Пирамида из реестра
В истории с компанией «Кэшбери», которая в последние дни находится в центре внимания как деловых СМИ, так и всех тех, кто интересуется инвестициями, пока больше вопросов, чем ответов.
Напомню вкратце канву, на случай если читатель внимательно не следил за происходящим. На прошлой неделе Банк России передал в Генпрокуратуру и МВД информацию о группе российских и иностранных компаний, действующих под брендом «Кэшбери». Директор департамента по противодействию недобросовестным практикам ЦБ Валерий Лях тогда заявил: «Это одна из самых масштабных финансовых пирамид, которую мы выявили за последние годы, она развернула свою деятельность во многих регионах, практически по всей стране».
Позже он же раскрыл и возможный размер потерь граждан, доверивших деньги «Кэшбери», — не менее 1 млрд рублей, — признав, что сумма может быть и гораздо большей. Насколько? Понятно, что дело только начинает раскручиваться, поэтому более-менее точные оценки давать пока преждевременно.
Это большие деньги. Например, если бы речь шла о кредитных организациях, то банк, привлекший средства населения на сумму 3 млрд рублей, вошел бы по этому показателю в топ-200 крупнейших в России.
По сути, с претензиями Банка России нельзя не согласиться. По его данным, «Кэшбери» привлекала деньги граждан в целях кредитования других граждан и предприятий, обещая сверхвысокий (до 600% годовых) доход. Но при этом организация не вела хозяйственной деятельности, способной сгенерировать его. А, судя по информации СМИ, сам размер дохода инвестора напрямую зависел от количества приведенных в проект «друзей». Словом, налицо явные признаки сетевого маркетинга (деятельности, в принципе, не запрещенной) и финансовой пирамиды (а это уже уголовно наказуемое деяние).
А теперь самое интересное — вопросы. Первый: неужели наших граждан ничему не научили примеры гигантских финансовых пирамид 1990-х годов, типа МММ и «Русского дома Селенга»? И тривиальный ответ, что жадность у многих людей, особенно с не очень высоким уровнем финансовой грамотности, довольно часто побеждает страх потерять деньги. Но позволю себе предположить, что в данной ситуации причина не только в этом и даже не столько в этом.
Как следует из информации, размещенной на сайте ЦБ, до середины прошлого года «Кэшбери» числилась в реестре микрофинансовых организаций Банка России и была исключена из него 23 июля 2017 года. Точнее, она входила в реестр микрокредитных компаний, а они в принципе не имеют права привлекать деньги вкладчиков.
Другое дело, что деление МФО на МФК и МКК было введено относительно недавно, неспециалисты вполне могли о нем не знать. Равно как и об исключении «Кэшбери» из реестра ЦБ. Разумеется, зайти на сайт ЦБ и проверить, есть ли компания в реестре, — дело одной минуты, но не все умеют это делать.
С другой стороны, исключение компании из реестра и даже физическое изъятие ранее выданного официального документа о включении в данный реестр (со всеми необходимыми печатями и подписями должностных лиц) вовсе не гарантирует, что с данной бумаги не была снята копия. Я, конечно, не могу утверждать, что «Кэшбери» убеждала вкладчиков в своей надежности, демонстрируя копию лицензии. Но и исключать такой сценарий нельзя.
И тогда возникает второй вопрос: как вообще эта компания могла привлечь столь масштабные средства, оставаясь незамеченной для надзорных органов?
Понятно, что ЦБ не в состоянии уследить за всеми, кто пытается привлечь деньги граждан. Но вот организовать мониторинг по списку лишенных права на деятельность на финрынках компаний, вероятно, стоило бы. Кто это должен делать, Банк России или ФАС, ответственная за то, чтобы не имеющие разрешения на работу на финансовых рынках компании не могли пропагандировать свои услуги, мне сказать сложно. Но то, что такой механизм сильно помог бы в предотвращении ситуаций, подобных истории с «Кэшбери», мне кажется очевидным.
Автор — директор по стратегии АО «ФИНАМ»
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
