Дом Всеволожских можно спасти

Легко предвидеть утрату памятника старины, если он деревянный и заброшен. Не нужно исключительных способностей, чтобы предчувствовать пожар. Достаточно внимательно читать нашу колонку, чтобы научиться угадывать ход разрешительных бумаг, ведущих дело к сносу.

Знатоки Москвы готовятся к еще одной утрате - дома Всеволожских в бывшем Теплом переулке, ныне это улица Тимура Фрунзе, 11. Под этим номером значатся многочисленные корпуса шелковой фабрики "Красная Роза", бывшей Жиро. Один из корпусов, стоящий в глубине двора за главной проходной, в разрыве уличной застройки, против Зубовского проезда, одноэтажный, деревянный (строение 58), - и есть дом Всеволожских. То есть главный дом усадьбы этого древнего рода, построенный на исходе XVIII века из дерева и переживший пожар 1812 года.

Не просто переживший: во время оккупации Москвы французами в доме жил генерал Компан, командовавший при Бородине 5-й пехотной дивизией своего императора. Известен анекдот о лошади, которую Компан оставил Николаю Сергеевичу Всеволожскому в обмен на увезенные каминные часы. Вернувшись из эвакуации, хозяин назвал кобылу Мадам Компан.

Французы отыскали в доме еще одну ценную вещь - частную типографию, основанную в 1809 году и, вероятно, лучшую в то время. Существовавшая с 1809 до 1817 года типография Всеволожского выпустила полторы сотни книг познавательного характера: сам владелец был писатель, путешественник, ученый. На сорок оккупационных дней дом сделался "Императорской типографией Великой армии", о чем сообщала вывеска на воротах. Здесь выпускали бюллетени и прокламации.

Дом, вероятно, оставался жилым и посреди фабричного владения Клода-Мари Жиро: до последних лет в нем сохранялись печи и камины, мрамор и паркеты. У "Красной Розы" здесь располагались бухгалтеры и художники.

В конце 80-х фабрика подала заявку на снос старого дома. В ответ специалисты исследовали здание натурно и документально - и предложили поставить его на охрану как памятник архитектуры. С тех пор изменилось многое. Дом был отселен, горел в середине 90-х годов и до сих пор пустует. Три года назад обрушились перекрытия в одном из залов. "Красная Роза" обанкротилась и подлежит выводу из центра города. Управляющая компания нашла инвестора - "Столичный проект", дочернюю структуру Русского банка развития - для непромышленного освоения старых построек. (Среди которых, кроме дома Всеволожских, нужно выделить корпус картинной галереи Жиро, построенный Романом Клейном, автором Музея изобразительных искусств.)

Проект реставрации дома (как и проект реставрации галереи) заказан и выполнен три года назад в институте "Спецпроектреставрация". Выполнен, так сказать, в чистоте идеи, без приспособления под определенную функцию, с восстановлением первоначальной планировки и интерьеров. Инвестор, кстати, полагает, что функция должна быть представительской, то есть приближенной к первоначальной. В чем же заминка?

По словам Михаила Сереброва, куратора темы со стороны инвестора, партнеры (соинвесторы) "Столичного проекта" предпочли бы разборку здания и новое строительство из несгораемого материала. Существует заключение микологов о поражении венцов оштукатуренного сруба грибком в узлах конструкции, а также предсказуемое мнение пожарных. Методический совет ГУОПа (Главное управление охраны памятников города Москвы) слушал доводы заказчика о том, что лучше бы построить здесь новодел, еще в октябре 2002 года. Согласившись с выводами технических экспертиз, методсовет, однако, решил "просить заказчика проработать вариант реставрации с восстановлением конструкций в дереве".

Такая проработка до сих пор не представлена, хотя заказчик располагает проектом реставрации. Пока что деньги найдены на освоение соседних, изначально производственных корпусов. (Один из них стал офисным, другой - художественной галереей.)

Что будет дальше с домом Всеволожских, можно спрогнозировать по аналогиям. Только в июне "Известия" писали о подобных прецедентах дважды - в связи со сносом дома Аксаковых (11.06.04) и дома Тарковских (24.06.04). Время работает против пустующего дома. Однажды явится постановление правительства Москвы о разрешении как реставрационных, так и строительных работ на памятнике (последнее запрещено законом). Если методический совет ГУОПа дожмут, он согласится с "заменой материала реставрации на несгораемый". Если не согласится, начальник этого же управления подпишет разрешение, минуя методсовет. Если не подпишет - подождут еще. В конце концов дом спрячут за тепляк, чтобы не ранить взор нескольких городских чудаков, и "заменят на несгораемый". Если прежде того он не сгорит сам.

Альтернатива - подлинная реставрация, не останавливающаяся перед затратами. В отсутствие вменяющей правительственной воли (Управление охраны памятников просит и т.д.) все зависит от доброй воли заказчика.