Н. Филатов: "Китайцы спросили меня: "У вас за это расстреливают? Когда я сказал "нет", удивились"
Н. Филатов: "Китайцы спросили меня: "У вас за это расстреливают? Когда я сказал "нет", удивились"
2017-05-14T09:38:54+03:00
2005-04-22T16:01:00+04:00
- Статьи
- Страна
- Н. Филатов: "Китайцы спросили меня: "У вас за это расстреливают? Когда я сказал "нет", удивились"
Партийный переулок, д. 1, к. 57, с. 3
115093
Москва, Россия
info@iz.ru
Санитарно-эпидемиологической службой столицы подготовлен доклад под названием "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения Москвы". Изучение этого документа способно вогнать москвичей в состояние крайней депрессии. Оказывается, самый крупный российский мегаполис, в котором делаются карьеры и деньги, просто опасен для жизни. В нем под ногами и в воздухе - вся таблица Менделеева. Чесотка - не забытая экзотика проклятого прошлого, а непременный атрибут столичного "дна"
0
Санитарно-эпидемиологической службой столицы подготовлен доклад под названием "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения Москвы". Изучение этого документа способно вогнать москвичей в состояние крайней депрессии. Оказывается, самый крупный российский мегаполис, в котором делаются карьеры и деньги, просто опасен для жизни. В нем под ногами и в воздухе - вся таблица Менделеева. Чесотка - не забытая экзотика проклятого прошлого, а непременный атрибут столичного "дна". Невиданная прежде в Москве малярия - расплата за бесплатный труд нелегальных гастарбайтеров. А городская санэпидслужба уже разрабатывает меры противодействия возможным терактам "с применением патогенных биологических агентов и опасных химических веществ". Обнаружить и вовремя ликвидировать угрозы благополучию всей "московской популяции" - так по-армейски скупо формулирует в интервью обозревателю "Известий" Наталье Давыдовой основную задачу своей службы главный государственный санитарный врач Москвы Николай Филатов.
В столице эпидемий гриппа нет уже четвертый год
известия: Чтобы понять, что творится в городе, мало ведь просто привести последнюю статистику, нужно ее с чем-то сравнить. С застойными временами, перестройкой?
Николай Филатов: Мы показываем многолетнюю динамику. И в целом сравниваем Москву с Россией. Хотя сравнение это достаточно условно. Другого такого города в России просто нет. Что важно, например, для капельной инфекции? Скученность, плотность населения. Хотя если взять тот же грипп и респираторно-вирусные инфекции, то Москва в сравнении с другими городами России выглядит лучше - эпидемий нет вот уже четвертый год. Я думаю, мы избрали правильную тактику борьбы с гриппом. В 1980-е годы, когда у руля был еще Брежнев, в его докладе на одном из пленумов ЦК прозвучало, что советская наука изготовила "атомную бомбу" для гриппа. Он говорил об инактивированной вакцине, которую вводили безыгольными инъекторами-пистолетами. В Москве тогда прививали все трудоспособное население. Ставили на проходных предприятий врачей с пистолетами-инъекторами, и никто не мог их миновать. Так вот, в тот период заболеваемость гриппом резко упала. А потом, когда прекратили прививки, резко возросла. Зато летальность, когда гриппом болели в 3 раза меньше, была в 18 раз выше. Потому что прививать нужно прежде всего людей из "групп риска" - в прошлом году мы привили таких 1,1 млн человек. А школьников мы защищали препаратом витанам, четырнадцатой фракцией дрожжевой клетки, потому что основной массе населения нужно просто подстегнуть иммунитет.
известия: На который влияет не одна только дурная наследственность, но и плохая экология, и неправильное питание.
Филатов: Вот почему мы сейчас проводим конкурсный отбор поставщиков продуктов для школ. Просто заставляем их, навязываем силовыми методами, чтобы пища и вода были богаты йодом, селеном, фтором. Московская биосфера бедна йодом, и у детей появились йододефициты. А это влечет за собой целый ряд проблем. Потребность ребенка в йоде можно покрыть йодированной солью, морепродуктами, например, морской капустой. Через день давать ему по 20 граммов - и никаких проблем. Эти 20 граммов можно вложить в любую пищу, например в пирожок с капустой, ребенок даже знать не будет.
