На Украине строго выговаривают главе МИД Германии Зигмару Габриэлю за его предложение не ждать полной реализации Минского соглашения для снятия санкций против России. Германский министр с воодушевлением откликнулся на предложение президента России Владимира Путина о вводе миротворцев ООН в зону конфликта в Донбассе, сказав, что если с «голубыми касками» всё получится, это, мол, «станет первым шагом к снятию санкций». Министр иностранных дел Украины Павел Климкин расценил это как «заигрывание с Кремлем» — и вообще подобные сигналы, дескать, очень вредны.
Возможно, это прозвучит необычно, но мне также не очень своевременной представляется немедленная увязка реализации российских предложений с темой европейских санкций. Дело в том, что это может создать иллюзию, будто Россия и впрямь движима сверхзадачей любой ценой снять с себя санкции и восстановить отношения с ЕС на прежнем уровне. А это принципиальная ошибка.
Более того: она в какой-то мере даже мешает адекватному рассмотрению российских предложений и самой позиции нашей страны по противостоянию в Донбассе по существу. Наше стремление сдвинуть ситуацию с мертвой точки в рамках Минских соглашений первично и самоценно, а не продиктовано желанием понравиться Европе ради отмены ее рестрикций, которые мы по-прежнему считаем бессмысленным и вредным односторонним актом.
И чтобы это стало еще понятнее нашим европейским визави, я бы предложил им вообще оставить тему санкций на некоторое время. То есть оставить как есть и забыть про них, чтобы больше не реагировать каждый раз на конструктивные предложения России оживленными дискуссиями на тему «снимать или не снимать, а если снимать, то как и когда?», в которых просто тонут наши идеи. Пора уже заняться рассмотрением российских предложений по существу и воплощением в жизнь Минских соглашений, прежде всего через давление на тех, от кого реально зависит их реализация, — на Киев.
Ведь увязка евросанкций с прогрессом на линии конфликта в Донбассе делает самих европейцев, по сути, заложниками Киева: только намечается какое-то затишье на фронтах или подвижки в самой Европе в сторону отрезвления, но стоит только расчехлить орудия — и всё возвращается на круги своя. И когда Евросоюз не наказывает Киев за нарушения перемирия, имея к тому массу инструментов, он в итоге получает прямо противоположную ситуацию: уже ВСУ, регулируя военную активность на линии противостояния, фактически контролирует режим европейских санкций.
Я понимаю настроения европейцев: им самим надоели санкции и нужно как-то объяснить своим избирателям и обывателям, зачем нанесли столько вреда отношениям с важным экономическим партнером и ядерной державой, если это не дало никакого эффекта, кроме разве эффекта бумеранга. Единственное назначение этой, убежден, глубоко антиевропейской по своей сути политики давно не привязано к самому украинскому конфликту и даже не к России, а обслуживает сугубо нужды самого ЕС. Как написала на днях немецкая Frankfurter Rundschau, «европейские дипломаты давно и настойчиво повторяют, что санкции — это идея, которая сохраняет единство ЕС. … Так, приверженность санкциям — при всем недовольстве экономического лобби — стала европейской молитвой». Возможно, пожертвовать отношениями с Россией ради единства своих рядов тактически выгодно, но стратегически это — катастрофа.
Ощущая это, европейцы всеми силами стараются показать, что санкции подействовали и Россия «поддается». Не случайно министр Габриэль так и сказал, что Россия, дескать, изменила свою политику в отношении Украины и нельзя, мол, упустить момент. А отмена санкций может послужить «в качестве вознаграждения» после установления перемирия в Донбассе.
В который раз повторю: не Россию нужно понуждать к миру и, соответственно, «вознаграждать» за перемирие на Донбассе. Даже если в итоге санкции сохранятся, но мы вместе добьемся мира для многострадального Юго-Востока Украины, заставив прежде всего Киев выполнить все без исключения пункты своих обязательств по Минским соглашениям, Россия будет считать свою задачу выполненной. Санкции — не самая высокая цена за прекращение кровопролития, на которое они никак не влияют. Поэтому пусть себе и после этого живут ровно столько, сколько европейские политики будут нуждаться в столь одиозном напоминании об их, мягко говоря, недальновидности.
Впрочем, возможно, наши отечественные товаропроизводители найдут уже и иные причины, чтобы оставить барьеры для европейских товаров в силе как можно дольше. Но все подозрения в лоббизме в данном случае прошу считать случайными и необоснованными.
Автор — председатель комитета по международным делам Совета Федерации
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
