Столичная земля дороже русской усадьбы

Как спасти русскую усадьбу от длящихся последствий 1917 года, никто не знает. Нет стратегического, общего решения проблемы. Тем ценней должны быть частные решения или попытки таковых. В Москве, где ближние усадьбы бывшего уезда вошли в границу города, а значит, в круг большого денежного обращения, эти попытки могут быть успешнее провинциальных. На севере столицы есть усадьба Паниных Михалково. К одноименной улице выходит парадный двор - четыре флигеля и между ними трое ворот, объединенных оградой в полукруг, центром которого был главный дом, исчезнувший задолго до советской власти. Все выдержано в стиле баженовской и казаковской готики последней трети XVIII века, когда усадьбу обустраивал граф Петр Иванович Панин, покоритель Бендер, победитель Пугачева. За домом начинался сохранившийся в основе регулярный парк с каскадом маленьких прудов, с беседкой-пристанью на берегу Большого Головинского пруда. Другой, пейзажный, парк и барские угодья по большей части застроены жильем и производственными корпусами, в том числе суконной фабрикой, устроенной в Михалкове преемниками Паниных примерно двести лет назад. Десять последних лет парадный двор с его строениями арендует и реставрирует ЗАО "Михалково", основанное местными энтузиастами только для этой реставрации. Бюджет и принцип деятельности ЗАО, по словам его директора Аркадия Шакса, прозрачны и просты: отреставрированное сдается в субаренду, из вырученных средств оплачиваются дальнейшие работы. Реставрация строений парадного двора, ведущаяся по проекту архитектора Бориса Могинова, близится к концу. Тем временем беседка в парке продолжает разрушаться, давая представление о прежнем виде реставрированных корпусов и о различии в имущественном статусе парадного двора (1 гектар) и парка (10 гектаров). Парк остается на балансе ДЕЗа, который не способен, например, отрегулировать нарушенный водный баланс каскада. В Михалкове ходит анекдот о насосе, присланном перекачивать воду из нижнего пруда в верхний. Чтобы получить 10 гектаров парка, ЗАО "Михалково" должно было исполнить просьбу префектуры и заказать проект градостроительной концепции на 100 гектаров - всю окрестность. Проект был выполнен под руководством маститого Александра Беккера и получил все мыслимые одобрения, в том числе от мэра города и действующего при нем градостроительного совета. Из этого проекта и выросла та организационная идея, о которой стоит поговорить. Предполагалось передать всю территорию, охваченную проектированием градостроительной концепции, под управление компании с участием ЗАО "Михалково", других партнеров и города Москвы, причем Москва располагала бы блокирующей долей акций. Поскольку площадь управления принципиально больше площади охраны памятника, компания могла бы приглашать застройщиков на периферию территории с условием, что приглашенные станут инвесторами реставрационных работ в самой усадьбе. Градостроительный проект стал бы своеобразным территориальным законодательством, а управляющая компания - тем представителем общества перед бизнесом, каким повсюду в мире является наследственный владелец. Постановление правительства Москвы об управляющей компании в Михалкове, подписанное Юрием Лужковым летом 2001 года, создавало прецедент для московских усадеб. Но три месяца назад оно было перечеркнуто новым постановлением за той же подписью. (Время между двумя решениями затрачено на технико-экономическое обоснование проекта.) Теперь указано создать в Михалкове государственное унитарное предприятие, то есть, по сути, дирекцию парка, не располагающую правом управления на смежных территориях. Это значит - удовлетворять потенциального инвестора за счет самого памятника или ничего не делать вне бюджетных средств и спонсорских пожертвований. Сравнивать две модели на практике не представляется возможным: управляющая компания осталась на бумаге и по-прежнему не имеет аналогов между усадьбами Москвы. Но остается на бумаге и унитарное предприятие, а опыт таковых, наоборот, слишком известен. По мнению директора музея-усадьбы "Архангельское" Владимира Длугача, управляющая компания - лучший выход для усадеб, чем передача в частную собственность, ибо сохраняется государственный контроль над коммерческой деятельностью владельцев. Особый случай - музейные усадьбы, для которых управление сопредельными территориями было бы несвойственной функцией; но и здесь возможны варианты. Остроумие идеи в том, чтобы снова наделить усадьбу правом управления округой, с которой вместо оброка шли бы инвестиции на обустройство вотчинного центра. Что теперь? ЗАО "Михалково" осталось арендатором своего гектара. Начинается вывод предприятий, смежных с парком. Кто бы ни занял место завода "Стройдеталь" (по нашим сведениям, это будет широко известный "Дон-Cтрой"), он не будет должен инвестировать в усадьбу.