"Я собираюсь написать историю того, как Москва болела дифтерией, когда каждый год умирало по тысяче человек"
известия: Вы считаете верным действовать силовыми методами - заставлять поставщиков. Может быть, эффективней просвещать?
Филатов: Просвещение, конечно, необходимо. Помню, как в 1980-е годы появилась серия статей о вреде прививок - одна журналистка тогда обнаружила, что на пузырьке с надписью "Мертиолят" (это вещество, которое добавляется в вакцину как стабилизатор) нарисован череп, и сообщила читателям, что детям вводят яд. Но она же не написала, что этой ртутьсодержащей соли в вакцинной дозе столько, сколько в двух литрах воды. И народ стал отказываться от вакцинации. А мы получили, например, эпидемию дифтерии. Я собираюсь написать историю того, как Москва болела дифтерией. Зафиксирован всего один год, когда не заболел ни один человек. 1975-й. И это был результат того, что в 1964-м москвичей стали прививать от дифтерии. До этого в Москве каждый год умирало до тысячи человек. Конечно, в наше время появилась масса новых лекарств, антибиотики, но с токсической дифтерией и сегодня ничего сделать нельзя. А она бывает только у непривитого. Когда в конце 80-х я издал постановление - не принимать в школы детей, не привитых против дифтерии, мне говорили: "Ты нарушаешь права человека, нельзя запретить ребенку учиться". Но нельзя было по-другому, иначе люди продолжали бы умирать. Мы ошиблись только в одном - не стали прививать взрослых. Все дискутировали с учеными: сколько держится иммунитет, кого прививать? Пока прививали строителей, заболели транспортники, а потом пришлось применять драконовские меры: мы просто отказывались давать разрешения на предпринимательскую деятельность, если фирма не привьет 75% своих сотрудников. Именно благодаря такому давлению ситуация в Москве изменилась. В 2002 году зарегистрировано 134 случая дифтерии, в 2003-м - 88. А в прошлом году - уже 44. Но в предыдущие годы погибло громадное число людей.
известия: Недавно Москва получила международное свидетельство о том, что она является территорией, свободной от полиомиелита. Это наше единственное абсолютное достижение?
Филатов: Пожалуй. На очереди уничтожение кори. Прививки тут даже не главное, а единственное средство борьбы. ВОЗ требует, чтобы 95% детского населения было привито от кори. А у нас в Москве - 98%.
известия: Почему тогда заболеваемость корью в столице в два раза больше, чем по России?
Филатов: Болеют в основном не москвичи. В наших вузах - МГУ, Медицинской академии имени Сеченова, других - раз в три-пять лет возникает вспышка заболеваний корью или, например, краснухой. Сегодня в общежитии Московского государственного технологического университета - 28 случаев краснухи. Причем наши московские ребята привиты очень хорошо. Вспышки обеспечивают приезжие. Попробовали бы они приехать учиться в какой-нибудь американский университет, не сделав одной из обязательных прививок. А когда мы об этом говорим, то слышим в ответ: "Как же можно, это же недемократично".
"Попробуйте привлечь милицию - вам сразу "пришьют" политику"
известия: Мигрантов и бомжей три года назад официальная статистика не замечала. А когда заметила, заболеваемость по многим позициям выросла на порядок. Как следует из вашего доклада, "завоз" малярии происходил в прошлом году в основном из Азербайджана и Таджикистана, большинство из 58 заболевших брюшным тифом - "жители сопредельных государств".
