относится к прошлому веку. Остальным - как минимум по паре столетий, хотя из века в век город жгли и уничтожали. Пираты, французы, сэр Френсис Дрейк, англичане, завладевшие в XVIII веке Гаваной - руку приложили многие. И все в конечном итоге остались с носом, даже американцы, превратившие в XX веке остров в туристический рай и до сих пор глядящие в сторону Флоридского залива с тоской и мечтой о будущем, в котором все еще может быть.
Три капли мараскино
Быть действительно может все - как только власть, по тем или иным причинам, выпадет из рук папаши Фиделя. Чем ближе этот момент, тем больше все боятся, что веселый остров превратится в Диснейленд, и торопятся его навестить, пока этого не случилось. Увидеть гаванские крепости, охраняющие вход в бухту, - Дель Морро и Де ла Пунта - и третью, Фуэрса, на башне которой вертится символ Гаваны - флюгер Ла Хирардилья, полюбоваться чудными домами в Ведадо, навестить Ла Рампа - сердце города, поглазеть на Капитолий на Пасео де Марти (бывшем Прадо), покататься на залатанных дореволюционных «шевроле» и «понтиаках» и осесть в конце концов в каком-нибудь баре, чтобы осмыслить увиденное. От выбора бара зависит все - и впечатление, и настроение, и состояние вашей головы назавтра.
Едва ли кто-то удивится, узнав, что лучшие гаванские бары связаны с именем Хемингуэя. Первый - Bodeguita del Media, двухэтажный, снизу доверху исчерканный автографами знаменитостей, от Николаса Гильена и Алехо Карпентьера до Теда Тернера, где пьют мохито. Зайдите и попробуйте - едва ли где-то на Варадеро вам подадут что-либо подобное. Второе место - El Floridita на улице Обиспо, в двух шагах от отеля «Амбос Мундос», в номере которого был написан роман «По ком звонит колокол». Комната Хемингуэя превратилась в мемориальные апартаменты, а в баре за столиком недавно посадили бронзового писателя. И все так же наливают чудесный дайкири - из рома, сока лайма, льда, сахара и нескольких капель мараскино. Надо посидеть, выпить и не жалеть о потраченных песо.
Увы, это не будет дешево. Даже в заштатных барах на пляже банальный куба-либре, уже не говоря о мохито, стоит не дешевле 5-6 песо (5-6 евро), так что лучше предпочесть качественный оригинал паршивой копии.
Коктейли, ром, сигары и, пожалуй, густой тягучий кофе - все это можно назвать кубинскими специалитетами. Причем ром - именно Havana Club, не белый, для коктейлей, а выдержанный, темный, хотя бы пятилетний, после которого вам на Bacardi и смотреть не захочется. С кухней все сложнее: кубинцы едят все, потому что у них ничего нет. Литр молока, который дают ежедневно детям до семи лет, продукты по карточкам или с черного рынка - вот все, на что они могут рассчитывать за свои «деревянные» песо, не идущие ни в какое сравнение с конвертируемыми. Западным людям разницу между этими денежными единицами понять трудно, но тем, кто помнит советские магазины «Березка», все ясно без слов.
Лобстеры из-под полы
Полуостров Варадеро - узкая длинная песчаная коса, врезающаяся в Атлантический океан на 24 километра. От столицы - 120 км. Первым, кто соблазнился рассыпчатым белым кубинским песком, был удачливый американский предприниматель Ирене Дюпон: в начале двадцатых он скупил землю полуострова по 4 цента за акр, чтобы через много лет продать ее по $10. Свой дом Дюпон построил в 27-м году в 10 километрах от начала Варадеро - тогда здесь были непроходимые заросли. А теперь отели дошли до конца косы, недалеко разбили профессиональное поле для гольфа, а в доме миллионера устроили ресторан и музей с забавным деревянным органом, на котором играла в этой глуши жена Дюпона.
