Совет директоров Банка России принял решение о сокращении базовой ставки на 0,25 процентного пункта. Это было ожидаемо рынком. Снижение показателя отразило замедление инфляции, динамику ставок облигаций федерального займа (ОФЗ) и рыночных форвардных соглашений, а также тот факт, что крупнейшие ЦБ развивающихся стран сейчас проводят или анонсируют смягчение монетарных условий. Это решение уже было отражено в котировках межбанковского сегмента, где ставка MIACR снизилась до 7,5% против 8% в конце мая — и, соответственно, вряд ли может считаться самостоятельным рыночным драйвером для событий рынка в ближайшей перспективе.
С точки зрения среднесрочного периода пятничное решение ЦБ России выглядит техническим, отражающим с запозданием уже сложившуюся на рынке ситуацию, сформированную высоким спросом на риск. Экономике и банковскому сектору, как представляется, нужны значительно более действенные меры стимулирования и поддержки, чем сокращение ключевой ставки на четверть процентного пункта вслед за рынком. Основные проблемы банковской системы — это низкий уровень достаточности капитала и высокий уровень просрочки по кредитам.
По данным майского обзора Банка России достаточность капитала российской банковской системы составляла 12,2%, резервов — 20,7%. Нынешний уровень просрочки по кредитам нефинансовому сектору и физическим лицам выше, чем он был в 2008 году, составляя, соответственно, 8% и 5% против 1% и 3%. Судя по этой статистике, российская банковская система готова сейчас к внешним шокам хуже, чем в 2008 или 2014 годах. Необходима работа регуляторов по нормализации финансовых показателей, но вместо докапитализации происходит «зачистка» сравнительно слабых бизнес-единиц банковского сектора. Регуляторами выбран наиболее «жесткий», ограничивающий инвестиционную активность ответ на неблагоприятные факторы. В свою очередь, эти повышенные системные риски ограничивают возможности ЦБ с точки зрения потенциала снижения ключевой ставки в среднесрочном периоде.
Политика ЦБ по-прежнему ориентирована на сравнительно низкие уровни показателей монетизации экономики. Это, как представляется, еще один крайне значимый фактор, ограничивающий действенность кредитной политики российского ЦБ. Исходя из показателей скорости денежного обращения, инфляция в России должна быть на уровне 12% в годовом выражении в среднем в долгосрочном периоде. Но под влиянием замораживания экономической активности сейчас она значительно отклонилась вниз от своего представляющегося справедливым в долгосрочном периоде значения. Однако в отсутствие значимых внутренних ограничителей инфляционных рисков любой внешний экономико-финансовый шок способен быстро разогнать рост цен.
На следующем заседании совета директоров ЦБ в июле представляется возможным сохранение ставки ЦБ неизменной. Динамика инфляции, процентов и спредов выглядит довольно изменчивой и сопровождается статистическим шумом. На этом фоне ЦБ, предположительно, в ближайшие месяцы сделает паузу в изменениях базовых ставок. Однако, учитывая заметное ослабление прироста цен на некоторые ключевые потребительские товары, на данный момент сохраняются возможности дальнейшего замедления инфляции в конце года. Поэтому в перспективе возможно еще одно снижение ключевой ставки Банка России на 0,25 базисного пункта.
Уменьшение ставок ЦБ в среднесрочном периоде будет по-прежнему восприниматься рынком относительно спокойно, не создавая значимых поводов для укрепления курса рубля, который традиционно благоприятно реагирует на сокращение кредитных и инфляционных рисков, отраженное в снизившихся рублевых ставках. Для усиления потенциальной позитивной реакции рынка на действия регулятора в области смягчения кредитной политики нужны значимые меры в сфере монетарного стимулирования, которые должны сопровождаться параллельным существенным улучшением налогового климата и условий регулирования. Такое изменение позволит экономике в целом, а не только ее финансовому рынку отыграть то значительное усиление спроса на инвестиции, которое развивается в последние годы в мире и которое, как представляется, носит устойчивый характер, несмотря на имеющиеся средне- и долгосрочные финансовые и инфляционные риски.
Автор — финансовый аналитик
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