Филатов: Кроме них, тифом болеют еще бомжи. Скажу сразу: условий для распространения эпидемического брюшного тифа в Москве нет. Но все равно это страшно. А если говорить об эпидемиях, то два года назад, когда все опасались, что в Москве появятся случаи атипичной пневмонии, мы провели рейды по азиатским рынкам. И обнаружили целые общежития, целые подпольные поселения. Причем уроженцы Юго-Восточной Азии обитали в них в условиях, совершенно невозможных для нормальной жизни. Какие там прививки? Дети копошились рядом с крысами и кучами мусора - вот что мы увидели. И попробуйте привлечь милицию - вам сразу "пришьют" политику.
известия: Кстати, об атипичной пневмонии. Если бы вспышка SARS, не дай бог, случилась не в Пекине, а в Москве, вы смогли бы заставить население подчиниться таким мерам, как, например, домашний арест контактировавших с больными?
Филатов: В обычной жизни заставить нашего человека что-то сделать по закону вряд ли получится. Вся надежда на то, что в экстремальных условиях русский характер проявляет чудеса. Что касается Москвы на месте Пекина... У нас несколько лет назад была китайская делегация, знакомилась с работой службы. Помню, меня поразил один их вопрос: "А у вас за санитарное правонарушение есть такое наказание, как расстрел?" Удивлялись, когда я сказал, что нет. Я, конечно, к такому не призываю. Но от того, какое наказание ждет преступившего закон, многое зависит. Сегодня говорят, что предпринимателю надо доверять. И вот к нам приходит фирмочка под названием "Внуково-Эверест", которая продает в аэропорту "Внуково" готовые обеды и говорит: "Дайте разрешение на приготовление 800 обедов". Мы смотрим: все необходимое у предприятия есть, и разрешение даем. А через полгода оказывается, что на том же оборудовании и площади производят уже не 800, а 8 тысяч обедов. Есть разница? Но трогать их два года мы не могли - проверять предпринимателей в плановом порядке санитарная служба по закону может только раз в два года. Они за это время неплохо заработали. И 180 человек уложили в стационар.
известия: И никто не пошел в суд?
Филатов: Пошли. Но "Внуково-Эверест" очень быстро превратился в другую фирму, и никто возмещения не получил. Вот господин Греф призывает доверять предпринимателю. Даже термин появился: "презумпция добросовестности". Раз предприниматель, значит, добросовестный. Недавно недалеко от Москвы, в Мытищах, два таких добросовестных предпринимателя организовали фирму, которая готовила селедку. Нашли бабульку, замечательно эту селедку солившую. Купили несколько обычных бытовых ванн, со склада брали замороженное сырье, бабулька мариновала, фасовали и продавали в магазинах. И однажды эта бабулька прикупила у знакомого по дешевке несколько мешков соли. И замариновала партию селедки. С виду - соль как соль. А оказалось - селитра. 36 человек с отравлением нитратами в тяжелом состоянии были госпитализированы. А что до этого "добросовестным предпринимателям"? Ну закрыли их фирму, и все.
"Бакоружие в отличие, например, от атомной бомбы можно приготовить в обычной квартире"
известия: Среди "спецлитературы", которую изучают сотрудники вашей службы, появилась брошюра под названием "Взаимодействие органов управления, учреждений и санитарных формирований по ликвидации последствий терактов с применением патогенных биологических агентов и опасных химических веществ". Такие очень опасные для города ситуации возможны?
Филатов: К сожалению, да. Причем бакоружие в отличие, например, от атомной бомбы можно изготовить, имея бактериальную культуру и питательную среду. А эффект от применения такого оружия в условиях мегаполиса может быть страшным. К примеру, одного грамма ботулинического токсина хватит, чтобы уничтожить всех москвичей. Правда, нужно умудриться так распылить этот грамм, чтобы его вдохнул каждый.
известия: А это невозможно?
Филатов: К счастью. Опасно еще то, что, генетически изменив возбудителя болезни (во всем мире такие исследования строжайше запрещены), можно из банальной инфекции вроде дизентерии получить смертельное оружие. И люди будут умирать от дизентерии, как от холеры. Но хочу вас успокоить - нам известны все места, где хранятся культуры и объекты, на которых имеют право работать с патогенными микроорганизмами, мы даже их лицензируем. Помните, как в Америке конгрессменам в конвертах рассылали споры сибирской язвы? Ее же не из скотомогильника взяли, а из "музея", где хранятся такие культуры. У нас, кстати, тоже нашлись ненормальные, которые посылали муку и мел в разные структуры. Мы до сих пор получаем такие конверты на исследование. Причем ни одного из отправителей до сих пор не наказали.
