В челябинских колониях - тайные бунты

"По информации, полученной от осужденных, последние месяцы в некоторых колониях Челябинской области проходит широкая волна жестоких массовых избиений осужденных сотрудниками учреждения и сводным отрядом ГУИНа, повлекшая за собой увечья. Имели место случаи летального исхода. Среди заключенных происходят многочисленные суицидальные попытки".

Это цитата из обращения Антонины Соколовой, председателя фонда "Уральская амнистия". Организация пытается помогать заключенным, отбывающим срок в Челябинской области.

В апреле этого года в нескольких колониях, расположенных в Челябинской и Иркутской областях, как свидетельствуют правозащитники, происходило ужесточение режима (изъятие личных вещей, сокращение хлебных норм, холод в камерах, лишение теплого белья, содержание вместе здоровых и туберкулезников), в ответ - голодовки, появление отрядов спецназначения и суровые меры против протестующих, в ряде случаев - попытки самоубийства заключенных.

В тюрьмах и колониях Челябинской области в апреле голодали в общей сложности около 500 человек (тюрьма ЯВ-48/т-1, колония ЯВ-48/25, учреждение ЯВ-48/8). В Верхнеуральской тюрьме началось с того (учреждение ЯВ-48/т-1), что заключенных заставляли по многу часов маршировать на плацу... под барабан и флейту, как в павловские времена. Как сообщают правозащитники, 15 апреля во время обыска у заключенных отобрали все продукты, мотивировав это тем, что тюремная столовая обеспечивает их всем необходимым.

Началась массовая голодовка, в тюрьму вошел отряд спецназначения. По версии правозащитников, протестующие были жестоко избиты, после чего девять человек перерезали себе вены или вскрыли животы (редакция располагает их фамилиями). В такой ли последовательности развивались события, или все происходило несколько иначе, никто не знает. В тюрьму не пускают ни правозащитников, ни адвокатов. Никто не знает, в каком состоянии те 14 осужденных, которые, по данным правозащитников, были избиты особенно сильно, и что происходит с девятью самоубийцами. Местное тюремное начальство, по версии местных СМИ, информацию правозащитников не подтверждает. Точно известно лишь, что в тюрьме работает комиссия Минюста, а голодовка вроде бы закончилась. Об этом "Известиям" сообщила Антонина Соколова из "Уральской амнистии".

- Адвокатов до вчерашнего дня туда не пускали, - говорит она. - Мой муж - адвокат, ездил туда дважды, последний раз в среду, и напрасно. Я тоже обращалась к руководству с просьбой - пропустите меня в тюрьму, покажите, что там. Ответом мне было молчание. А вот родители, которые там побывали, подтверждают, что руки у некоторых осужденных порезаны. Есть, говорят, сломанные ребра и отбитые почки, перебитая ключица. Били не только дубинками, но и киянами - это такие деревянные молотки, которыми ломают стены в камерах. Но тут их использовали по другому назначению.

- По какой причине, вы полагаете, начались акции протеста?

- Я была в этой тюрьме не так давно, мы со священником прошли все камеры. Это каземат. В камерах нет постельного белья, там смрад и удушье. Нет умывальника, вместо него краник над унитазом. Они так и умываются - над унитазом. Там приходится по полтора метра площади на человека, а должно быть два с половиной. Каждому заключенному положено по 50 килограммов личных вещей, так в этот вес включили и матрасы, и подушки... А все лишнее конфисковали. На человека оставляют одну ложку, одну кружку, одну миску, трусы и носки - одни на теле, одни запасные. Мне бы хотелось спросить у генерала Жидкова (Владимир Жидков - руководитель УИНа по Челябинской области. - "Известия"): у него тоже одни трусы и носки на теле, одни запасные? Воды горячей практически нет, душ раз в две недели или в месяц, а кто ропщет, того вообще не водят в душевую. У меня ощущение, что мы вернулись к 36-му году, во времена сталинских репрессий... Я понимаю, что там не ангелы сидят, но они тоже люди. Они хоть и преступники, но их государство уже наказало, и никто их не может наказывать дополнительно.

- Что нужно, чтобы изменить ситуацию?

- Общественный контроль за пенитенциарными учреждениями. Чтобы комиссия из врачей, юристов и правозащитников моментально выезжала на место, если оттуда приходят такие сообщения.

Закон о таком контроле над пенитенциарной системой написан, но прошел в начале прошлого года лишь первое чтение в Госдуме.

- Кризис пенитенциарной системы России продолжается, - говорит Малколм Хокс, эксперт Международной Хельсинкской федерации. - Мы каждый день получаем информацию об избиениях и пытках. Это делают сознательно, понимая, что последствий и наказаний за это не будет, что государство защищает людей, которые используют пытки.