Глобальные правила
В Санкт-Петербурге с 14 по 18 октября пройдет заседание 137-й Ассамблеи Межпарламентского союза (МПС), которое, судя по всему, соберет рекордное число стран — около 160. Более половины делегаций намерены возглавить руководители национальных парламентов. МПС — старейшая парламентская площадка, ее иногда вполне справедливо называют парламентским измерением ООН. Причем в условиях, когда в силу многих объективных и особенно субъективных причин в мире нарастает атмосфера всеобщей враждебности и взаимного недоверия, именно парламентарии обязаны активизировать свое общение.
Значение МПС возрастает в том числе и потому, что усилиями некоторых весьма влиятельных государств сжимаются возможности для конструктивного полноценного диалога на других парламентских площадках. Скажем, Россия из-за дискриминационных решений в отношении нашей делегации фактически приостановила свою деятельность в Парламентской ассамблее Совета Европы. Столь же враждебными по отношению к нашей стране выглядит ряд последних решений Парламентской ассамблеи Черноморского экономического сотрудничества, что вынудило Россию отказаться от участия в предстоящем очередном заседании Генеральной ассамблеи ПАЧЭС в Киеве.
Кстати сказать, Россия выступает категорически против любых дискриминационных решений в отношении парламентариев, равно как и против взаимной санкционной политики. Поэтому нами заранее объявлено, что в Санкт-Петербурге не будет никаких ограничений для членов парламентов, включенных в состав национальных делегаций, даже если этим лицам запрещен въезд в Россию. Столь же открытыми мы остаемся для коллег из украинского парламента, участие которых будет только приветствоваться.
Планируется обсудить проблемы сирийского урегулирования на завершающем этапе военной операции. Парламентская площадка будет предложена и для диалога между КНДР и Южной Кореей — предварительное согласие на участие их парламентских делегаций было достигнуто. Однако главный документ, который планируется обсудить, — резолюция «К 20-летию Всеобщей декларации о демократии: общность нашего разнообразия». Ее проект внесен содокладчиками из Индии, Нидерландов и России.
Принципиально важно сегодня достигнуть согласия в понимании того факта, что, как сказано в проекте, «нет единой модели демократии… демократия отражает разнообразие опыта и культурных особенностей, не отступая от международно признанных принципов, норм и стандартов». Казалось бы, абсолютно понятная формула. Но именно вокруг того, как соотносятся между собой национальные модели демократии, каков баланс общего и особенного, идет сегодня не только ожесточенный теоретический спор, но и предпринимаются вполне конкретные политические (давление и вмешательство во внутренние дела), экономические (санкции) и даже военные действия, для того чтобы навязать третьим странам некую «универсальную модель демократического устройства», чертеж которой рисуется в двух-трех мировых столицах.
В этой связи очень актуально должно прозвучать положение резолюции, которое гласит, что, «будучи системой государственного управления, демократия способствует… развитию открытых и мирных обществ и улучшению отношений между нациями». Здесь прямо напрашивается необходимость договориться о том, как мировое сообщество, и в частности парламентарии, должно реагировать на стремление больших групп граждан, связанных этническими, историческим или иными объединяющими их факторами, через демократическое волеизъявление (референдум) определить свою историческую судьбу и место в современном мироустройстве.
События в Каталонии показали, что мировое сообщество не выработало демократические стандарты в понимании и оценке подобных процессов. Ибо с одной стороны присутствует достаточно четко выраженное стремление людей абсолютно демократично определить свое будущее, а с другой — национальное законодательство, которое не позволяет им этого сделать. Также весьма сомнительным выглядит право некоего «международного большинства» определять, какое волеизъявление следует считать оправданным и соответствующим стандартам демократии, а какое им противоречит.
Но еще хуже другое. Когда в разных формах происходит конфликт между принципом территориальной целостности государства и правом нации на самоопределение, выбор в поддержку того или иного решения делается в зависимости от политических симпатий, экономической выгоды конкретных мировых игроков, политической целесообразности, а порой и просто по праву силы. И такой избирательный и субъективный подход серьезно подрывает устойчивость современного мироустройства, вызывает эскалацию всё новых и новых конфликтов.
Представляется, что именно на международной парламентской площадке надо начать диалог о новых глобальных правилах поведения ради обеспечения международной безопасности, устойчивости современного мироустройства и универсализации принципов его организации на основе подлинной демократии и учета интересов максимального числа участников современной международной жизни.
Автор — член комитета Совета Федерации по международным делам
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