известия: Предположим, у вас все под контролем. Но ведь дома в Москве взрывали привозным гексогеном.
Филатов: За всю Россию отвечать не могу, но в принципе такая работа везде проводится. Хотя проблем очень много. Я, когда готовил к антитеррористической комиссии материалы по противодействию биологическому терроризму, послал своих специалистов на один из молокозаводов. Они приехали на машине, свободно миновали проходную (потому что в здании было еще 15 арендаторов), зашли в заквасочный цех, пообщались с единственной присутствовавшей там работницей и спокойно ушли. Если бы они что-то бросили в закваску, никто бы и не заметил. Вот она, Россия...
В столице эпидемий гриппа нет уже четвертый год
известия: Чтобы понять, что творится в городе, мало ведь просто привести последнюю статистику, нужно ее с чем-то сравнить. С застойными временами, перестройкой?
Николай Филатов: Мы показываем многолетнюю динамику. И в целом сравниваем Москву с Россией. Хотя сравнение это достаточно условно. Другого такого города в России просто нет. Что важно, например, для капельной инфекции? Скученность, плотность населения. Хотя если взять тот же грипп и респираторно-вирусные инфекции, то Москва в сравнении с другими городами России выглядит лучше - эпидемий нет вот уже четвертый год. Я думаю, мы избрали правильную тактику борьбы с гриппом. В 1980-е годы, когда у руля был еще Брежнев, в его докладе на одном из пленумов ЦК прозвучало, что советская наука изготовила "атомную бомбу" для гриппа. Он говорил об инактивированной вакцине, которую вводили безыгольными инъекторами-пистолетами. В Москве тогда прививали все трудоспособное население. Ставили на проходных предприятий врачей с пистолетами-инъекторами, и никто не мог их миновать. Так вот, в тот период заболеваемость гриппом резко упала. А потом, когда прекратили прививки, резко возросла. Зато летальность, когда гриппом болели в 3 раза меньше, была в 18 раз выше. Потому что прививать нужно прежде всего людей из "групп риска" - в прошлом году мы привили таких 1,1 млн человек. А школьников мы защищали препаратом витанам, четырнадцатой фракцией дрожжевой клетки, потому что основной массе населения нужно просто подстегнуть иммунитет.
известия: На который влияет не одна только дурная наследственность, но и плохая экология, и неправильное питание.
Филатов: Вот почему мы сейчас проводим конкурсный отбор поставщиков продуктов для школ. Просто заставляем их, навязываем силовыми методами, чтобы пища и вода были богаты йодом, селеном, фтором. Московская биосфера бедна йодом, и у детей появились йододефициты. А это влечет за собой целый ряд проблем. Потребность ребенка в йоде можно покрыть йодированной солью, морепродуктами, например, морской капустой. Через день давать ему по 20 граммов - и никаких проблем. Эти 20 граммов можно вложить в любую пищу, например в пирожок с капустой, ребенок даже знать не будет.
"Я собираюсь написать историю того, как Москва болела дифтерией, когда каждый год умирало по тысяче человек"
известия: Вы считаете верным действовать силовыми методами - заставлять поставщиков. Может быть, эффективней просвещать?
