Валюта, за хранение которой приходится платить, появилась не вчера. В современной истории к отрицательным ставкам впервые прибегали в разгар крупнейшего со времен Второй мировой войны экономического шока — в 1970-х. Тогда Банк Швейцарии пытался бороться как с резким укреплением франка, так и с рецессией от энергетического шока.
Снова вспомнили про отрицательные ставки относительно недавно, в разгар «великой рецессии» конца 2000-х. Считается, что проценты ниже нуля побуждают кредитные организации выталкивать деньги из центральных банков в реальный сектор экономики (что по идее должно стимулировать её рост). Однако, как лекарство в борьбе с рецессией это работает плохо. Во всяком случае, не лучше, чем просто низкие положительные ставки.
В Японии проценты ниже нуля введены с 2016 года, но динамика ВВП за последнее десятилетие колеблется преимущественно в диапазоне 0–2%. В Еврозоне отрицательная депозитная доходность с 2014 года, рост ВВП неустойчивый. В США проценты держались на низком уровне, но выше нуля (0,25%), рецессии не случилось.
В общем, убедительных доказательств стимулирующей роли отрицательных ставок нет. Но их с упорством продолжают держать центральные банки. Не считая депозитного показателя ЕЦБ, уже четыре страны так живут. Появился и новый писк моды — государственные облигации с отрицательной доходностью на размещении! То, во что 10 лет назад невозможно было поверить, стало реальностью.
Устанавливая отрицательную ставку в центральном банке, регулятор не распространяет ее автоматически на всю финансовую систему и экономику. Кроме того, даже если для конечного потребителя заем стал дешевле, то этот факт ему может не помочь, если он уже закредитован настолько, что не может платить. То есть риски в экономике резко не сокращаются. А наиболее надёжные инструменты стремительно теряют в доходности, что снижает интерес к ним.
В России с отрицательными ставками всё не так однозначно. Формально закон их запрещает по кредитам и депозитам всем, даже Банку России. Но существуют две проблемы, делающие проценты ниже нуля реальностью. Во-первых, это инфляция. С учетом обесценения рубля доходность вкладов в банках и гособлигаций долгое время съедалась инфляцией.
Лишь относительно короткий промежуток, в 2010–2013 и 2015–2018 годах, доходность рублевых депозитов и госбумаг обгоняла рост цен. До этого люди привыкли к тому, что деньги в банках обесцениваются, и относились к этому философски. Акции и другие финансовые инструменты пользовались сравнительно небольшим спросом. По факту, и сейчас процент по депозитам в госбанках находятся в диапазоне 3,5–5,5%, то есть около уровня инфляции (иными словами — вблизи нулевой доходности).
Напуганные ростом цен, россияне увеличили накопления в долларах и евро. Скачок вкладов в чужих денежных единицах произошел в 2014 году. Доля валютных депозитов превысила 20% и уже не опускалась ниже этого уровня, а на максимуме доходила до 30%. Привлеченные средства необходимо где-то размещать, и вот тут возникли проблемы. После 2008 года спрос на валютные кредиты упал, а обесценение рубля в 2014–2015-х еще сильнее сократило потребность и предложение кредитов в иностранных деньгах. Доля таких займов граждан в последнее время держится на уровне менее 0,5%, юридических лиц — 6–15%. А по инвестициям в валютные ценные бумаги у банков есть определенные ограничения.
Когда стало понятно — внутренний рынок не может удовлетворить потребности по размещению средств в иностранных денежных единицах, а на внешних ставки упали, банки столкнулись с тем, что у них сузились возможности зарабатывать в другой валюте. Каждый решал проблему по-своему. Кто-то размещал средства в рублях, кто-то сокращал привлечение иностранных денег. Два года назад уже звучало предложение разрешить отрицательные ставки по валютным депозитам в России, но тогда идея не нашла поддержки. И вот банки вновь обратились в ЦБ. Никакого решения не принято, но на этот раз, похоже, регулятор услышал кредитные организации. И стоит ожидать, что эта дискуссия продолжится.
Но полностью отказываться от валютных вкладов банки не будут, даже несмотря на повышение нормы резервирования со стороны ЦБ и невыгодные условия по размещению средств. Депозит в других денежных единицах — это альтернатива не рублевому вкладу, а иностранной ценной бумаге, иному финансовому инструменту. Валютный депозит даже с отрицательной (в пределах разумного) доходностью всё равно будет предпочтительнее рублевого с номинальной положительной, но с нулевой ставкой де-факто. При вытеснении евро из российских банков будет расти спрос на долларовые вклады, ценные бумаги, в конце концов, депозиты и счета за рубежом.
Автор — финансовый аналитик
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
