Банк России опубликовал данные о динамике и структуре своих золотовалютных резервов по итогам первых шести месяцев 2018-го — как всегда, с полугодовой задержкой, чтобы не особенно будоражить финансовые рынки. Первое, что бросается в глаза, если анализировать изменения за год (с конца июня 2017-го), — драматическое снижение доли вложений в долларовые инструменты и невероятный рост активов, номинированных в юанях. Эти события могут быть связаны, хотя и не напрямую. Впрочем, обо всем по порядку.
Начнем с доллара США. Доля активов, номинированных в американской валюте, в резервах Банка России за год упала более чем вдвое — с 46,3% до 21,9%. Таким образом, доллар впервые перестал быть для ЦБ основной резервной валютой, уступив пальму первенства евро (рост с 25,1% до 32,0%).
Первое, что, уверен, приходит на ум большинству наших сограждан: это — следствие новой «холодной войны» с американцами на финансовом фронте. Такой вариант, конечно, полностью исключать нельзя, тем более что начало этого года сопровождалось резким усилением санкционной риторики, вплоть до обсуждения идей отключения российских банков от системы международных расчетов SWIFT и ограничений на операции в долларах для госбанков. С этой точки зрения выглядит логичным некое снижение Центробанком рисков путем уменьшения доли долларовых активов в резервах.
Вместе с тем есть и более естественное, чисто экономическое объяснение. На наш взгляд, Центробанк все-таки управляет золотовалютными резервами, руководствуясь преимущественно соображениями рыночной конъюнктуры. Влияние политических факторов если и есть, то минимальное. И с этой точки зрения снижение доли долларовых активов (преимущественно за счет распродажи облигаций Казначейства США) выглядит довольно логично. Действительно, еще в конце 2017 года было понятно, что американский регулятор (ФРС США) будет ужесточать денежно-кредитную политику, что означает рост процентных ставок и, соответственно, снижение цен на облигации, в том числе государственные. В таких условиях их продажа — совершенно естественная и выгодная операция, что-то вроде фиксации прибыли на максимумах цены.
Одновременно Европейский центробанк как год назад, так и сейчас, особо не торопится поднимать свою нулевую учетную ставку — соответственно, не было и предпосылок к снижению цен на номинированные в евро облигации. Отсюда и довольно логичное решение нарастить долю в резервах активов в евро, в первую очередь, за счет наиболее надежных государственных облигаций Германии и Франции.
Теперь о юане. Доля резервов, номинированных в этой валюте, у Банка России выросла более чем в сто раз — с 0,1% до 14,7%. Здесь также есть два объяснения.
Прежде всего стоит вспомнить, что расширение экономического сотрудничества с Китаем — стратегический курс, объявленный Россией, тем более важный в условиях западной изоляции. И расширение торговых связей делает естественным создание резервов в валюте страны-партнера. Еще в 2015 году ЦБ объявил о включении юаня в состав своих национальных валютных резервов; в 2016-м между ним и Народным банком Китая был подписан меморандум о сотрудничестве, в 2017-м в России начал работать клиринговый центр по операциям в юанях. А в этом году начались разговоры о переходе в расчетах с основными торговыми партнерами от долларов США к национальным валютам; в этом плане Китай, как один из крупнейших покупателей российского сырья — кандидат номер один. Так что и резкий рост резервов ЦБ РФ в юанях имеет вполне логическое объяснение.
Но есть, как и было обещано, объяснение конспирологическое. Китайские компании, как известно, финансируют связанные с поставкой с Поднебесную сырья масштабные инфраструктурные проекты российских компаний, ряд из которых находится под западными санкциями. И чтобы снизить риск попадания под вторичные ограничения со стороны США, китайцам, возможно, удобнее проводить расчеты по таким контрактам не в долларах, а в рублях и юанях. Отсюда необходимость наращивая объемов таких взаимных расчетов и, соответственно, увеличения Банком России резервов в китайской валюте.
Автор –— директор по стратегии АО «Финам»
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
