Редакционное задание было четким: узнать, заснять, рассказать о том, как «ограниченный контингент советских войск» готовится к выходу из Афганистана. Кто же знал, что вскоре мы, Сашкины коллеги, станем составлять про него фотоальбом под названием «Последний репортаж»?
Он хотел вернуться к 6 мая, к годовщине свадьбы с любимой женой Олей, да еще мальцам-сынишкам — Ивану и Никите — хотел вручить всегда ожидаемые от папки гостинцы. Погиб наш Саня на пути к перевалу Саланг за 10 дней до начала вывода войск. Выстрел гранатомета из придорожной «зеленки» угодил в их бронетранспортер и подвел черту жизни Александра. Это случилось 4 мая 1988 года. В октябре нашему товарищу должно было исполниться 30 лет.
Секретарев поначалу полагал, будто станет инженером. И стал им — закончил МЭИ. В 19 женился, через год родился сын. Жена говорит: купим аппарат, будешь снимать каждый шаг малыша. Купили, начал снимать первого сына, потом второго… И — всё. Зачаровало Сашку это волшебство, эта власть над пролетающим мимо временем.
Саня как-то стремительно взлетел по карьерной фотолестнице: «МК», «Мосправда», «Комсомолка», «Известия»… Перелистываю снова и снова фотоальбом «Александр Секретарев. Последний репортаж». Мы, известинцы, совместно с издательством «Планета» выпустили альбом как итог короткой Сашиной жизни. Туда вошел не только последний, афганский репортаж, но и многие мирные фотоработы.
Не могу оторваться от лиц его фотогероев: открытость, искренность, глубина характера. Таким был и Саня. Собирая тот альбом, мне пришлось побывать в Орехово-Зуеве, у его матери Марии Кузьминичны, пообщаться с друзьями, супругой Ольгой, одноклассниками, коллегами из других газет. Все подтверждали «цельность его человеческой натуры, ничем не испорченной»: контактный, веселый, упрямый. Ни в одном снимке, пожалуй, не найдешь следов постановки, режиссуры, то есть фотовранья. Таким был и Саша: ложь, подделку чувствовал в миллиграммах — и отвергал.
Разглядываю снимки и ощущаю теплоту, благожелательность и даже сердечность автора по отношению к тем, кого он снимает. Вот строчки последнего письма домой из воюющего Афганистана: «Афганцы в массе своей очень доброжелательны и приветливы».
Понимаю, что далеко не всегда личные качества человека влияют на результаты его труда, но у Секретарева было именно так. В объективе фотокамеры отражалась вся его цельная натура.
«Ты хочешь знать, кто такой фотокор? — спрашиваю я сегодняшнего подростка, впервые берущего в руки камеру. — Это человек, знающий возможную цену своего снимка. А цена эта — жизнь». Правда, и след от фотокора на земле остается — не только в сыновьях, но и в газетах, журналах, книгах-альбомах. И даже золотом на мраморе. Как остался Александр Секретарев на мемориальной доске в Москве, в Домжуре. Там увековечены имена всех известинцев, погибших на войне.
Автор — журналист, корреспондент «Известий» с 1965 по 2000 год
