Россия в очередной раз снизила свои вложения в государственные казначейские бумаги США — теперь уже до минимума с мая 2007 года. В апреле они упали на 11,5% — с $13,7 млрд до $12,1 млрд.
Вообще говоря, об этом едва ли стоило бы писать: общий объем золотовалютных резервов России — порядка $500 млрд, и подобные колебания — это доли процентов портфеля под управлением Центробанка. Кроме того, Банк России в течение последних нескольких лет (после введения санкций) планомерно сокращал объем вложений в американские казначейские бумаги, что многие связывали с геополитическими мотивами. Причем сокращал порой довольно быстро — например, в прошлом апреле распродал около половины своего портфеля облигаций США на сумму более $45 млрд. Это произошло сразу после введения жестких санкций против компаний, принадлежащих российским бизнесменам (самый яркий пример — «Русал»), и роста опасений относительно новых рестрикций — против наших госбанков и госдолга. В результате укрепились позиции сторонников теории, что действия ЦБ по распродаже американских бумаг вызваны скорее политическими, а не экономическими соображениями.
Но нынешняя ситуация совсем другого плана. Сокращение портфеля облигаций США в золотовалютных резервах России происходит на фоне не нагнетания, а, наоборот, значительного ослабления санкционной риторики весной этого года. Степень снижения «санкционного риска» вполне даже можно измерить количественно, на примере фондового рынка: так, во многом благодаря этому фактору акции Сбербанка за первые пять месяцев года подорожали более чем на 25%. Почему же ЦБ продолжает распродажу американских бумаг?
Я, конечно, не знаю, какими соображениями руководствуются совет директоров Банка России при выработке стратегии управления золотовалютными резервами и дилеры ЦБ при принятии решений о конкретных операциях — подобная информация закрыта в любом центробанке мира. Но пару соображений высказать всё же рискну.
Многие, безусловно, обратили внимание, что в прошлом году наш ЦБ резко сократил долю долларовых активов в резервах — с 45,8% до 22,7%, как следует из его годового отчета. Но в то же время произошло еще одно важное изменение: существенно уменьшились (с 51% до 40,3%) общие вложения в государственные бумаги иностранных эмитентов в целом и одновременно резко выросла доля средств, размещенных на банковских депозитах (с 18,2% до 31,3%). Иными словами, Банк России не просто выводил деньги из американских гособлигаций, перекладывая их, скажем, в немецкие или французские, но в принципе взял курс на замещение облигаций депозитами.
Объяснение такому явлению может быть очень простое — высокая волатильность долгового рынка в прошлом году. Безусловно, для частного инвестора, покупающего облигации в рамках стратегии «держать до погашения», это ничего не значит. Но если вас заботят ликвидность инвестиционного портфеля и возможность продать бумаги в любой момент по рыночной цене, то высокая волатильность — важный фактор риска. Для ЦБ же, вероятно, текущая оценка резервов важна в том числе по «политическим» соображениям — он подотчетен Госдуме, и плохие промежуточные результаты управления резервами вполне могут стать поводом для критики со стороны депутатов. С банковскими депозитами в этом плане гораздо проще — эти активы не подвержены колебаниям рыночной конъюнктуры (за исключением движения валютных курсов, но здесь уж ничего не поделаешь).
Второе соображение — чисто конъюнктурное. В конце прошлого — начале этого года рынок был уверен, что американский центробанк (ФРС США) будет ужесточать денежно-кредитную политику, что означает рост процентных ставок на рынке. Отечественные вкладчики, к слову, хорошо почувствовали эти настроения: в феврале средние ставки по долларовым депозитам в российских банках подскочили до 3,39% годовых против 1,5% в апреле 2018-го. Но их рост на рынке означает снижение цен на облигации, в том числе государственные. Поэтому в условиях ожидания ужесточения монетарной политики ФРС продажа облигаций — совершенно естественная операция.
Другое дело, что сейчас на рынке прямо противоположные настроения — большинство игроков ждет не повышения, а, наоборот, снижения ставок. Но эта перемена произошла только после майского заседания ФРС, ЦБ же продавал облигации США в апреле. В связи с этим любопытно будет понаблюдать за динамикой объема американских госбумаг в российских золотовалютных резервах в мае-июне — возможно, это немного прояснит логику управления ими, по крайней мере — на уровне оперативных решений.
Автор — финансовый аналитик
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
