Взятки отдадут государству
Взяткодателям не вернут деньги, даже если они сообщили о своем преступлении и были освобождены от наказания. Все средства должны быть обращены в доход государства, говорится в напоминании-разъяснении, которое подготовил Верховный суд (есть у «Известий»). Также этот документ конкретизирует перечень имущества террористов и экстремистов, подлежащего конфискации. Новое разъяснение систематизирует действующие нормы, но не все меры принесут результат, считают эксперты.
На сегодняшнем заседании ВС рассмотрит проект постановления пленума, в котором вернется к вопросу конфискации имущества у осужденных. Согласно Уголовно-процессуальному кодексу РФ, конфисковать — то есть изъять в собственность государства — можно орудия или иные средства совершения преступления, которые принадлежат обвиняемому. К таким орудиям нужно относить предметы, которые использовались или предназначались для совершения преступления. Например, эхолоты и навигаторы — при незаконной добыче водных биологических ресурсов, копировальные аппараты и другая оргтехника — при изготовлении поддельных документов, разъясняет ВС. Но во всех случаях суд должен определить, кто собственник этих предметов, чтобы случайно не наказать непричастного к преступлению.
Взяткодатели — без денег
Сумма взятки или имущество, переданное вместо денег, ни в коем случае не возвращается взяткодателю, а отправляется в госказну, следует из проекта постановления. Возврата не будет, даже если человек после совершения преступления сообщил о нем правоохранителям или активно сотрудничал со следствием и тем самым заслужил освобождение от наказания. Есть только одно исключение — если взятку давали под контролем оперативников, то есть человек заранее сообщил о вымогательстве и привлек правоохранительные органы.
Эта позиция согласуется с разъяснениями, которые ВС давал в 2013 году. Тогда суд подчеркивал, что освобождение взяткодателей от наказания в связи с помощью следствию не означает отсутствия в их действиях состава преступления. Поэтому признавать их потерпевшими и возвращать ценности нельзя, считают опрошенные «Известиями» эксперты. Однако в правоприменительной практике в этом вопросе до сих пор нет единства.
Нередки случаи, когда под контролем должностных лиц взятки передаются провокационным путем, обратил внимание советник Федеральной палаты адвокатов Нвер Гаспарян.
— И при установлении незаконного характера оперативно-разыскных мероприятий следовало бы применять правила о конфискации, если материальные средства или имущество принадлежали взяткодателю. Но, к сожалению, в проекте об этом ничего не сказано, — сказал он «Известиям».
Экстремисты — без связи
Часть разъяснений ВС касается процедуры конфискации по «террористическим» и «экстремистским» делам. Изымать следует орудия преступления, к которым могут относиться сотовые телефоны, персональные компьютеры и иные гаджеты обвиняемого, которые он использовал в незаконной деятельности, объясняет суд. В частности, к орудиям преступления относятся средства связи, с помощью которых в прессе или интернете размещались материалы, публично оправдывающие терроризм или призывающие к нему. То же самое касается техники, использованной для непосредственной подготовки к актам терроризма — обучения, пропаганды и распространения запрещенной литературы. При этом деньги, ценности и иное имущество, предназначенные для финансирования террористов и экстремистов, нужно конфисковать вне зависимости от их принадлежности, подчеркивает ВС.
Глава практики уголовного права и процесса юрфирмы «Инфралекс» Артем Каракасиян считает, что ВС удалось конкретизировать перечень имущества, которое может быть использовано для совершения преступлений террористической или экстремистской направленности и, соответственно, может быть конфисковано. Однако, по его словам, средств коммуникации сейчас слишком много, чтобы их изъятие принесло толк.
— Понятно, что с развитием информационной среды возникают новые способы коммуникации, которые могут использоваться и преступниками. Тем не менее, учитывая распространенность гаджетов, позволяющих получить доступ к интернет-ресурсам, мера по их конфискации не представляется эффективной, — сказал он «Известиям».
Член Ассоциации юристов России, адвокат коллегии «Юрасов, Ларин и партнеры» Кристина Флеер отметила, что конфискация орудия преступления должна препятствовать совершению нового. Однако неясно, как изъятие гаджета помешает размещению в интернете, скажем, призывов к террористической деятельности. По сути, в этом случае орудием преступления выступает, например, аккаунт в соцсети или сайт, через которые пользователь распространяет незаконную информацию.
В целом же документ систематизирует нормы законов и данные ранее разъяснения, заметила эксперт.
