Brazzaville отыгрались на москвичах
За прошедший год Дэвид Браун обзавелся весьма преданными поклонниками (по большей части поклонницами). Те млели от небесно-голубоглазого кумира, похожего на повзрослевшего Джеймса Дина, а сам Дэвид, напрочь лишенный какой бы то ни было "звездности", охотно расписывался на всех клочках бумаги, которые ему протягивали, позировал и общался со всеми желающими. Одна барышня лет семнадцати преподнесла Брауну картину тушью на белом листе, вдохновленную, по ее словам, песнями Brazzaville.
Оба концерта нынешнего турне проходили не в гигантском "Б2", вместившем всех желающих год назад, а в крохотных подвальчиках "Китайского летчика Джао Да" и "Запасника", и многим слушателям это сильно подпортило впечатление от долгожданной встречи. Ведь песни Brazzaville - это не только светлая печаль и такая близкая русскому уху меланхолия, но еще и филигранные аранжировки студийных записей группы. Вот их-то и не хватало: на малюсенькой сцене "Летчика" поместился стандартный рок-состав из пяти человек (две гитары, бас, ударные, клавиши), без духовой секции, но с постоянными проблемами со звуком.
Нельзя не отметить похвальную пунктуальность гастролеров: против местного обычая концерт в "Летчике" начался ровно в одиннадцать вечера. К этому времени на каждого слушателя приходилось не более десяти квадратных сантиметров пространства: мы впятером стояли на одной табуретке, упираясь руками в потолок, чтобы не упасть. Кроме песен с первых трех альбомов Браун отыграл практически целиком последнюю работу "Hastings Street". И, несмотря на постоянно сбивающийся звук, фонящий микрофон и обезвоживание, Брауну удалось наполнить крохотное прокуренное помещение легким бризом барселонского пляжа, которым он, видимо, вдохновлялся.
В перерывах между песнями Браун развлекал публику импровизациями на ломаном русском. "Приятно было играть в Кремле", "Мне снилась Алла Пугачева", - сообщил он под хохот зала. Если учесть, что последний альбом группы вышел в России на полгода раньше, чем во всем остальном мире, да и русскоговорящих поклонников у Дэвида уже подавляющее большинство, лет через пять он вполне бы мог произнести эту фразу со сцены ГКД.
Лидер Brazzaville Дэвид БРАУН: "Мой прадедушка штурмовал Севастополь"
Перед концертом Brazzaville Алексей КОВАЛЕВ задал несколько вопросов Дэвиду БРАУНУ.
известия: Чем вы занимались в прошедшем году?
Дэвид Браун: Я летал в Лос-Анджелес, играл концерты в Амстердаме, вместе мы сидели в студии и записывали новый альбом. Результат ты уже слышал. Еще мы готовились приехать с турне на Украину в этом году, у нас, оказывается, и там полно поклонников. Но, к сожалению, не вышло. Кстати, я недавно выяснил, что мой прадедушка сражался в Крымской войне на стороне англичан, участвовал в штурме Севастополя. Вот куда я мечтаю попасть! Но в ближайшее время вряд ли: сейчас полно дел помимо записи и гастролей. Особенно много времени отнимает подготовка моего проекта с кораблем.
известия: Что за проект, расскажите поподробнее?
Дэвид Браун: О, если у нас все получится, это будет фантастика! Я собираюсь купить подержанную баржу, переоборудовать ее и пустить в кругосветное плавание с остановками в крупнейших портах мира. На борту будут художники, музыканты, писатели, театральные труппы, в каждом порту будут устраиваться концерты и выставки для всех желающих. Еще там будет небольшая звукозаписывающая студия, так что по окончании путешествия мы выпустим сборник. В общем, планы грандиозные, сейчас я утрясаю организационные вопросы и договариваюсь с инвесторами, а дальше уже можно собирать участников. Планируем выйти в море в следующем году. Только в Москву зайти не получится, очень жаль... Но Санкт-Петербург точно будет в нашем расписании!
известия: А какая из двух наших столиц вам ближе?
Дэвид Браун: Вообще-то Санкт-Петербург мне нравится больше. Люди там как-то жизнеспособнее, более живучие и открытые. Кроме того, Москва - это город, в котором концентрируется власть, и это чувствуется. По сравнению с Питером здесь более тяжелая, гнетущая атмосфера. Какой бы теплый прием мне ни оказывали в Москве, я все равно чувствую себя чужаком. А вот в ваше "окно в Европу" я почти влюбился. Если бы на земле не было Барселоны, я с удовольствием пожил бы там.