Душа обязана трудиться

Нынешний скандал с художественными мастерскими - отражение общей ситуации с творческими союзами. Как творческие организации они оказались вдруг никому не нужными, а как профсоюзные они еще не сложились. Вот и осталось бывшим творческим лидерам бороться за финансовые потоки и за крупную недвижимость. Но в случае с Союзом художников все немножко по-другому. Проходящие через него финансовые потоки невелики (государственных заказов нет), а почти всю недвижимость у союза давно отобрали. Мастерские - едва ли не единственное, что осталось у союза (и у художников) с советских времен. Миф о мастерской В СССР существовало два типа мастерских. Одни принадлежали городу и за умеренную плату сдавались в аренду членам Союза художников. Это были нежилые помещения, подвалы или чердаки, как правило, в старых домах в центре города. На Чистых прудах, на Остоженке и Пречистенке, на Тверском бульваре образовались целые художественные колонии, что вызывало, пусть и несколько амбициозные, ассоциации с парижскими районами Монмартр и Монпарнас. Другие мастерские принадлежали самому Союзу (точнее, созданному при нем Художественному фонду). Они в основном располагались на последних этажах кооперативных домов, построенных специально для художников и с учетом специфических требований - в мастерских были высокие (около пяти метров) потолки и огромные, чуть не во всю стену, окна. Они выделялись только самым достойным членам Союза (за еще меньшую, чем арендная, плату) и практически пожизненно. При этом художникам-монументалистам давали большие комнаты (от 50 кв. метров), а графикам, соответственно, меньшие. Что было, по представлениям того времени, вполне справедливо. Художники (как и представители других творческих профессий) в СССР, конечно, принадлежали к привилегированному сословию. И мастерская была одной из привилегий. Впрочем, а как же без мастерской - скажем, офортный станок (огромный железный пресс для печати гравюр на металле) по своей громоздкости сопоставим с роялем, и разве поставишь его в квартиру? Так что не только привилегия, но и необходимое условие для работы. Мастерские получить было нелегко, особенно художникам-нонконформистам. Кто-то работал на кухне и хранил свои работы под кроватью. Впрочем, и среди неофициальных художников были счастливые обладатели мастерских - так, студия Ильи Кабакова располагалась на чердаке дома "Россия" на Чистых прудах. Но мастерские в СССР были не только местом изготовления произведений искусства. Они играли роль артистических клубов - в них проходили концерты, литературные чтения и выставки. Так было вплоть до начала 90-х, когда мастерские большинства художников фактически превратились в склад ненужного домашнего хлама - профессия художника оказалась невостребованной, а потому приходилось искать другие, нехудожественные способы зарабатывать деньги. Многие тогда просто отказались от мастерских, а кого-то выселили чиновники и новые бизнесмены (тогда по Москве рассказывали страшные истории про крепких таких мужиков, которые приходили в подвал к художнику и требовали освободить помещение для какой-то своей фирмы). Кооперативные дома превратились в кондоминиумы и оставили мастерские себе - так Худфонд лишился почти всех своих площадей (сейчас на его балансе только два дома с мастерскими). Но кое-что все-таки осталось. Как сообщили "Известиям" в Московском союзе художников, в его ведении сейчас находится около 4,5 тысячи мастерских (но мастерскими также владеют Союз графиков, Союз скульпторов и др.). Художник как предприниматель? Лишение художников льгот означает, что государство стало рассматривать искусство как мелкий бизнес. Эту логику понять можно: среди художников действительно есть блестящие коммерсанты - Зураб Церетели, Александр Шилов, Никас Сафронов. Эти успешные мастера могут себе позволить гигантские мастерские. Мастерская скульпторов Рукавишниковых, например, - это шикарный двухэтажный особняк рядом с Новым Арбатом. Но таких все же единицы. В ситуации очень скромного арт-рынка и специфического распределения госзаказов (которые получают в основном все те же успешные коммерсанты - см. выше) художнику в нашей стране живется не очень сладко. В Московском союзе художников подсчитали, что средний годовой доход художника - от 0 до 50-60 тысяч рублей в год. В 1993 году Борис Ельцин издал указ о поддержке деятелей культуры; вслед за ним вышло постановление правительства Москвы, давшее художникам существенную льготу - студии были приравнены к жилым помещениям (аналогичная льгота была введена и на оплату телефонов). За аренду мастерской художник платил в среднем пять тысяч рублей в год, плюс примерно столько же составляли эксплуатационные расходы. Получалось около 10 тысяч в год. С 2000 года телефонная льгота была упразднена МГТС. Сейчас телефон в мастерской обходится в 175 рублей в месяц (то есть в два раза больше, чем в квартире), а в некоторых домах действует эксперимент по поминутной оплате разговоров. Затем вышло постановление правительства Москвы, которое увеличивало ставки арендной платы за мастерскую до 490 рублей за метр в год. Получается в среднем 35 тысяч рублей в год плюс опять же эксплуатационные расходы. То есть 70 тысяч. Это постановление и должно начать действовать с 1 января следующего года. Понятно, что при доходе в 60 тысяч невозможно платить за мастерскую 70. Решение об отмене льгот было принято на основании заключения Министерства по антимонопольной политике и поддержке малого бизнеса, которое официально приравняло художника к предпринимателю. Министерство, вероятно, спутало творческую мастерскую с производственной мастерской, а гонорары за проданные картины - с заработной платой. Союз художников подал на министерство в суд, ссылаясь на незаконность такого постановления, но суд иска не принял. Сейчас к делу подключились юристы церетелиевской Академии художеств. Но и суд, и чиновники в правительстве Москвы заявляют, что решение вопроса о мастерских невозможно, пока нет закона о творческих союзах. Закона этого может не быть еще долго. А платить надо уже сейчас. Но дело даже не в деньгах и не в коммерческой успешности художника (в конце концов, если у него есть деньги, он может арендовать любые помещения в любом доме). Дело в социальном статусе художника. Лишив художника льгот, государство приравняло его к ремесленнику. То есть вернуло нас почти на 400 лет назад, когда художник впервые получил статус, отличный от ремесленника (см. справку "Известий"). А это фактически означает, что государство призналось: художники нам не нужны. Из обращения художественной общественности к мэру Москвы ... Художник без мастерской - поистине, как птица без крыльев. Кто же, спросите вы, отнимает у художников мастерские? Городские власти? Нет! Идеологи из Министерства культуры? Да нет же!.. Новые хозяева жизни, ищущие для себя новых уютных пристанищ, не торопятся их открывать в Бирюлеве или Капотне. Им подавай особняки... Одна беда - чаще всего в этих самых особняках обитают художники... Люди по большей части не богатые, и не так трудно их заинтересовать, например, переездом в другое помещение, подальше от центра. Порой используются и другие, менее достойные способы. Но цель их одна - захват старой городской среды новыми людьми, которые не привыкли особенно церемониться с памятниками и обликами старой Москвы... Жизнь художественных мастерских -- часть московской истории... Лишая художников их естественной среды обитания, мы обрекаем на гибель сами здания, несмотря на все великолепие евроремонта. Д.Д. Жилинский, член президиума Академии художеств РФ, народный художник РФ, Н.И. Нестерова, действительный член Академии художеств РФ, народный художник РФ, Г.И. Правоторов, заслуженный художник РФ, С.Н. Разгонов, заслуженный деятель искусств России, Д.В. Сарабьянов, академик РАН, С.В. Ямщиков, заслуженный деятель искусств РФ, академик РАЕН. А что вы думаете об этом?