Китай стал первой страной, против которой США ввели ограничения за закупки российского вооружения в рамках закона «О противодействии противникам Америки при помощи санкций» (CAATSA) 2017 года. Причиной направленных против управления по развитию техники Центрального военного совета КНР и его начальника Ли Шанфу мер, согласно американским заявлениям, стали поставки в Китай истребителей Су-35С.
CAATSA позволяет вводить санкции против стран, осуществляющих «существенные транзакции» с военным (включая военно-промышленный) и разведывательным блоками российского правительства либо со структурами, действующими в их интересах.
Однако в этом случае причина для введения санкций против КНР была выбрана американцами крайне неудачно. CAATSA призван предотвратить новые сделки по поставкам российского оружия, повлияв на выбор стран-импортеров. Но контракт на закупки двух полковых комплектов С-400 в КНР был заключен в 2014 году, а на полк из 24 истребителей Су-35С — в 2015 году, когда CAATSA не было даже в проекте.
К моменту вступления закона в силу Китай уже успел перевести российским поставщикам по обоим контрактам значительные суммы денег, а также получить большую часть вооружения. Собственно, в конце 2017 года, после вступления закона в силу, состоялись лишь поставки отдельных партий вооружения и оборудования в рамках этих соглашений. Они и были использованы американцами в качестве предлога для введения санкций.
Таким образом, если США намеревались при помощи этих санкций послать некое сообщение остальным потенциальным покупателям российского оружия, то смысл этого сообщения будет выглядеть абсурдно.
По данным «Рособоронэкспорта», российское оружие поставляется в 70 стран. Контракты в сфере ВТС — почти всегда крайне долгосрочные из-за технической сложности и длительного цикла производства современного оружия. От заключения контракта до завершения поставок сложного вооружения проходит обычно несколько лет.
Далее российский поставщик продолжает оказывать услуги по техническому обслуживанию, ремонту и модернизации ранее поставленного оружия, а также по обучению персонала. Таким образом, сотрудничество по каждому проекту растягивается на десятилетия.
Наказание Китая за контракты с Россией в сфере ВТС, заключенные за годы до принятия закона CAATSA, по сути, означает, что санкции могут быть теперь введены не только против новых покупателей российского оружия, но и против любого владельца российских вооружений, продолжающего зависеть от поставок товаров или услуг из РФ по ранее заключенным соглашениям.
Даже в базовом виде CAATSA воплощал в себе довольно спорную идею. По сути, США требовали от десятков стран мира безвозмездно пожертвовать собственным суверенитетом в вопросе выбора партнеров в сфере ВТС. Между тем, именно в этой сфере государства склонны оберегать свой суверенитет наиболее тщательно.
Судя по реакции министерства обороны КНР, американские санкции были восприняты в Пекине как форменное издевательство, каковым они и являются. Единственным рациональным объяснением санкций против Китая является то, что США просто ищут предлог для введения всё новых ограничений против КНР на фоне уже ведущейся торговой войны, давления на китайский высокотехнологичный сектор (разгром компании ZTE) и других мер. Вероятно, сотрудничество с Россией тут выступает лишь в качестве предлога.
Управление, против которого введены санкции, является основным закупочным органом китайских вооруженных сил. Оно оценивает и изучает образцы военной техники, принимает решения о закупках, заключает контракты и контролирует процесс их исполнения. Это представитель Народно-освободительной армии Китая и Народной вооруженной полиции в отношениях с китайской и иностранной оборонной промышленностью.
Ежегодно эта структура осуществляет огромные закупки, которые оцениваются в десятки миллиардов долларов. Однако КНР сейчас в целом обеспечивает свои потребности в вооружении и военной технике, а единственным крупным источником оборонного импорта остается Россия, ВПК которой находится под американскими санкциями еще с 2014 года.
Внесение управления в санкционный список потенциально открывает возможности для бесконтрольного расширения вторичных санкций на широкий круг других китайских компаний, главным образом высокотехнологичного сектора.
При этом важно помнить, что оружейное эмбарго против КНР было введено США и Евросоюзом еще в ответ на события на площади Тяньаньмэнь в 1989 году. Сохраняющиеся закупки товаров и технологий двойного назначения идут через сеть специализированных внешнеторговых компаний и не затрагивают Управление напрямую. Торговля вооружениями с Россией еще с 2014 года, после введения санкций против российских оборонных предприятий, ведется по специальным схемам, защищенным от давления США. Другими словами, и нынешние действия Вашингтона вряд ли приведут к снижению объемов сотрудничества Москвы и Пекина в области вооружений.
Автор — ведущий научный сотрудник ИДВ РАН, старший научный сотрудник ЦКЕМИ НИУ ВШЭ, эксперт международного клуба «Валдай»
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
