«Аргумент слаб. Надо усилить голосом». Эта пометка Черчилля на черновике своего выступления, судя по всему, один их немногих британских рецептов, которые еще хоть как-то работают в отношении Европы. Так или иначе, но обрушение Терезой Мэй на головы европейских союзников вполне рассчитанного шквала эмоций, сила которого по законам жанра была прямо пропорциональна слабости аргументов, вполне сработало.
В результате 18 стран Евросоюза, к которым присоединились США, Украина, Канада, Норвегия, Македония и Албания, заявили о высылке российских дипломатов. Да, разумеется, в целом ряде случаев этот размен носит чисто символический характер— европейцы, прекрасно понимая, что ответ Москвы будет в лучшем случае зеркален, стремились заплатить за солидарность с Лондоном как можно меньшую цену.
Так, Польша высылает четырех дипломатов, Италия, Нидерланды и Дания — по два, а Финляндия, Швеция, Эстония и Латвия — по одному. Но в данном случае это не очень существенно: очередной шаг к тому, чтобы навесить на Россию ярлык если не «абсолютного зла», то как минимум страны, приближающейся к этому статусу, сделан. И после этого европейской публике уже по большому счету не будет интересно, что там на самом деле произошло со Скрипалем: решения приняты, виновные назначены, а вопрос закрыт. И это — безусловно неприятная и скверная новость.
Правда, тут есть нюансы, которые могут заметно скорректировать наметившиеся роли и расклады. Судя по всему, Лондон, затеявший всю эту игру вокруг Скрипалей и сумевший на какой-то момент времени стать центром антироссийской кристаллизации Запада, вряд ли сможет этим воспользоваться — по той причине, что это не отвечало бы интересам Вашингтона.
И дело не только в том, что игра с перехлестом эмоций в политике всегда сомнительна, но и в том, что Трампа при любых раскладах не будет устраивать роль Лондона в качестве того «умного хвоста, который виляет собакой», манипулируя не только Европой, но и США. И совершенно не для того он только-только назначил у себя на ключевые посты «ястребов», чтобы Борис Джонсон рассказывал им, что им делать.
В этом плане Трамп в очередной раз продемонстрировал интуицию, почувствовав, что это именно та ситуация, где «количество имеет значение». Высылка Вашингтоном сразу 60 российских дипломатов — это сильный символический жест, самым наглядным образом демонстрирующий как локальность масштаба Лондона, так и подчеркивающий весовую категорию Штатов, несопоставимую ни с чьей иной.
Месседж понятен: главная роль в любой транзакции, где речь идет о России, должна оставаться за Вашингтоном. Иными словами, Лондон, «разменявший» 23 дипломатов, после широкого жеста Вашингтона де-факто перемещается на второй план: ситуацию со Скрипалем, как и многие иные, обсуждать теперь можно будет только с Трампом, не отвлекаясь на эксцентричную британскую политику.
Судя по всему, вследствие этого шага Трампа столь же быстро могут раствориться и британские амбиции в Европе, где Мэй сделала заявку на закрепление за Лондоном позиции безусловного морального лидерства. Эти позиции и так не были сильны — о чем говорит и уже упоминавшаяся явно символическая солидарность 17 стран ЕС с Британией. Но теперь, после того как Вашингтон столь наглядно напомнил о себе, роль Лондона и в глазах Европы может сократиться до «выступления на разогреве» у США.
Таким образом, ситуация двояка. С одной стороны, Лондон сумел внести свой вклад в очернение имиджа России, но с другой — сам вряд ли сможет этим воспользоваться. Более того, принятая Лондоном манера компенсировать отсутствие аргументов истерикой на поверку оказалась-таки перебором: в нужный момент Трамп спокойно и расчетливо перехватил у Мэй рычаги управления конфликтом, превратив ситуацию в свой — и ничей больше — актив. Который, очевидно, в числе других активов и станет предметом политического торга на намечающейся встрече Трампа и Путина.
Автор — доцент МГИМО, политолог
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
