Пузырь и плетка

И правда, чего мы все так раскипятились? Ну не хотите - не нажимайте кнопку. Я тоже так считаю. Но тогда встречный вопрос: какую же кнопку нажать, чтоб вернуться в нормальное человеческое измерение? На ОРТ подглядывают за тем, как выпирают друг друга робинзоны, и устраивают большую стирку грязного белья; РТР от православного календаря мотает к телепузикам, на ТВЦ сплошь "Петровка, 38", на НТВ "Криминал" да "Алчность", на М-1 если и правда, то голая, повсюду или менты с авторитетами, или копы, в радиоэфире или тусовка, или дешевка. Нет выбора. Нас силком загоняют "за стекло". Прежде плетками гнали к культуре, теперь опять плетками - к черт-те чему. Брезгливые не любят подсматривать - а им внушают, что это любят все. Опрятные отворачиваются, когда двое снимают штаны и лезут в постель, - а их понуждают это свершение обсуждать. Вот и обсуждаем. Одни обсуждают, какой сексуальный гигант Макс и какой дохляк Дэн. Другие - как бы обоих запретить. Голосуем вот. Согласно опубликованному купону. 787 человек за то, чтобы шоу заткнуть, 586 - чтобы сберечь как правду жизни. Причем это пожелания в основном из Сети, а в Интернете у нас молодые и продвинутые, на пенсионеров эту тягу к запретам уже не повесишь - они мышку видели только в мышеловке. Аргументы такие: "сплошной маразм, как не стыдно!", " кажется, мы сошли с ума", "предел бессовестности", "моральное растление", "хуже, чем коррида с быками", "провокация вселенского масштаба", "полнейшая деградация - сидят дебильные люди и не могут связать двух слов", "как можно занимать время такой дрянью!"... Т.е. люди берегут время и достоинство. Что теперь делать? "Запретить случный пункт" и "беспощадно мордовать инициатора этого дела в России". И тут же мурашки по коже. Запрещать - только начать. Завтра запретим фильм Скорсезе, послезавтра еще не написанный роман Пелевина или, не приведи бог, Акунина. Рассмотрим варианты. Мордовать инициаторов морально - бесполезно: не поймут. Бедолаги за стеклом зря опасаются ненависти масс и видят себя Джордано Бруно, на костер восходящими. Массы им сочувствуют, хотя частично считают людьми конченными: "Чтобы отворотить от жениха, мама говорила: представь себе его в туалете! Вот и за стеклом примерно то же самое!". Это уже серьезнее: узников славы опустили примерно так, как наркоделец наркомана, - кому они теперь нужны, кроме телевидения? Конечно, они взрослые и в своем праве, но ясно, что в законах у нас какая-то прореха, дающая совратителям протыриться. Вот если бы симпатичная дэнова мама для прецедента хоть в суд подала за унижение сына - но ведь не подаст же, ей тоже нужна квартира. А страна уже гадает, свихнется ли ее Дэн, последовав примеру польского собрата, или просто наложит на себя руки. Зазвучало сладкое слово "суицид", да с таким чавканьем, словно помаячили севрюжиной с хреном. Спецвыпуски газет пошли, брекинг-ньюсы - все спешат откусить от пирога, пока не съели. "Господа, я не понял: вчера в "Известиях" целая полоса правильных слов, а сегодня на сайте - новости из застеколья. Или это хакеры подгадили газете, претендующей на респектабельность?". Хакеры, хакеры, господин Александр Павлов, у них везде свое лобби и поэтому нас сегодня не остановит никакая замочная скважина - взломаем, причем дружно. И с рейтингом мухлеж. С экрана нам вкручивают, что такого успеха еще не бывало, а застеколье, по "Гэллапу", не вошло даже в топ-двадцатку. Рейтинг явно прошел свой пик - людей уже не волнуют инфракрасные излучения Марго и Макса. И только наивный еще не смекнул, как расписаны тут роли и как заданы итоги - перед нами пешки, коими двигают совсем другие люди. В Интернете даже специальный сайт возник по стеклоочистке - clearglass.bell.ru - там копают насчет подтасовки результатов, тоже интересно. Страна бурлит. "Чем только не занимаются люди! - писали Ильф и Петров. - В большом мире изобретен дизель-мотор, написаны "Мертвые души" и совершен перелет вокруг света - в маленьком мире изобретен кричащий пузырь "уйди-уйди"..." Но если пузырь изобретают - значит это кому-то нужно. Важно, чтобы пузырь не застил солнце и тем более его не заменял, хотя оба круглые. Мы всё о рынке, а есть вещи, которые по другому ведомству. Если спрос на воровство будет регулироваться рынком, а не милицией, житья не будет всем. И спрос на убийство. И на то, чтобы мочиться посреди Тверской. Когда наш продвинутый художник покусал заграничных людей в порядке хэппенинга, его, при всех свободах, увели. И растленный "Большой брат" никогда не поднимался до тех высот, какие мы взяли одним прыжком. Запретим мы "Стекло" или нет - неважно. Важно, что оно становится нормой и обиходом, а это уже не нарушение общественного порядка, а его разрушение. Не хотим цензуры? - но и это мимо. Цензура бывает по искусству и другим мыслительным работам. А для разрушения порядка есть закон. В том числе и моральный. "Нельзя читать чужие письма, подглядывать в замочные скважины и влезать в чужую жизнь", - пишет нам москвич Георгий Васильевич Афанасьев. Конечно, моралистов у нас хватает, с перепугу все стали друг друга ущучивать в моралистике: вот, мол, ты какой моралист ужасный - скажет один другому и тут же прочитает свою мораль. А васьки уже не слушают и очень сытно едят. Потому что любое высказанное мнение считают моралистикой. И пока все той же плеткой, но уже законной, не заставят их прислушаться, воз останется там и ныне и вовеки веков.