Филатов: Просвещение, конечно, необходимо. Помню, как в 1980-е годы появилась серия статей о вреде прививок - одна журналистка тогда обнаружила, что на пузырьке с надписью "Мертиолят" (это вещество, которое добавляется в вакцину как стабилизатор) нарисован череп, и сообщила читателям, что детям вводят яд. Но она же не написала, что этой ртутьсодержащей соли в вакцинной дозе столько, сколько в двух литрах воды. И народ стал отказываться от вакцинации. А мы получили, например, эпидемию дифтерии. Я собираюсь написать историю того, как Москва болела дифтерией. Зафиксирован всего один год, когда не заболел ни один человек. 1975-й. И это был результат того, что в 1964-м москвичей стали прививать от дифтерии. До этого в Москве каждый год умирало до тысячи человек. Конечно, в наше время появилась масса новых лекарств, антибиотики, но с токсической дифтерией и сегодня ничего сделать нельзя. А она бывает только у непривитого. Когда в конце 80-х я издал постановление - не принимать в школы детей, не привитых против дифтерии, мне говорили: "Ты нарушаешь права человека, нельзя запретить ребенку учиться". Но нельзя было по-другому, иначе люди продолжали бы умирать. Мы ошиблись только в одном - не стали прививать взрослых. Все дискутировали с учеными: сколько держится иммунитет, кого прививать? Пока прививали строителей, заболели транспортники, а потом пришлось применять драконовские меры: мы просто отказывались давать разрешения на предпринимательскую деятельность, если фирма не привьет 75% своих сотрудников. Именно благодаря такому давлению ситуация в Москве изменилась. В 2002 году зарегистрировано 134 случая дифтерии, в 2003-м - 88. А в прошлом году - уже 44. Но в предыдущие годы погибло громадное число людей.
известия: Недавно Москва получила международное свидетельство о том, что она является территорией, свободной от полиомиелита. Это наше единственное абсолютное достижение?
Филатов: Пожалуй. На очереди уничтожение кори. Прививки тут даже не главное, а единственное средство борьбы. ВОЗ требует, чтобы 95% детского населения было привито от кори. А у нас в Москве - 98%.
известия: Почему тогда заболеваемость корью в столице в два раза больше, чем по России?
Филатов: Болеют в основном не москвичи. В наших вузах - МГУ, Медицинской академии имени Сеченова, других - раз в три-пять лет возникает вспышка заболеваний корью или, например, краснухой. Сегодня в общежитии Московского государственного технологического университета - 28 случаев краснухи. Причем наши московские ребята привиты очень хорошо. Вспышки обеспечивают приезжие. Попробовали бы они приехать учиться в какой-нибудь американский университет, не сделав одной из обязательных прививок. А когда мы об этом говорим, то слышим в ответ: "Как же можно, это же недемократично".
"Попробуйте привлечь милицию - вам сразу "пришьют" политику"
известия: Мигрантов и бомжей три года назад официальная статистика не замечала. А когда заметила, заболеваемость по многим позициям выросла на порядок. Как следует из вашего доклада, "завоз" малярии происходил в прошлом году в основном из Азербайджана и Таджикистана, большинство из 58 заболевших брюшным тифом - "жители сопредельных государств".
Филатов: Кроме них, тифом болеют еще бомжи. Скажу сразу: условий для распространения эпидемического брюшного тифа в Москве нет. Но все равно это страшно. А если говорить об эпидемиях, то два года назад, когда все опасались, что в Москве появятся случаи атипичной пневмонии, мы провели рейды по азиатским рынкам. И обнаружили целые общежития, целые подпольные поселения. Причем уроженцы Юго-Восточной Азии обитали в них в условиях, совершенно невозможных для нормальной жизни. Какие там прививки? Дети копошились рядом с крысами и кучами мусора - вот что мы увидели. И попробуйте привлечь милицию - вам сразу "пришьют" политику.
известия: Кстати, об атипичной пневмонии. Если бы вспышка SARS, не дай бог, случилась не в Пекине, а в Москве, вы смогли бы заставить население подчиниться таким мерам, как, например, домашний арест контактировавших с больными?