Богатый Варадеро так же мало напоминает нищую Кубу, как Москва - Россию. Но на самого себя времен Дюпона он похож еще меньше, хотя бы потому, что мельчайшего, расползающегося, как бархат, под пальцами песка больше нет - на пляжах самый обычный песок. Зато пляжей много, они, правда, хороши и бесконечны. Иногда на них прилетают пеликаны, иногда шторм выбрасывает гигантские раковины. Обнаружив такую, смело кладите в сумку, но никому о том не говорите: вывозить из страны эти раковины запрещено так же, как ром, в количестве больше двух бутылок на нос, или сигары, купленные с рук. Хотя все вывозят.
Точно так же рыбакам запрещено ловить лобстеров - это госмонополия, но все ловят. И тайком предлагают в частных ресторанах туристам. А те, в перерывах между купаниями, варьете в отеле "Интернасьональ" (облегченный вариант гаванского варьете «Тропикана»), горячими танцами на дискотеках и скоротечными тропическими романами, носятся по Варадеро на мотороллерах и отправляются на яхте на рыбалку или на прогулку к крокодильей ферме.
Самое дорогое развлечение - отправиться на авиаэкскурсию. На карибской стороне Острова свободы есть маленькие острова - Кайо-Ларго, Кайо-Койо, Кайо-Гильермо и прочее. Там тоже есть маленький аэропорт, куда садятся чартеры из Европы и Канады и Ан-26, привозящий гостей с Варадеро. На Кайо-Ларго и Кайо-Коко живут только туристы, никогда не бывает туч и сохранился еще белоснежный кубинский песок, отражающий солнце так, что не сгореть невозможно даже в январе. Но прежде чем улечься на этот песок, стоит побывать на настоящей Кубе.
Практика
Считайте в евро
В отличие от прошлых лет, когда реальным платежным средством на Кубе был доллар, теперь в ходу только конвертируемые песо, которые номинально равны доллару, но при обмене с евро ближе к европейской денежной единице. Доллары же менять крайне невыгодно: год назад вышел закон, предписывающий менять американскую валюту с 10-процентной комиссией. Снимать деньги удобно в банкоматах, если пластиковая карта не выдана банком США: тот же закон запретил к приему карты всех американских банков.
Долго, но дешево
Единственный регулярный прямой рейс из Москвы на Кубу выполняется совместно авиакомпаниями "Аэрофлот"-"Кубана", обычно с посадкой в Шенноне (Ирландия). Дорога занимает около 16 часов, если рейс беспосадочный (чаще он бывает из Гаваны в Москву, чем наоборот), то 11. Билет дешевле, чем в любую другую страну Латинской Америки (если покупать заранее, можно уложиться в $800), и отели на Кубе в основном дешевле, чем на остальных признанных южно- и центральноамериканских курортах. Время на Кубе отстает от московского так же, как в Нью-Йорке, на 8 часов.
Наездницы
Если девушка стоит вдоль дороги, выпятив на всеобщее обозрение свои выпуклости, - не думайте о ней плохо. Она просто ловит машину. Но если вы вышли, скажем, из отеля Habana Libre (при американцах «Хилтона»), прошли метров сто по направлению к набережной, и тут стоит она, а рядом другая, третья, знайте: они ждут вас. Для них в кубинском сленге существует свой термин - "хинетера" (наездница). Ради хинетер приезжают сюда многие, если не большинство. Они хороши собой и умеют получать удовольствие от работы - а значит, и доставить это удовольствие другим.
Официально проституция преследуется на Кубе законом. Но с тех пор, как на острове разрешили свободное хождение валюты, любой источник валютного дохода годится и для страны, и ее граждан. De facto сексуальный туризм остается главной приманкой для приезжих. И не только для мужчин. Увидев, как мужеподобная скандинавская гостья выгуливает своего 20-летнего самоуверенного чернокожего жиголо, вы скорее всего отвернетесь. Но глядя, как стройная дива с ногами от зубов обнажает свои белые зубки перед заезжим голландцем, улыбнетесь.
И не все они хинетеры. Если девушка из приличного, но безнадежно бедного семейства, каких на Кубе большинство, встретит приятного итальянца (немца, француза, англичанина), проведет с ним недельку-другую, а тот в благодарность оденет ее или купит золотое колечко - это почти в рамках кубинских приличий.
Читайте также
Комментарии
Поделиться:
Прямой эфир
