Спор о зарплате уборщицы

В частности, по глазьевскому закону Госдума должна была назначать на должность и освобождать от нее председателя (по представлению президента) и членов совета директоров банка. ЦБ обязывался ежегодно представлять в Думу проект закона "Об основных направлениях единой государственной кредитно-денежной политики", составной частью которого являются план доходов и расходов банка, план распределения прибыли, смета расходов на содержание банка, а также формирование и направления использования резервов и фондов Центробанка на очередной год. Банк России обязан был представлять на утверждение Думы свой годовой отчет. Значительно расширялись и права правительства по контролю за деятельностью Центробанка. А фактически полученная балансовая прибыль банка после утверждения отчета Думой должна была перечисляться в федеральный бюджет, за исключением сумм, направляемых в резервы и основные фонды. Кроме того, вопрос назначения зарплаты чиновникам Банка России выходил из безраздельного ведения руководства Центробанка. Реакция ЦБ на эти инициативы была достаточно резкой - сразу после внесения этого законопроекта в Думу тогдашний глава Центрального банка Сергей Дубинин пообещал уйти в отставку (кстати, и покинув пост главы ЦБ, Сергей Дубинин исключительно отрицательно отзывается о проектах урезания полномочий Банка России). С публичным заявлением, осуждающим глазьевские инициативы, выступили и ведущие коммерческие банки страны. И в тогдашней, гораздо более левой по составу Думе этот документ не вызвал единодушного восторга. Хотя прибыль ЦБ по итогам 1997 года - 72 миллиарда рублей - практически полностью покрывала тогдашний бюджетный дефицит, а повышенная Сергеем Дубининым зарплата работникам Центрального банка была, по мнению некоторых народных избранников, сверхвысокой. "Уборщица в Центральном банке получает в разы больше учителей", - говорили они. Однако первый проект урезания полномочий ЦБ был благополучно утоплен в море согласований по меньшей мере не без помощи другой части депутатов Госдумы того же созыва. Сразу после появления глазьевского законопроекта появился аналогичный, подготовленный депутатами, состоящими в бюджетном комитете. По думскому регламенту два закона нужно было объединять, для чего и создали согласительную комиссию, работа которой была до крайности затруднена постоянно поступающими из бюджетного комитета новыми поправками. В итоге предложенные Советом федерации поправки в "Закон о ЦБ" так и не были приняты, а член бюджетного комитета Георгий Лунтовский, проявивший немалую активность в этом вопросе, стал заместителем председателя Банка России. В среду "Известия" попытались узнать мнение банкиров о новой попытке урезать полномочия ЦБ. Банкиры относятся к этой идее очень плохо. Квинтэссенцией стали слова одного из топ-менеджеров крупного регионального банка: "Если сотрудников Банка России переведут на Единую тарифную сетку, то мы вернемся к ситуации 1992-1994 годов, когда документы из расчетно-кассовых центров "текли рекой". Дубинин правильно сделал, что поднял в ЦБ зарплаты. С прочими проверяющими органами почти всегда можно было договориться путем внесения каких-то сумм на развитие этого органа либо дать деньги конкретному сотруднику и так решить проблему. От сотрудников нашего территориального управления Банка России в последние годы можно добиться в лучшем случае лишь изменения формулировки заключения, и то лишь при наличии серьезной аргументации".