Филатов: В обычной жизни заставить нашего человека что-то сделать по закону вряд ли получится. Вся надежда на то, что в экстремальных условиях русский характер проявляет чудеса. Что касается Москвы на месте Пекина... У нас несколько лет назад была китайская делегация, знакомилась с работой службы. Помню, меня поразил один их вопрос: "А у вас за санитарное правонарушение есть такое наказание, как расстрел?" Удивлялись, когда я сказал, что нет. Я, конечно, к такому не призываю. Но от того, какое наказание ждет преступившего закон, многое зависит. Сегодня говорят, что предпринимателю надо доверять. И вот к нам приходит фирмочка под названием "Внуково-Эверест", которая продает в аэропорту "Внуково" готовые обеды и говорит: "Дайте разрешение на приготовление 800 обедов". Мы смотрим: все необходимое у предприятия есть, и разрешение даем. А через полгода оказывается, что на том же оборудовании и площади производят уже не 800, а 8 тысяч обедов. Есть разница? Но трогать их два года мы не могли - проверять предпринимателей в плановом порядке санитарная служба по закону может только раз в два года. Они за это время неплохо заработали. И 180 человек уложили в стационар.
известия: И никто не пошел в суд?
Филатов: Пошли. Но "Внуково-Эверест" очень быстро превратился в другую фирму, и никто возмещения не получил. Вот господин Греф призывает доверять предпринимателю. Даже термин появился: "презумпция добросовестности". Раз предприниматель, значит, добросовестный. Недавно недалеко от Москвы, в Мытищах, два таких добросовестных предпринимателя организовали фирму, которая готовила селедку. Нашли бабульку, замечательно эту селедку солившую. Купили несколько обычных бытовых ванн, со склада брали замороженное сырье, бабулька мариновала, фасовали и продавали в магазинах. И однажды эта бабулька прикупила у знакомого по дешевке несколько мешков соли. И замариновала партию селедки. С виду - соль как соль. А оказалось - селитра. 36 человек с отравлением нитратами в тяжелом состоянии были госпитализированы. А что до этого "добросовестным предпринимателям"? Ну закрыли их фирму, и все.
"Бакоружие в отличие, например, от атомной бомбы можно приготовить в обычной квартире"
известия: Среди "спецлитературы", которую изучают сотрудники вашей службы, появилась брошюра под названием "Взаимодействие органов управления, учреждений и санитарных формирований по ликвидации последствий терактов с применением патогенных биологических агентов и опасных химических веществ". Такие очень опасные для города ситуации возможны?
Филатов: К сожалению, да. Причем бакоружие в отличие, например, от атомной бомбы можно изготовить, имея бактериальную культуру и питательную среду. А эффект от применения такого оружия в условиях мегаполиса может быть страшным. К примеру, одного грамма ботулинического токсина хватит, чтобы уничтожить всех москвичей. Правда, нужно умудриться так распылить этот грамм, чтобы его вдохнул каждый.
известия: А это невозможно?
Филатов: К счастью. Опасно еще то, что, генетически изменив возбудителя болезни (во всем мире такие исследования строжайше запрещены), можно из банальной инфекции вроде дизентерии получить смертельное оружие. И люди будут умирать от дизентерии, как от холеры. Но хочу вас успокоить - нам известны все места, где хранятся культуры и объекты, на которых имеют право работать с патогенными микроорганизмами, мы даже их лицензируем. Помните, как в Америке конгрессменам в конвертах рассылали споры сибирской язвы? Ее же не из скотомогильника взяли, а из "музея", где хранятся такие культуры. У нас, кстати, тоже нашлись ненормальные, которые посылали муку и мел в разные структуры. Мы до сих пор получаем такие конверты на исследование. Причем ни одного из отправителей до сих пор не наказали.
известия: Предположим, у вас все под контролем. Но ведь дома в Москве взрывали привозным гексогеном.
Филатов: За всю Россию отвечать не могу, но в принципе такая работа везде проводится. Хотя проблем очень много. Я, когда готовил к антитеррористической комиссии материалы по противодействию биологическому терроризму, послал своих специалистов на один из молокозаводов. Они приехали на машине, свободно миновали проходную (потому что в здании было еще 15 арендаторов), зашли в заквасочный цех, пообщались с единственной присутствовавшей там работницей и спокойно ушли. Если бы они что-то бросили в закваску, никто бы и не заметил. Вот она, Россия...
Читайте также
Комментарии
Поделиться:
Прямой эфир
