"Меня не устраивает такой начальник, как Худяков, прошу снять его с должности"
Встречу вели Анатолий Васильев и бывший директор его театра Борис Лихтенфельд. По сути это был монолог Анатолия Васильева, крайне редко прерываемый вопросами журналистов. Режиссер без лирических и пафосных предисловий стал рассказывать, как создавался театр на Поварской. Ход был верен: повествование о том, как Васильев со своими учениками и актерами впервые вселился в полуподвал на Поварской, как постепенно они делали из убогого помещения театр, являлось аргументацией в пользу того, чтобы здание на Поварской осталось за "Школой драматического искусства". (Правительство Москвы планирует передать помещение на Поварской проекту "Открытая сцена".)
Суть юридических отношений театра и Комитета по культуре в изложении Анатолия Васильева и Бориса Лихтенфельда такова: Комитет по культуре хотел отдать общежитие театра "Школа драматического искусства" артистам других театров Москвы. Васильев пытался идти на компромисс, но, когда вышло распоряжение правительства Москвы о том, что этот дом более не принадлежит театру, Анатолий Васильев подал иск в суд. В марте этого года суд был выигран. Комитет по культуре подал апелляцию, и в этот понедельник снова проиграл суд. По словам Васильева, Сергей Худяков вел себя "как шантажист и обманщик", требуя забрать из суда иск, угрожая, что в противном случае будет отнято помещение на Поварской. По этой причине, по версии Васильева и Лихтенфельда, возник проект "О реорганизации театра "Школа драматического искусства". Потому же и начались проверки творческой и хозяйственной деятельности театра, которые завершатся к понедельнику.
Васильев: "Я, как председатель Гильдии режиссеров России, имею право сказать, что меня не устраивает такой начальник, как Худяков, прошу разобрать его дело и снять его с должности". Высказался Васильев и по поводу претензий Комитета по культуре о неэффективности использования зданий театра: "Ну я же что-то делаю в театре с пол-одиннадцатого утра и до полтретьего ночи? Не огурцы же ем?"
Письма, которые Васильев направляет Юрию Лужкову, как уверяет Анатолий Александрович, не доходят до адресата. Руководителю театра даже пришлось однажды прибегнуть к унизительному способу передачи письма через охрану мэра. Анатолий Васильев, театр которого входит в Союз театров Европы, проинформировал президента Союза Жака Ланга о сложившейся ситуации, и тот написал письмо мэру. Как уверяет худрук театра, и это письмо до мэра не дошло. Когда режиссера спросили, действительно ли он убежден в неведении мэра насчет этой ситуации и уверен ли он в том, что публичный скандал приведет его к желанной цели, тот ответил, что не хочет сейчас это комментировать. Таким образом, долго тлеющий конфликт вышел наружу и стал достоянием прессы. То, что другая сторона конфликта два дня отказывается комментировать "Известиям" происходящее, выглядит по меньшей мере странным.
Но, возможно, у этой имущественной драмы будет художественный результат: Анатолий Васильев сказал, что все больше укрепляется в мысли поставить спектакль на остросоциальную тему. Сюрприз - услышать такое от режиссера, который давно ставит только тексты, поверенные столетиями, если не тысячелетиями, и занимается театром, исключающим всякую злободневность. Вот до чего могут довести имущественные тяжбы.
"Известия" обратились в Комитет по культуре города Москвы с просьбой прокомментировать проект реорганизации театра и ситуацию вокруг него, но там от комментариев отказались.