ШКОЛА КОМПРОМИССА

- Свой профсоюз мы создали в 1989 году, еще в советские времена. Потом появился рынок, и многие профсоюзы - я не говорю про нас - не смогли научиться продавать рабочую силу. Ведь первый этап работы профсоюза - это чтобы вовремя выплачивали зарплату. Как бы хорошо ни строились отношения с работодателем, но интересы-то все равно разные. - Как вы защищаете свои интересы? - Еще при г-не Хлопонине у нас было заключено рамочное соглашение, в котором сказано, что независимо ни от чего при заключении коллективных договоров на предприятии они не должны опускаться ниже такой-то планки. Там оговаривается не только зарплата, но и охрана труда, социальное партнерство и прочее. Проще говоря, это контракт, который профсоюз заключил с работодателем, о том, что он делает то-то и то-то, а профсоюз - то-то и то-то. Если интересы не сходятся, надо садиться за стол переговоров. - Недавно у вас на комбинате рассматривалась возможность забастовки. Как была разрешена эта острая ситуация? - Есть законная процедура решения трудового спора: нужно собирать конференцию работников комбината, которая должна выдвигать требования, создавать забастовочный комитет. Это долгий процесс. Конференцию мы провели, и большинством голосов - что-то около 95 процентов - решили прекратить трудовой спор. Думаю, подоплека у этой истории была политическая: 20-го у нас выборы мэра Норильска, и сторонник забастовки Валерий Мельников выдвинул свою кандидатуру на этот пост. - Когда принимали Трудовой кодекс, который вы сегодня критиковали в своем выступлении, была ли у вас возможность участвовать в его разработке? - Мы могли давать свои замечания рабочей группе. - Вы градообразующее предприятие. Следят ли профсоюзы за тем, как расходуются муниципальные средства на содержание инфраструктуры? - Во-первых, есть соответствующее соглашение между профсоюзами комбината и администрацией города. Во-вторых, четверо моих сотрудников являются членами городского совета. Их прямая обязанность - утверждать бюджет города и следить, правильно ли распределены деньги. - Вы сотрудничаете с ФНПР? - Я являюсь членом генерального совета ФНПР, мы даем им свои предложения. - А с политическими партиями? - У меня заключено соглашение о социальном партнерстве с “Северной партией”. - На федеральном уровне с партиями сотрудничаете? - Нет. Зачем мне партия, когда есть сильный профсоюз? Председатель профкома Архангельского ЦБК Нина Кузнецова: - Как вы оцениваете роль профсоюзов на предприятиях? Выросла ли она, упала ли с принятием нового Трудового кодекса? - Осталась на прежнем уровне. Большого оттока людей из профсоюзных организаций нет, хотя мы думали, что он будет после принятия этого документа. - Много ли у вас членов профсоюза? - На предприятии 10 тыс работающих (вместе с ИТР, которые обычно туда не идут), члены профсоюза – 6,5 тыс. - Что изменилось в работе организации7 - Сегодня нам приходится быть и юристами, и адвокатами... Мы не можем просто выдвинуть предложение, не просчитав, что за этим последует. Так просто, как раньше, уже не сделаешь - что "вот давайте зарплату повысим"... Например, мы видим, что цены на нашу продукцию выросли, что растет покупательная способность, и тогда предлагаем повысить зарплату. - Что вы считаете достижением вашего профсоюза за последнее время? - Зарплата у нас повышалась три раза. - Сфера вашей деятельности - только зарплата, или вы можете добиться от работодателя еще чего-то? - Охрана труда, социальная сфера, спортивные мероприятия - завлечь народ, чтобы он дома не сидел, не увлекался спиртными напитками… Вот сейчас мы проводим соревнования, начинали с 10 семей, сейчас - около 45 семей. - Какие у вас профсоюзные взносы? - 1 процент от зарплаты, а средняя зарплата у нас - 9,49 тыс руб, с 1 мая мы ее увеличили на 5 процентов. - Что вам дает сотрудничество с ФНПР? - По большому счету ничего. Говорильня эта надоедает… Я не против митингов, но митингами мы не решим проблему зарплаты. Я бы хотела, чтобы они прорабатывали законы, которые помогали бы нам на местах.