ОН УВАЖАТЬ СЕБЯ ЗАСТАВИЛ

Глава Всемирного банка стал фактически первым чиновником столь высокого ранга, приехавшим знакомиться с Путиным теперь уже далекой зимой 1999/2000 года. В феврале он посетил Москву, поговорил с и.о. президента, пообещал России экономическую поддержку и инвестиционную помощь в виде иностранных бизнесменов. Напомним: на дворе были полная экономическая неопределенность, натянутые отношения с международными кредиторами и Западом вообще (прежде всего из-за Чечни) и чекистское прошлое претендента на президентское кресло, которым пугали мир. Тот февральский жест поддержки со стороны главы Всемирного банка Путин не забыл, и осенью они встретились снова, когда в собственный день рождения Путин "сбежал" в Петербург, а Вулфенсон прилетел к нему. Нынешнюю встречу, кстати, тоже первоначально планировали провести в Питере, однако потом все же переиграли на Москву. Встреча с Путиным пока анонсируется лишь как "возможная", но почти с уверенностью можно говорить: она состоится. И не только потому, что Путин и Вулфенсон испытывают уважение друг к другу. Эта встреча укладывается в новую логику экономических взаимоотношений России и мира. Тот далекий февральский приезд эту логику лишь обозначил, но тогда она была преждевременна. Теперь она вырисовывается со всей очевидностью. Встреча министров финансов стран "восьмерки", прошедшая в выходные в Риме, это подтверждает. На ней, кстати, вице-премьер Алексей Кудрин озадачил собравшихся заявлением о том, что Россия является одним из крупнейших доноров программы помощи беднейшим странам - недавно, в частности, был списан долг Эфиопии на сумму 5 миллиардов долларов. Говоря в люблянском замке с Бушем об экономике, Путин просил его привезти в Москву бизнесменов, и оба президента с удивлением обнаружили: помимо ПРО и стратегической стабильности, страны вполне могут обсуждать совместные инвестиционные проекты, уровень товарооборота и т.п. Выясняется, что Россия не столько наследник "империи зла" - угрожающей миру, впрочем, уже не ядерными боеголовками, а "русской мафией", - сколько полноценный торговый и экономический партнер. Словно в подтверждение этого тезиса вчера министр финансов США Пол О'Нил заявил, что "тема отмывания капиталов в отношении России закрыта, данный вопрос снят". Хотя еще не так давно международные организации угрожали поставить вопрос о введении санкций по отношению к России. На место финансового патернализма и поучения, с которыми мир относился к России в последние годы, выходят партнерство и бизнес-прагматизм. Этот подход весьма четко обозначил германский канцлер Герхард Шредер еще на прошлом саммите "восьмерки" на Окиване, заметив, что Россия уже интегрирована в мировое сообщество. На место "мы должны принять этот закон, потому что без него Валютный фонд или Всемирный банк не даст нам очередной транш кредита" приходит иное: "мы снижаем налоговое бремя, потому что это выгодно нашим согражданам и предприятиям" (оставим за скобками аргумент: "потому что наш бюджет сейчас это может себе позволить"). Если иностранный бизнес тоже привлекают новые условия - пусть приходит и работает. Кредиты уже практически не сопрягаются с пакетом законов, который Россия должна принять, или ускоренным планом реструктуризации естественных монополистов, который правительство должно утвердить. Никто никому не должен. То, что мы делаем, нужно прежде всего нам самим. Не дяде Сэму, не дяде Бушу, не дяде Путину лично. Просто вдруг оказалось, что действия власти вызывают доверие у зарубежных политиков, интерес - у иностранных инвесторов и уважение - у собственных граждан. После встреч с Путиным и Касьяновым в Москве Джеймс Вулфенсон вылетит в Красноярск, а затем в Норильск. В ходе этой поездки будет обсуждаться программа переселения жителей Крайнего Севера в более южные регионы России. Ожидается, что в финансировании этой программы примет участие и Всемирный банк. Без всяких дополнительных условий.