Извините, я убил вашего Бога

На фестиваль "Формат "Афиши": Stand-up comedy" приехал известный английский комик Иан Стоун. В "Клубе на Брестской" он поделился своими впечатлениями от Москвы, русских девушек и около часа забойно трепался обо всем на свете. Такая у него профессия.

Сидящий в первом ряду зритель, не выдержав шуток и каверзных вопросиков обаятельно-назойливого англичанина, попытался улизнуть в середину зала - туда, где стояли столики. Обернувшись, он увидел, что длинноносый англичанин настигает его и в зале, хочет обнять, снова о чем-то рассказать, чем-то поинтересоваться. Обессилевший зритель отдался в объятия Стоуна и stand-up comedy: из этих лап не вырвешься. Быть может, самое привлекательное в stand-up comedy - это опасность: неизвестно, как клубная публика отреагирует на высказывания актера (например, некто из зала попросил на хорошем английском Иана Стуона "убраться в свою гребаную Англию"), да и актер может позволить себе в отношении публики всякие вольности.

Театральной публике, уставшей от академических театров, от священнодействующих актеров, выступления в этом жанре должны нравиться своей свободой и непредсказуемостью, а клубной публике приятно посетить театральное событие, не покидая уютного столика, на котором - кружка пива, пепельница и вообще все, что пожелает душа и позволит кошелек. Кстати, о кошельке. С него и начал свой лирико-эротический монолог англичанин, которого привезли на пять дней в Москву и водили по местам историческим и злачным, чтобы он пропитался духом столицы. "Московские девушки прекрасны, но мне не по карману!" - заявил он.

Москва, которая предстала англичанину, такова: немыслимые пробки, гордые водители, презирающие правила дорожного движения; восхитительное метро ("Если бы я был карманником, я проводил бы там все рабочее время"), огромное количество курильщиков ("Наверное, на пачках ваших сигарет написано не "сигарета убивает тебя", а "купи еще одну").

Англичанин смешал в кучу огромное количество тем: треп - он и есть треп, и педофилия Майкла Джексона запросто приводила Стоуна к разговору о немецкой вине. В этом порой забойном, порой пошловатом монологе актер преследовал и вполне эгоистические цели: высмеять некоторые свои комплексы, выставить их "на позорище" и тем самым от них отстраниться. Длина носа, как и длина другого органа, обсуждалась долго и неистово. Свое еврейское происхождение Стоун тоже всячески обыгрывал. ("Как вы поняли по моему носу, я еврей, но не бойтесь, я не займу ваши места").

Настаивая на прямом контакте с залом, он, однако, не забывал подчеркнуть, что он здесь вдвойне чужой: и англичанин, и еврей. Причем не просто еврей, тихий и мирный, ассимилировавшийся, а смело берущий на себя вину предков: "Извините, я убил вашего Бога... Ну не я, а мой брат... Но, в конце концов, надо же нам было кого-то прибить к кресту?"

Стоун, конечно, говоря о себе, говорит обо всех, злыми своими остротами касаясь религии, политики, любви, брака и секса. Цель таких монологов - агрессивная юмористическая атака на социальные и личные проблемы, о которых выступающему сегодня вдруг захотелось поговорить. Мыслитель и юморист Стоун, прямо скажем, не то чтобы первосортный, но вечер в приятной компании остроумного собеседника - тоже немало.

Возможно, Николай Фоменко, который выступит сегодня, окажется большим профессионалом в трудном деле stand-up comedy, чем сам Стоун. Фоменко бесстрашно отказывается репетировать, утверждая, что выступать в этом жанре - это все равно что кадрить девушку. А какие в этом деле могут быть репетиции?