Сомнительное алиби

Непричастность к убийству Галины Старовойтовой одного из подсудимых, Игоря Лелявина, и его старшего брата Вячеслава, которому недавно предъявлено обвинение, попыталась доказать защита. С этой целью на вчерашнем заседании в Горсуде были допрошены две свидетельницы: мать братьев и подруга одного их них. Обвинение имеет серьезные основания не верить обеим женщинам.

Игорю Лелявину вменяется соучастие в убийстве Галины Старовойтовой. По версии следствия, он вместе со старшим братом Вячеславом, арестованным недавно, и троими подсудимыми – Алексеем Ворониным, Юрием Ионовым и Игорем Красновым – организовывал слежку за депутатом Госдумы и прослушку ее домашнего телефона. Таким образом, считает обвинение, готовилось убийство Галины Старовойтовой. В деле фигурирует квартира на проспекте Культуры, где жил Лелявин-старший.<?xml:namespace prefix = o />

В качестве одного из косвенных доказательств суду была представлена брошюра - пособие по организации наружного наблюдения, найденная в ходе обыска дома у Игоря Лелявина. На одном из последних заседаний суд даже выслушал выдержки из этого увлекательного издания, легально опубликованного в Москве.

Подруга Игоря Лелявина попросила не предавать гласности ее имя. Она показала в суде, что вышеозначенная брошюра принадлежала на самом деле ей, а вовсе не Лелявину. В 1998 году девушка училась на юридическом факультете СПбГУ и как раз осенью готовилась к зачету по оперативно-розыскной деятельности, причем делала это дома у приятеля. Пособие по наружному наблюдению она принесла туда вместе с конспектами и другими учебниками. Выходит, что даже косвенным доказательством вины Лелявина брошюра служить не может.

Интересно, что преподаватели юрфака СПбГУ рассказывают: на занятиях они никогда не учили студентов наружному наблюдению и тем более не требовали рассказывать об этом на зачетах. Этому своих курсантов обучают только академии ФСБ и МВД. При этом все сведения, даваемые дисциплиной "оперативно-розыскная деятельность", являются секретными, и получить их простой обыватель не может. Впрочем, в наше время даже объект гостайны может быть вполне легально опубликован любым коммерческим издательством.

После подруги Игоря выступила Галина Лелявина – мать братьев. Она утверждала, что в ноябре 1998 года приезжала из родного Дятького к своим сыновьям, Игорю и Славе, в Петербург. Жила она в квартире на проспекте Культуры, оформленной на ее имя. Осенью у Игоря – день рождения, и она вообще всегда приезжала в это время к сыновьям, чтобы подготовить квартиру к зиме, рассказала женщина. Так, в ноябре 98-го она как раз этим и занималась – мыла окна (самое подходящее занятие для конца питерской осени). Вечер 20 ноября 1998 года она помнит отлично: после восьми вечера, вернувшись с работы и учебы, Слава и Игорь были дома, с мамой, мирно ужинали, потом спать пошли. Книгу о наружном наблюдении она видела и знает, что учебник принадлежит подруге сына. Откуда знает? Девушка сама зачем-то сказала об этом матери приятеля по телефону. Уехала женщина в Дятьково из Петербурга вместе со старшим сыном, Вячеславом, которому пришел вызов на сессию.

Обвинение, однако, располагает данными, что 20 ноября матери обвиняемых уже не было в Петербурге. Ее обратный билет, как указано в ответе железнодорожников на запрос следствия, был датирован 14-м числом. Галина Лелявина показала, что не сдавала билет официально, а продала его с рук на вокзале. А уехала она будто бы на машине вместе с сыном. Это опроверг подсудимый Алексей Воронин, который заявил в суде, что 20 ноября 1998 года матери Лелявиных в Петербурге уже не было.

Вызов в качестве свидетеля матери Лелявина и ее показания стали предметом обсуждения среди представителей защиты. По мнению некоторых из них, женщине следовало сослаться на статью Конституции, дающую право не давать показания против себя и своих близких. Странно, что адвокат братьев Лелявиных не дал ей такого совета.

Напомним, что в Городском суде на Фонтанке судят шестерых обвиняемых по "делу Старовойтовой": Юрия Колчина, которому инкриминируют организацию преступления, Виталия Акишина – непосредственного исполнителя, по версии обвинения, а также Игоря Лелявина, Алексея Воронина, Игоря Краснова и Юрия Ионова, которым вменяется соучастие в убийстве.