Куда ни глянь -везде пустыня

Три сестры добились своего. Они так желали "в Москву, в Москву, в Москву", что спектакль из города Советск попал в столицу на "Золотую маску". Он претендует на приз в номинации "Лучший драматический спектакль малой формы".

Во всей стране, в театрах, больших и малых, есть свои "милые сестры", дяди Вани, у которых "пропала жизнь", и Треплевы, ищущие новые формы. Чтобы решиться поставить Чехова, нужно либо не воспринимать всерьез эту густонаселенную планету, либо быть уверенным, что тебе удалось раскопать нечто доселе невиданное. Конфликтовать с традицией тоже не удастся, как бы режиссер этого ни хотел: театральные воплощения Чехова сейчас столь разнообразны, что, споря с одним принципом постановки его пьес, почти неизбежно используешь другой, уже освоенный.

"Три сестры" "Тильзит-театра" поставлены как "обыкновенная история", полная страстей, несуразностей и драматических коллизий. Ведь в пьесах Чехова, где герои скучают запоем, тоскуют от безделья и негромко страдают, тем не менее масса всяческих событий: здесь стреляют, влюбляются без памяти, пытаются покончить с собой, устраивают истерики, будя спящий дом, убивают на дуэли, изменяют... Евгений Марчелли сосредоточился на событийном ряде, пожертвовав знаменитым "чеховским настроением" и философией пьесы. Итак, "Три сестры" - это пьеса о том, как в тихий провинциальный город, с тоскующими мужчинами и женщинами, приехали военные. Возникли романы, адюльтеры, всколыхнулась жизнь, и с уходом военных все утихло. Подле тоскующих людей ходит добрый молодец Вершинин (Виталий Кищенко) - самый невнятный персонаж спектакля. Свои монологи о будущей счастливой жизни, неутомимое философствование он произносит невыносимо бодрым тоном. Счастливая жизнь скоро наступит, надо только подождать лет двести - весело, лихо вещает он. Во время пожара увидел девочек, стоящих в одном белье, - и это тоже не беда. Кажется, еще чуть-чуть - и Вершинин воскликнет: "Don't worry, be happy!" Или он так глубоко несчастен, что прикрывает свою грусть постоянным самоподбадриванием, или он должен дискредитировать все эти утешения и дать зрителю понять, какая все это чепуха? В любом случае это не самая интересная задача для актера (кстати, номинированного на "Маску") - три часа находиться в истерично-праздничном настроении.

Марчелли остался в пределах простой истории, поскольку ему, как кажется, смешны и тоска трех сестер, и надежды и мечты Вершинина. Поэтому в спектакле есть лишь несколько живеньких сцен, парочка страстных объятий и столько же профессиональных истерик. Посмеяться над бедными женщинами, стремящимися в Москву, может каждый. Показать Вершинина дураком - тоже не самая изощренная режиссерская версия. А в чем, прошу прощения, магистральная идея режиссера? Как ответила бы на этот вопрос одна из трех сестер, если бы знать...