ШПИОНОМАНИЯ

Это сенсационное заявление Фальков сделал на "круглом столе", проходившем в Москве под эгидой интернет-проекта "Агентура" и холдинга "Совершенно секретно". Фальков участвовал в нем по телефону из Израиля. По его словам, Хаттаб был привлечен к сотрудничеству с ИСИ в начале 80-х годов, когда проходил обучение в тренировочном лагере на востоке Афганистана. Тогда его и завербовал штатный сотрудник ИСИ, некий Хайруддин. До приезда Хаттаба в Чечню он, по информации Фалькова, выполнял разовые поручения ИСИ в Таджикистане и Афганистане, поддерживая связь с резидентурой в городе Гильгите, в Пакистане. Фальков, однако, не предоставил более никакой конкретной информации, но указал на то, что ФСБ неоднократно задерживала на Северном Кавказе связных ИСИ, предположительно направлявшихся к Хаттабу. Официальные представители ФСБ эту информацию не подтверждают и не опровергают. Между тем широкую огласку получили факты обучения в Пакистане и Афганистане чеченских боевиков и завербованных ими агентов и наемников. Российские эксперты напрямую не опровергают информацию Фалькова и стараются в принципе не рассуждать на эту тему. Заведующий отделом проблем Азии и АТР в Российской институте стратегических исследований - ведущего сейчас учреждения, занимающегося проблемами региональных конфликтов, терроризма и потенциальных угроз национальным интересам России, - Рашид Каримов, например, подчеркнул, что Хаттаба ни в коем случае нельзя рассматривать как политического деятеля, это "просто профессиональный боевик", прошедший неплохую подготовку, в том числе и в Пакистане. Политический потенциал Хаттаба прямо зависит от того, насколько часто и много пишет о нем пресса, порой заметно преувеличивая его влияние и военные способности. С этим мнением согласен и Олег Нечипоренко - в прошлом сотрудник ПГУ КГБ, работавший, например, с такими персонажами, как Карлос "Шакал", а ныне генеральный директор Национального антитеррористического и антикриминального центра. Вопрос взаимовлияния спецслужб и террористов-одиночек настолько обширен и не исследован, что сейчас доверять одному лишь не подтвержденному реальными доказательствами заявлению израильского эксперта было бы слишком рискованно. Фальков утверждает также, что ИСИ с 1992 года активно работает на территории России, в первую очередь на Северном Кавказе, а также в мусульманских республиках Поволжья. В этой связи российские эксперты считают, что главным союзником России в борьбе с быстрым распространением исламского экстремизма становится, как это ни парадоксально, Иран. Дело в том, что наиболее агрессивные исламские группировки опираются на суннитские течения, а шиитский Иран - естественный противник активного распространения суннизма. Рашид Каримов, например, считает, что влиять на деятельность так называемых "деванийа" - неформальных собраний шейхов и старейшин, которые реально управляют людьми типа Хаттаба, - практически невозможно. Им можно только противопоставить некую местную силу, равную их "фетвам" ("распоряжением", что-то вроде папских булл в католицизме) по степени влияния и религиозного авторитета.