Последние две недели СМИ обсуждают омоложение губернаторского корпуса и приход к власти «молодых технократов». Ждут, как «молодые кадры» вступят в схватку с «политическими тяжеловесами». Гадают, чего ожидать от «неопытных», но целеустремленных. Давайте разберемся, действительно ли российская политика так кардинально помолодела.
Обратимся к фактам. В период президентства Дмитрия Медведева вступило в должность около 50 новых глав регионов, средний возраст которых был около 48 лет. Самыми молодыми стали губернаторы Кировской, Псковской области и Чукотского автономного округа, которым на тот момент исполнилось 34 года. Самыми возрастными «новичками» (60 лет) — губернаторы Орловской и Рязанской областей. Более половины «губернаторской гвардии» Дмитрия Медведева до сих пор исполняют обязанности глав регионов.
Мы — свидетели очередной волны обновления региональной элиты. За третий президентский срок Владимира Путина сменилось около 50 губернаторов. Их средний возраст на момент вступления в должность также составил 48 лет. При этом троим «новичкам» уже за 60. Самому молодому губернатору Антону Алиханову — 31 год. Но для российской политики это тоже не сенсация: в 2007 году Рамзан Кадыров в этом же возрасте стал главой Чеченской Республики. Таким образом, «омоложение» элиты не новость, оно произошло не две недели назад, а началось во второй срок Владимира Путина, продолжилось при Дмитрии Медведеве и идет по сей день. Хотя стоит признать, что 48 лет с точки зрения мировой практики для руководителя региона — это «политическая юность». В тех же США средний возраст губернатора — 54–55 лет.
Что касается компетентности «новичков», это вещь гораздо более сложно измеримая, ее по паспорту не проверишь. Можно ли считать релевантным опытом должность главного судебного пристава России, депутата Госдумы или заместителя министра правительства? Или же опыт в данном случае — это исключительно срок на посту главы региона?
Начнем с того, что сегодня в России в принципе нет инструмента, позволяющего четко измерить политическую компетентность элиты. Нет специализированных школ и университетов, где готовят будущих депутатов и губернаторов. Как, например, во Франции, где, если хочешь построить политическую карьеру, просто обязан получить диплом Института политических исследований в Париже (Sciences Po). Это кузница политической и дипломатической элиты страны.
У нас же пути в исполнительную и в законодательную власть не так предсказуемы. Поэтому я бы воздержалась от однозначной оценки опытности или неопытности новых губернаторов. Ее давать еще рано.
При этом причины ажиотажа вокруг глав регионов и их «омоложения» вполне понятны. В обществе действительно существует запрос на обновление элиты, особенно у молодежи. По результатам наших исследований, в тех регионах, где губернаторы — политические долгожители пенсионного возраста, студенты говорят о том, что не хотят быть частью «заповедника колхозов», где всем управляют «советские кадры» под руководством «бессменного губернатора». В таких регионах молодежи, как правило, не хватает ощущения современности. Молодые люди воспринимают политическую элиту региона как герметичную структуру, закрытую для проникновения новых кадров. Современной молодежи нужны современные руководители.
Поэтому реновация политической системы необходима. И здесь речь идет не о точечных назначениях, а о серьезном проекте подготовки управленцев с постоянной прозрачной системой сертификации и ротации. Люди ждут перемен и уже совсем скоро будут оценивать своих губернаторов по тому, насколько они оправдают эти ожидания. О возрасте лидеров при этом вряд ли кто-то всерьез вспомнит.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
